Джина Шэй – Мой бывший бывший-2 (страница 59)
— Нет, нет, — тем временем продолжает Кристина с записи, — мне все понятно. Да, ты прав, у нас все готово, пара недель значения не имеют. Я все сделаю.
— Постарайся ничего мне не испортить в этот раз, — раздраженно роняет Ютака, — все должно быть идеально. Загоните эту дрянь в угол, я хочу, чтобы она ощутила все последствия того, что мне отказала.
Оп. А вот это, кажется, обо мне. Получается, получив в морду от Яра и от ворот поворот от Козыря, своим назначением обломавшим “личную встречу” нашему дорогому представителю инвестора, Ютака решил, что так просто он мне это не спустит? Отсюда нарисовался Василий Иванович, и Павлик, с его рисованием следов вируса на моем компьютере? У них было готово все, чтобы организовать Козырю виновника вирусной атаки. И если бы его на самом деле не было на месте…
Хотя могло ли его вообще не быть на месте?
Все это — его большая игра, в которой он прекрасно подстроился под ситуацию и даже якобы уехал из офиса, заявив свое отсутствие аж на целый день. Судя по всему, если кого-то и опасались наши заговорщики — то только Козыря, без него они были абсолютно уверены в своем успехе.
На том и погорели, кажется.
— Может, мы поужинаем сегодня? — после краткой паузы голос Кристины продолжает звучать. — Я по тебе соскучилась, Юта-сэмпай.
Надо же, даже суффикс нужный выучила. И голосочек-то у неё внезапно становится томный, флиртующий. Так не разговаривают с боссом, а вот с любовником — очень даже.
К моей неожиданности, Ветров, сидящий со мной рядом, до того довольно безразлично наблюдая весь этот спектакль, вздрагивает и подается вперед, проявляя недюжинное любопытство к этому диалогу. У него даже глаза расширяются от удивления.
Надо же, как его заботит личная жизнь его бывшей!
— Нет, — кратко отвечает Ютака, и вот это на самом деле для меня оказывается неожиданностью, — я сейчас не в настроении, бии. Слишком много разочарований от тебя в последнее время. Мне даже пришлось приехать лично, чтобы контролировать ситуацию. Это входило в мои планы, но я бы не вызывал даже минимальных подозрений, действуя удаленно, как и раньше.
Короткая пауза — слишком короткая, чтобы в неё уместилось хоть что-то, кроме разочарованного вдоха, а потом голос Кристины звучит снова.
— Это из-за неё, да? Из-за этой чертовой честной дуры, которая тебя послала? Из-за неё тебе плевать на меня?
Так, это снова обо мне, не так ли? Судя по острому взгляду нашей дивной кадровички, пойманному мной — я угадала.
— Да, она — интересная цель, Кристина, — ответ Ютака дает лениво и как-то даже слегка небрежно, — в определенной степени, да, это, конечно, сказывается на моем настроении.
— Да что вы все в ней находите? — взрывается Кристина, та, голос которой звучит в аудиозаписи. — Ни кожи, ни рожи, ни нормального фасада!
Ну прям, ни рожи. Очень даже с ней, между прочим. Фасад, конечно, не такой, как у Кристины, зато свое, некупленное!
— Мы находим в ней достоинство? — хладнокровно интересуется японец. — Она себя уважает. Она верна своим принципам. Она — профи в своем деле. Это всегда интригует, возьми себе на заметку.
И тихонько рядом со мной Яр поскрипывает зубами. Милый, ты уже определись, кого ты тут ревнуешь, Кристиночку или меня! Лучше её! А я — уже почти обиделась.
— Юта… — голос Кристины сильно хрипнет, будто она теряется, а её лицо в настоящем пылает от стыда, — ты ведь не потому сдвигаешь наши планы, что хочешь, чтобы она обратилась к тебе за помощью? Чтобы ты ей эту помощь предложил? Ты хочешь её все-таки заполучить, да?
Короткая пауза. Она все-таки есть. Он отвечает ей не мгновенно.
— Кристина, — голос японца становится чуточку мягче, — ты должна помнить, я никогда не поставлю под удар свои задачи. Никакая женщина не встанет для меня выше моих деловых интересов. Помнишь? Хорошо. Значит, займись моим заданием. Справишься с ним — съездим куда-нибудь, отпразднуем мою победу над Козырем. Договорились?
— Итак, я думаю, мы вдоволь наслушались истории о вашей мотивации, Кристина, — Эдуард Александрович снова касается экрана планшета, останавливая воспроизведение.
Почему-то перед моими глазами рисуется картинка — привыкший к охоте в дикой природе кот с хищным прищуром, загнавший в угол маленькую мышь. Мышь не собирается сдаваться без боя, пытается допрыгнуть до вражеской лапы, укусить побольнее — а вдруг испугается и отступит. А кот слишком сыт, чтобы жрать всё подряд, и слишком опытен, чтобы дать мышке слабину. Он играет. То тут приподнимет лапу, то там якобы отвернется, мышка дергается, бросается на просвет и тут же оказывается отброшена назад. Мышка на старте наверняка рассчитывала, что у неё все получится, она прорвется, ну, или хотя бы что коту наскучит и он пойдет спать.
Он и пойдет. После того, как тяжелой лапой переломит нарушительнице своего покоя её тонкий позвоночник.
Нет, Козырь не осуществлял никакого физического воздействия. Но то, что он сделал — имеет ничуть не меньший эффект. По крайней мере у Кристины больше слов не находится. И вообще она с удовольствием бы сейчас провалилась сквозь землю.
— Ну, что, будешь оспаривать подлинность записи? — насмешливо интересуется Эдуард Александрович, глядя в неподвижное от шока лицо Кристины. — Экспертизу мы к суду сделаем. Хочешь мне сказать, что я не имел права ставить на тебя прослушку? Ты удивишься, но подобный пункт имеется в каждом нашем типовом трудовом договоре, в части “Права и полномочия Нанимателя в случае внештатных ситуаций”. И ты под этим ставила подпись. Василий Иванович, ты там как? У тебя давление не подскочило? А то ты как-то покраснел внезапно.
Козлевский и вправду сейчас напоминает близкого родственника вареной свеклы. Багровый, с резко налившимися кровью глазами… Может, ему скорую надо?
Нет, кажется, дело не в этом.
Он резко поднимается из своего кресла, подходит к столу Козыря, подхватывает какую-то чистую бумажку с края столешницы и размашисто что-то на ней пишет, а потом сует в руки Эдуарду Александровичу.
Козырь косится на лист бумаги и ухмыляется.
— Вот так. Василий Иванович уже готов сознаться и все рассказать. Все бы так.
— Вась… — Кристина пошатывается на своих каблуках, только в последний момент удерживаясь за ручку кресла, — ты неправильно понял.
— Дрянь, — это Козлевский выговаривает с очевидным усилием, и с глубокой болезненной гримасой, сломанная челюсть явно не дает ему нормально разговаривать, — какая же ты дрянь, Крис…
Господи, она что, еще и с ним роман крутила? Ютаки было мало?
У Ветрова, сидящего со мной рядом, совершенно стеклянные глаза.
— Итак, я думаю, мы подведем итог этому балагану, — Эдуард Александрович теряет всякий интерес к Кристине после того, как растер её самомнение в порошок, да и она тихонько сползает в свое кресло, закрывая лицо руками, — все мы знаем, что сейчас передо мной нет ни одного невиновного. На каждого из вас у меня уже есть достаточное количество компромата. Кроме, пожалуй, тебя, дружок, — Козырь разворачивается к Павлику, — но сегодня ты попался на горячем. Мне тебя не хватало для полной картинки, прям чувствовал, что в расстрельном списке одного мудака не хватает. Кто-нибудь хочет мне покаяться в своем предательстве? Кристина, у вас самоотвод, даже рот не открывайте.
Павлик вскидывает глаза, пылая такой безграничной надеждой...
— Правда, это вам никак не поможет, разве что карму почистите.
Судя по всему, это вообще любимая тема Козыря — со змеиной улыбочкой приземлять носом в грязь тех, кому он только что подарил надежду на свет в конце тоннеля. Павлик сутулится и огорченно кривится..
— Ну, раз никто… — Эдуард Александрович презрительно прищуривается, — тогда пропуска мне на стол и проваливайте. Собирайте ваш хлам, мои люди проследят, чтоб вы не нагадили мне напоследок. Иски в прокуратуру пойдут сегодня же и… — ой, какая нехорошая у Козыря выходит улыбка, — если хоть кто-нибудь из вас попробует сбежать от этих последствий — я до вас доберусь. И вот тогда мы поговорим без оглядки на закон. Как я люблю. Но вы, конечно, можете решить, что у вас получится от меня уйти...
Он будто бы даже надеется, что изменники попытаются сбежать, предвкушая, как лично разотрет их в порошок.
Его жертвы же впечатляются настолько, что сваливают в рекордно короткие сроки. Василий Иванович — явно на ходу набирает скорую.
Ветров поднимается с дивана рывком, и его лицо по-прежнему неподвижно, с того самого момента, как нарисовалась информациях о любовниках Кристины.
Кажется, он даже минут пять сидел, прикрыв глаза и что-то сосредоточенно обдумывая.
Как же задела его, кхм, ветреность его бывшей невесты. Как же я хочу выцарапать эти мысли из его головы своими ревнивыми когтями.
— Скажи, как давно ты об этом знал? — Яр не поднимает глаз на Козыря, предельно дотошно изучая собственные запонки. — Как давно ты, мой друг, знал о том, что моя любовница спит с кем-то еще? Я, между прочим, на этой… жениться собирался.
Надо же, о каких вещах он сейчас вспоминает. Собирался, да, целых пару дней. Или дело началось раньше? Я ведь многого не знаю об их отношениях, не знаю и того, что именно у Ветрова было с Лемешевой.
Но, видимо, не все так плохо, раз его так выбомбило.