Джо Аберкромби – Прежде чем их повесят (страница 22)
Узник смотрел на него безумным взглядом, на губах пузырилась слюна. Глокта склонился еще ниже.
— О нет! Нет-нет-нет! Это только начало. Нет, это даже начало начала. Впереди у нас безжалостно много времени. Дни, недели, месяцы… Если потребуется. Ты уверен, что сумеешь столь долго хранить свои тайны? Теперь ты целиком в моей власти. Ты принадлежишь мне — и этой комнате. Я не остановлюсь, пока не выясню все, что нужно. — Он покрутил между пальцев второй сосок и вновь раскрыл окровавленные щипцы. — Неужели так трудно понять?
Столовая магистра Эйдер являла собой поистине восхитительное зрелище. Веющий сквозь узкие окна бриз колыхал разноцветные ткани: серебряные, малиновые, золотые, пурпурные, зеленые, голубые, ярко-желтые. Стены были украшены резными мраморными панелями, по углам стояли огромные вазы высотой в человеческий рост. На полу валялись груды воздушных нетронутых подушек, словно приглашавших усталых путников с удобством на них раскинуться. В высоких стеклянных кувшинах мерцали разноцветные свечи, озаряя мягким светом окружающее великолепие и наполняя воздух сладким ароматом. В конце мраморного зала в звездообразный бассейн тихо, тонкой струйкой текла чистая вода. Комната казалась театральной декорацией.
«Ни дать ни взять будуар королевы из кантийских легенд», — оценил убранство помещения Глокта.
Но главным украшением столовой была сама магистр Эйдер, глава гильдии торговцев пряностями, — настоящая королева купцов. В кипенно-белом платье из переливчатого, восхитительно полупрозрачного шелка она сидела в торце стола. На загорелой коже сверкали драгоценные камни стоимостью с небольшое состояние; высокую прическу поддерживали гребни из слоновой кости, а несколько искусно уложенных прядей свободно вились вокруг лица. Выглядела Карлота так, будто прихорашивалась весь день.
«И каждый миг был проведен с пользой», — заключил наставник.
Глокта сгорбился в кресле на другом конце стола над чашкой дымящегося супа; ему казалось, что он попал на страницы волшебной книги.
«В страшный роман, действие которого разворачивается в экзотической южной стране. Магистр Эйдер — главная героиня, а я — отвратительный, хромой, жестокий злодей. Интересно только, чем эта история закончится?»
— Итак, магистр, скажите же наконец, чему я обязан оказанной честью?
— Насколько я понимаю, вы переговорили со всеми членами совета, но до сих пор не пожелали встретиться со мной. Меня это удивило. И, пожалуй, немного задело.
— Простите. Мне жаль, что вы сочли, будто вас обошли вниманием. По-моему, это естественно — оставить самого могущественного человека на потом.
Она подняла на него глаза — сама оскорбленная невинность.
«Аплодирую! Сыграно идеально», — признал наставник.
— Я? Могущественная? Бюджетом распоряжается Вюрмс, указы издает он же. У Виссбрука в подчинении армия, он же руководит защитой города. Кадия представляет большую часть населения Дагоски. Едва ли я на их фоне важная персона.
— Полно! — Глокта беззубо усмехнулся. — Вы, конечно, ослепительно прекрасны, но я пока кое-что вижу. Бюджет Вюрмса — жалкие гроши по сравнению с суммами, которыми располагает гильдия торговцев пряностями. Народ Кадии низведен до положения бессловесного скота. А через вашего пьяницу-дружка Коску вы командуете войском, которое по численности в два раза превосходит отряды Виссбрука. Союз интересуется этой выжженной солнцем скалой лишь по одной причине: из-за деятельности вашей гильдии — торговли.
— Я хвастать не люблю, — магистр простодушно пожала плечами, — но у меня и правда есть в городе кое-какое влияние. Вижу, вы наводили справки.
— Это моя работа. — Глокта поднес ложку ко рту и, стараясь не хлюпнуть, проглотил суп. — Кстати, очень вкусно!
«И надеюсь, не отравлено».
— Я так и подумала, что вам понравится. Тоже навела справки.
В бассейне журчала и булькала вода, на стенах шуршала ткань, об изящный фаянс тихо звякали серебряные приборы.
«Первый раунд, похоже, закончился ничьей», — подвел итог Глокта.
Безмолвие нарушила Карлота дан Эйдер.
— Я, разумеется, понимаю, что вас послал сюда с миссией сам архилектор. С миссией огромнейшей важности. Вы не из тех, кто ходит вокруг да около, — вы идете напролом. Но, возможно, вам следует ступать чуть осторожнее.
— Да, походка у меня не очень. Боевая рана, знаете ли, да вдобавок два года пыток. Чудо, что нога вообще уцелела.
Она широко улыбнулась, обнажив два ряда великолепных зубов.
— Вы очень приятный собеседник, а вот мои коллеги почему-то удовольствия от беседы с вами не получили. И Вюрмсу, и Виссбруку вы пришлись совершенно не по душе. Они говорят, что вы раскомандовались. Другие их высказывания я повторить не осмелюсь.
— Я здесь не для того, чтобы заводить друзей. — Пожав плечами, Глокта осушил бокал великолепного — впрочем, другого и быть не могло — вина.
— Однако друзья — люди полезные. По крайней мере, одним врагом меньше. Давуст только и делал, что пакостил всем и каждому. И чем закончилось? Ничем хорошим.
— За спиной Давуста не стоял закрытый совет.
— Верно. Но бумага от удара кинжала не защитит.
— Это угроза?
Карлота дан Эйдер рассмеялась — звеняще, искренне, дружелюбно. Человек, который так смеялся, не мог быть злодеем. По крайней мере, ум отказывался в это верить. Ну какая же она изменница или убийца? Просто очаровательная женщина, идеальная гостеприимная хозяйка.
«И все-таки из списка подозреваемых магистра Эйдер это пока не исключает».
— Всего-навсего совет. Основанный на горьком опыте. Не хотелось бы, чтобы вы исчезли.
— Правда? Вот уж не думал, что я столь обворожительный гость.
— Да, вы немногословны, конфронтационны, слегка наводите ужас, и с меню у вас строго, но мне вы куда полезнее здесь, чем там, — она неопределенно махнула рукой, — где Давуст, куда бы он ни отправился. Подлить вам вина?
— Да, пожалуйста.
Магистр встала с кресла и направилась к гостю, мягко, словно танцовщица, ступая по прохладному мраморному полу босыми ногами (очередная дань кантийской моде); бриз развевал легкое одеяние, окутывающее ее стан. Она склонилась, чтобы наполнить бокал, и Глокту овеяло густым ароматом духов.
«Именно о такой невестке мечтала моя мать — красивой, умной, сказочно богатой… О такой жене, честно говоря, мечтал и я сам. В молодости. В другой жизни».
Мерцающий свет свечей отражался в блестящих волосах Эйдер, в сверкающих драгоценностях на длинной шее, в вине, льющемся из бутылочного горлышка…
«Почему она со мной так любезна и очаровательна? Потому что у меня на руках приказ от закрытого совета? Рассчитывает на выгодную сделку с могущественным человеком? Или надеется меня одурачить, сбить со следа, увести в сторону, подальше от неприглядной правды?»
Их глаза на миг встретились. Магистр едва заметно, понимающе улыбнулась и вновь опустила взгляд на бокал.
«Или я для нее — жалкий оборванец, что заглядывает в окно кондитерской, глотая слюнки при виде сладостей, которые никогда не сможет купить? Ну это уж вряд ли…»
— И куда отправился Давуст?
На миг повисла пауза. Эйдер аккуратно поставила бутылку на стол, уселась в ближайшее кресло и, опершись подбородком на сплетенные пальцы, посмотрела Глокте в глаза.
— Полагаю, его убил изменник, один из дагосканцев. Вероятно, гуркский шпион. Скажу больше — может быть, вы это знаете, — Давуст подозревал, что в городском совете плетется заговор. Так он мне сказал по секрету незадолго до исчезновения.
«Вот как?»
— Заговор в городском совете? — Глокта с притворным ужасом покачал головой. — Разве такое возможно?
— Будем откровенны, наставник. Я хочу того же, что и вы. Мы, гильдия торговцев пряностями, вложили в Дагоску слишком много времени и денег, чтобы спокойно отдать его на растерзание гуркским войскам. Как мне кажется, город скорее удержите вы, чем идиоты вроде Вюрмса и Виссбрука. Если в наших стенах завелся изменник, я хочу, чтобы его разоблачили.
— Его… или ее.
Магистр Эйдер вскинула изящную бровь.
— Вы наверняка заметили, что женщина в совете одна. Я.
— Разумеется. — Глокта с хлюпаньем втянул с ложки суп. — Простите, что пока не сбрасываю вас со счетов. Чтобы убедить меня в невиновности, нужно нечто посущественнее, чем вкусный суп и приятная беседа.
«Хотя остальные мне и этого не предложили».
Карлота с улыбкой подняла бокал.
— Как же вас тогда убедить?
— Сказать честно? Мне нужны деньги.
— Ах, деньги! — протянула она. — Все к ним обычно и сводится. Получить с гильдии деньги — все равно что рыть в пустыне колодец в поисках воды: утомительно, неприятно и почти всегда бесполезно.
«Так же, как допрашивать инквизитора Харкера».
— Сколько вам нужно? — добавила магистр.
— Для начала сто тысяч марок.
Эйдер не поперхнулась вином — скорее, слегка булькнула. Отставив бокал, она тихо откашлялась, промокнула губы уголком салфетки и подняла на Глокту удивленный взгляд.
— Вы же прекрасно понимаете, что такой суммы у нас нет.
— Пока меня устроит любая. Сколько дадите.
— Хорошо, посмотрим. Итак, ваши желания ограничиваются банальной сотней тысяч марок или я могу для вас сделать что-то еще?