Джо Аберкромби – Полукороль (страница 23)

Сумаэль некоторое время считала на пальцах.

— Пешком мы, может быть, доберемся туда за три дня.

— Это будет тяжело. — Ральф поскреб ногтями щетину на шее. — Чертовски тяжело, и…

— Я иду на запад, — сказал Анкран, сжал зубы и уставился на огонь.

В тишине все смотрели на него.

— Куда на запад? — спросил Джод.

— Торлби.

Ярви мог лишь поднять брови от такого неожиданного выбора места. Ральф захохотал.

— Спасибо за то, что дали мне хороший повод посмеяться перед смертью, господин Анкран! Наш бывший шкипер идет в Гетланд.

— В Ванстерланд. Постараюсь там найти корабль.

Ральф снова хихикнул.

— Так ты собираешься пешком идти до Вульсгарда? И как долго придется идти, о штурман?

— Пешком как минимум месяц, — сказала Сумаэль так быстро, что казалось, она об этом уже подумала.

— Месяц этого! — Ральф махнул широкой рукой на покрытую снегом пустоту, через которую они уже пробирались, и Ярви был вынужден признать, что эта мысль совсем не воодушевляла. — И с каким оснащением?

— У меня есть щит. — Джод скинул его со спины и постучал по нему кулаком. Это был большой круглый щит из грубого дерева с железной шишкой в центре. — Думал, пригодится в качестве лодки.

— А мне великодушный охранник дал взаймы свой лук. — Ральф подергал тетиву, словно это была арфа. — Но без стрел музыки на нем не сыграешь. У кого-нибудь есть палатка? Дополнительная одежда? Одеяла? Санки? — В ответ была тишина, если не считать завывания холодного ветра снаружи их освещенного костром укрытия. — Тогда удачи вам, господин Анкран! Было удовольствием грести рядом с вами, но боюсь, наши пути должны разойтись. Остальные пойдут на восток.

— Что за болван поставил тебя во главе?

Они все обернулись на хриплый голос из темноты. Это был Ничто. Он был весь измазан сажей и своей обычной грязью. Лохмотья, волосы и борода почернели. На нем были сапоги и куртка Тригга, на одном плече застыла кровь. На другом он тащил большой тюк парусины. В одной руке он, будто укрывая ребенка от морозной ночи, баюкал меч, которым при Ярви убил шестерых.

Он уселся перед костром, скрестив ноги, словно эта встреча была давно запланирована, и удовлетворенно вздохнул, протягивая руки к огню.

— На запад, в Гетланд — звучит хорошо. Туда и пойдем.

— Тригг? — спросила Сумаэль.

— Не нужно больше думать о нашем надсмотрщике. Мой долг ему выплачен. Но между мной и Шадикширрам счет еще открыт. — Ничто полизал палец и потер пятно на клинке своего меча. — Нам надо оторваться от нее как можно дальше.

— Нам? — бросила Сумаэль, и Ярви отметил, что топорик за ее спиной был наготове. — Ты приглашаешь нас идти за собой?

Свет от костра плясал на диких глазах Ничто.

— Если только никто не хочет пригласить меня.

Ярви выставил между ними руки, чтобы сгладить путь Отцу Миру.

— Нам нужна любая помощь. Как хоть тебя зовут?

Ничто долго смотрел в ночное небо, словно ответ был написан среди звезд.

— У меня было три имени… может, четыре… но ни одно не принесло удачи. Я не хотел бы, чтобы они принесли неудачу вам. Если захотите поговорить, «Ничто» подойдет, я не любитель поболтать. Шадикширрам пойдет за нами, и она будет ждать, что мы отправимся на восток.

— Потому что идти на запад безумие! — Ральф обернулся к Сумаэль. — Скажи им!

Она сжала покрытые шрамами губы и прищурила глаза, глядя на огонь.

— Восток быстрее. Восток легче.

— Вот! — рявкнул Ральф, хлопая себя по бедру.

— Я иду на запад, — сказала Сумаэль.

— Э?

— На востоке будут люди. Любой, кто убежал с корабля. В прошлый раз тот торговый пост кишел работорговцами.

— А Ванстерланд не кишел? — спросил Ральф. — Поскольку мы там на инглингах неплохо наваривались.

— Восток опасен, — сказала Сумаэль.

— А на западе ничего, кроме двух недель по пустыне!

— Там есть лес. Лес означает горючее. Может быть еду. На востоке торговый пост, но что потом? Болота и пустыня на сотни миль. Запад это Ванстерланд. Запад это цивилизация. Запад это… может быть корабли, что идут дальше. Домой.

— Домой. — Джод глядел на огонь, словно видел там свою деревню и тот самый колодец с самой вкусной водой в мире.

— Направимся вглубь земли, — сказала Сумаэль, — подальше от поля зрения любых кораблей. Потом на запад.

Ральф вскинул руки.

— Как ты найдешь дорогу в снегах? Закончите тем, что будете ходить кругами!

Сумаэль вытащила из куртки кожаный сверток и развернула, чтобы показать подзорную трубу и инструменты.

— Я отыщу дорогу, старик, не волнуйся на этот счет. Не могу сказать, что с нетерпением предвкушаю прогуляться по любому из этих маршрутов. Особенно в этой компании. Но на западе шансов может быть больше.

— Может быть?

— Иногда «может быть» — это лучшее, на что стоит надеяться.

— Трое за запад. — Анкран впервые улыбнулся с тех пор, как Шадикширрам выбила ему два передних зуба. — Что насчет тебя, здоровяк?

— Хмм. — Джод задумчиво подпер подбородок кулаком и оглядел круг. — Хм. — он тщательно осмотрел каждого из них и закончил на инструментах Сумаэль. — Хех. — Он пожал большими плечами и глубоко вздохнул. — Ральф, в бою я предпочел бы тебя любому. Но когда дело доходит до того, чтобы попасть из одного места в другое… я доверяю Сумаэль. Я иду на запад. Если вы меня возьмете.

— Можешь подержать надо мной свой щит, когда пойдет снег, — сказала Сумаэль.

— Да вы все нахрен спятили! — Ральф хлопнул тяжелой рукой по плечу Ярви. — Похоже, Йорв, остались только мы с тобой.

— Я весьма польщен предложением… — Ярви выскользнул из-под руки Ральфа, скинул его шкуру и надел свою рубашку, которая еще не совсем высохла, но уже почти. — Но в первую очередь нам надо держаться вместе. Держаться вместе или умереть поодиночке. — А еще в Гетланде его ждали стул, клятва и месть. И чем дольше они ждут, тем шансов меньше. — Мы все пойдем на запад. — Ярви ухмыльнулся Ральфу и хлопнул его по плечу здоровой рукой. — Я молился о помощи помоложе, но возьму то, что смогу.

— Боги! — Ральф прижал ладони к вискам. — Мы все об этом пожалеем.

— Присоединю эти сожаления к остальным. — Ничто смотрел в темноту, словно увидел за огнем призрачного гостя. — У меня их достаточно.

20. Свобода

Сумаэль вела в яростном темпе, и они шли за ней, задавая так же мало вопросов, как если бы они гребли. Они с трудом проходили по изломанной земле черных скал и белого снега, где все чахлые деревца, согнутые ветром в три погибели, угрюмо кланялись в сторону моря.

— Сколько еще шагать до Ванстерланда? — крикнул Ральф.

Сумаэль проверила инструменты, ее губы беззвучно пошевелились, потом она посмотрела на пятно Матери Солнца в железном небе и, ничего не ответив, пошла дальше.

В цитадели Торлби мало кто посчитал бы сокровищем тюк заплесневелой парусины, который принес Ничто, но он оказался их самым ценным предметом. С тщательностью пиратов, которые делят награбленную добычу, они порвали одну половину на всех и засунули под одежду, намотали на замерзшие головы и руки, напихали в сапоги. Вторую половину нес Джод, так что они собирались под ней, когда наступала ночь. Несомненно, под ней было не намного теплее, чем в полной темноте снаружи, но они были благодарны и за эту малость.

Потому что эта малость была разницей между жизнью и смертью.

Они по очереди шли впереди. Джод пробирался, не жалуясь. Ральф осыпал снег проклятиями, словно тот был его старым врагом. Анкран пробивался, обхватив себя руками. Ничто шел с поднятой головой и плотно сжимал в руке меч, будто воображал, что и сам он сделан из стали, и никакая погода не сможет его остудить или разогреть, даже когда снег, несмотря на молитвы Ярви, начал ложиться на плечи его украденной куртки.

— Охренительно, — пробормотал Ральф в небеса.

— Снег работает на нас, — сказал Анкран. — Скрывает наши следы, прячет нас. Если повезет, наша старая хозяйка решит, что мы тут замерзли.

— Если не повезет, так оно и будет, — пробормотал Ярви.