Джо Аберкромби – Немного ненависти (страница 24)
– Что ж, тогда за работу!
Савин нацепила на лицо самую лучезарную из своих улыбок, со щелчком распахнула веер и поплыла вниз по ступеням в гущу сражения.
– Леди Савин, вы рассмотрели мое предложение? Помните – новое решение для перевозки угля по воде? Речь идет как о лодках, так и о грузовых судах! Мы будем поставлять уголь в любое жилище, каким бы скромным оно ни было. Уголь – наше будущее!
– Согласно моим исследованиям, холмы под Ростодом буквально
– Мне необходимо только убедить владельца земли, он родственник лорда Ишера, а я знаю, как вы близки с его сестрой…
Савин умела владеть мечом, но на этом поле боя ее оружием был веер. Когда он в закрытом виде заговорщически касался чьего-либо плеча, это вызывало на лицах улыбки вернее, чем ведьмина волшебная палочка. Когда он резким щелчком раскрывался с поворотом запястья, это обрывало бесплодные разговоры резче, чем топор палача. Когда он изящно поднимался к лицу, в совокупности с опущенными уголками губ и поворотом плеча, это погребало человека глубже, чем лопата могильщика.
– Соль сейчас самая верная вещь, леди Савин. Соль в больших количествах, доступная для всех. Партнер в таком деле может за несколько месяцев получить
– Часы – вот что нужно! Точные часы! Дешевые часы! В них потенциал, леди Савин, вы не можете закрывать глаза на потенциал…
– Поймите, одно ваше слово нужному человеку в патентном ведомстве…
Один за другим они представали перед ней со своими планами, своими мечтами, с ярким огнем уверенности в глазах. Ее малейшая улыбка – и их лица освещались восторгом. Слегка сдвинутые брови – и их окатывало волной ужаса. Заканчивая каждую из этих коротких встреч щелчком веера, она думала обо всех отказах, которые ей довелось получить за свою жизнь, и наслаждалась чувством своей власти.
– С вашими контактами в Стирии, вашего покровительства было бы более чем достаточно…
– Учитывая ваши связи в Агрионте, потребовалось бы всего лишь поговорить…
– Единственное, чего мне не хватает, – это капитала!
–
– Леди Савин? – Молодая женщина, рыжий парик, обсыпанные веснушками плечи. Манера выглядывать поверх чересчур яркого веера, видимо, была рассчитана на то, чтобы очаровывать, но, по мнению Савин, выдавала лишь пронырливость. – Простите меня, но я ваша
Ужасных поклонниц и поклонников к Савин стояла целая очередь, и было непонятно, с какой стати эта девица решила, что может влезть впереди всех.
– Прелестно.
– Меня зовут Селеста дан Хайген.
– Не кузина ли Бораса дан Хайгена?
Самодовольный болван. Похоже, это у них семейное.
– Всего лишь дальняя родственница, – стыдливо улыбнулась Селеста. – Боюсь, я не более чем крохотный сучок на самой дальней ветке фамильного древа.
– Скорее набухающая почка, без сомнений, готовая распуститься.
Селеста залилась краской – этакая невинная девушка из провинции, совершенно затерявшаяся в большом городе. Она напоминала Савин плохую актрису в плохо написанной пьесе.
– Я знала, что вы прекрасны, но даже предположить не могла, что вы окажетесь так добры! Мой отец оставил мне немного денег, и я хотела бы их куда-нибудь вложить. Осмелюсь ли просить вас о совете?
– Покупайте то, что растет в цене, – сказала Савин, поворачиваясь к ней спиной.
– Леди Савин дан Глокта. – Невысокий человек, вьющиеся волосы. Одежда говорит одновременно о богатстве, скромности и хорошем вкусе. – Я надеялся свести с вами знакомство.
– Кажется, в этом вы меня опередили.
– Но не в отношении красоты.
И действительно, внешность у него была незапоминающаяся – не считая ярких глаз. Они были разного цвета, один голубой, другой зеленый.
– Меня зовут Йору Сульфур, – представился незнакомец.
Это было поистине редкое событие для Савин – услышать имя, которого она не слышала прежде, и это всегда возбуждало ее любопытство. Новые имена, в конце концов, означают новые возможности.
– И чем вы занимаетесь, мастер Сульфур?
– Я принадлежу к ордену магов.
Савин было не так-то легко удивить, но здесь ее брови помимо воли приподнялись. Обычно Зури отваживала от нее всяких чудиков, но сейчас ее, как назло, не было рядом.
– Волшебник на собрании инвесторов и изобретателей? Разведываете неприятельские позиции?
– Точнее будет сказать, что я ищу новых друзей. – Его улыбка была полна белых, острых, блестящих зубов. – Нас, магов, всегда интересовали возможности изменить мир.
– Как замечательно, – отозвалась Савин, хотя по ее опыту, когда люди заговаривали о том, чтобы менять мир, они всегда имели в виду изменение в нужную для себя сторону.
– В прежние времена, в дни Эуса и его сыновей, лучшим средством для этого была магия. Но сегодня… – Сульфур обвел взглядом кипящее движением фойе и наклонился ближе, словно собираясь поделиться секретом: – Я начинаю думать, что ваш способ даже лучше.
– Вы идете туда, где можно найти силу, – промурлыкала Савин, легонько касаясь веером его запястья. – Я точно такая же.
– О, вам стоило бы познакомиться с моим учителем! По моим ощущениям, вы нашли бы друг в друге
Савин сдвинула брови.
– Понятия не имею, о чем вы…
– Леди Савин! – На нее надвигался Карнсбик, широко расставив руки в знак величайшей приязни. – Когда, черт возьми, вы наконец выйдете за меня замуж?
– Через несколько дней после никогда. К тому же, я готова поклясться, что присутствовала при том, как вы женились на ком-то другом.
Он взял ее за руку, вложил ее ладонь в свою и поцеловал ее.
– Одно ваше слово, и я собственноручно ее задушу!
– Но ведь она такая милая женщина, я не возьму такого греха на свою совесть.
– Только не надо делать вид, будто у вас есть совесть!
– Почему же, она есть. Просто я держу ее в наморднике и привязываю подальше, когда веду дела с партнерами. Вот, познакомьтесь…
Она повернулась, чтобы представить ему Сульфура, но обнаружила, что тот уже растворился в толпе.
– Карнсбик, старый ты пес!
Это был Арингорм, тот, что выступал первым – влез прямо в их разговор, словно боров в розовую клумбу.
– Арингорм, друг мой! – Карнсбик радушно хлопнул его по плечу. В том, что касалось машин, он был гением, но его беда была в том, что он слишком доверял людям. – Позволь представить тебе Савин дан Глокта!
– А, ну да. – Арингорм обратил к ней откровенно натянутую улыбку. Видимо, один из тех невыносимых людей, которые считают, будто другие существуют лишь для того, чтобы удовлетворять их нужды. – Насколько я понимаю, вы инвестировали капиталы в несколько железных рудников в Инглии. А если точнее, то вы являетесь, вероятно, самым крупным индивидуальным владельцем во всей провинции.
Савин не любила, когда ее дела обсуждались вот так, перед публикой. Когда ты выигрываешь, люди стремятся с тобой подружиться. Но когда ты выигрываешь слишком много, они начинают нервничать.
– Да, кажется, у меня есть там некоторые интересы.
– Вам стоило послушать мое выступление. Основной вопрос при обеспечении эффективной работы рудников – это насколько быстро удается откачивать воду с глубины. При использовании ручного труда или лошадей неизбежны определенные ограничения, но мне удалось так модифицировать двигатель мастера Карнсбика, что скорость откачки возрастает десятикратно, что дает возможность копать дальше и глубже…
В том, что он говорил, был некоторый смысл, но у Савин вызывала отвращение сама его манера говорить.
– Благодарю, но в настоящий момент меня интересует не железо, а мыло.
– Простите?
– Мыло, стекло, посуда. Вещи, которые некогда были роскошью, доступной только для благородных, а сейчас считаются необходимыми для любого зажиточного человека, вскоре станут насущной потребностью всех людей. Чистое тело, застекленные окна и… наличие в доме посуды. Найдите способ выкачивать из земли обеденные сервизы, и я с радостью обсужу его с вами.
– Вы, должно быть, шутите.
– Свои шутки я приберегаю для тех, у кого есть чувство юмора. Вы должны понимать, что мне приходится соблюдать осторожность в выборе своих партнеров.
– Вы совершаете большую ошибку.
– Далеко не первую, уверяю вас. Тем не менее, мне как-то удается держаться на ногах.