Джо Аберкромби – Полукороль (страница 53)

— Так что вы позволили мне заплыть в ловушку Одема.

— С величайшим сожалением. Я рассудила, что это меньшее зло. — Она поставила пустую чашку перед собой. — Как заканчивается эта история, брат Ярви?

— Она уже закончилась. С величайшим сожалением. — Он посмотрел поверх огня в ее глаза. — И уже Отец Ярви.

Старый министр нахмурилась, посмотрела на него, потом на пустую чашку, которую он ей принес.

— Корень черноязык?

— Я поклялся, Мать Гандринг, что отомщу убийцам моего отца. Я может быть лишь наполовину мужчина, но поклялся полной клятвой.

Языки пламени мерцали в очаге, и их оранжевые отражения танцевали на стеклянных колбах на полках.

— Твой отец и твой брат, — прохрипела Мать Гандринг. Одем и его люди. И так много кто еще. А теперь Последняя Дверь открылась для меня. И все… из-за монет.

Она моргнула, повалилась к огню, Ярви вскочил, мягко поймал ее левой рукой, правой подложил позади нее подушку и с огромной осторожностью опустил ее обратно на ее стул.

— Похоже, монеты могут быть смертельнее всего.

— Мне жаль, — прошептала Мать Гандринг. Ее дыхание участилось.

— Как и мне. По всему Гетланду вы не найдете более жалкого человека.

— Я так не думаю. — Она слабо улыбнулась. — Из тебя получится отличный министр, Отец Ярви.

— Я постараюсь, — сказал он.

Она не ответила.

Ярви неровно вздохнул, закрыл ей глаза, скрестил ее руки на подоле и, усталый и ослабевший, откинулся на свой стул. Он все еще сидел там, когда дверь с грохотом распахнулась. По ступеням, спотыкаясь, поднимался человек, и пучки трав перед ним качались, словно повешенные люди.

Один из младших воинов, недавно прошедший испытание. Даже моложе Ярви. Свет огня двигался на его безбородом лице, когда он, помешкав, прошел в арку.

— Король Утил ждет аудиенции со своим министром, — сказал он.

— В самом деле? — Ярви сжал пальцы здоровой руки на посохе Матери Гандринг. На его посохе. Эльфийский металл холодил кожу.

Он встал.

— Скажи королю, что я иду.