Джин Вулф – Вспомни (страница 2)

Разумеется, вам придется выложить кучу денег на хоппер. Это уж точно. Но именно это и делает всю затею столь привлекательной для тех, кто такими суммами располагает и желает всем показать свое богатство. Но это не только дорого, это еще и опасно — что подтверждают последние перехваченные сигналы туристов, связь с которыми по коммуникатору, внезапно обрывалась. В каждом выпуске «Гида для путешественников по Солнечной системе» его издатели стараются предельно ясно довести до публики мысль об опасности таких странствий.

К сожалению, люди не склонны внимать разумным предостережениям. Люди отправляются в путь поодиночке или в компаниях. Иногда даже детей с собой берут. Ежегодно пять, или десять, или двадцать таких путешественников не возвращаются из космоса. И что же, все они находят упокоение в этих космических мемориалах, так сказать, в вечной памяти — memoria in aeterna? Конечно же, нет. Не все. Но всё же многие. И, надо сказать, популярность космических мемориалов постоянно растет. Некоторые из них — это просто камни. Другие… ну что ж, мы покажем вам несколько образчиков. В эпоху, когда надежда на какую-то жизнь после смерти оплыла, будто слишком долго горевшая свеча, в столетие, которое увидело, как бульдозеры перепахивают Арлингтонское национальное кладбище, чтобы расчистить место для новых правительственных строений, желание остаться в памяти потомков разгорается с каждым годом все сильнее и сильнее.

Люди хотят не столько того, чтобы о них помнили всегда и везде, нет, им нужно хотя бы, чтобы их не забыли окончательно. Мы желаем этого тем, кого любим. Чтобы хоть что-то от них оставалось, пока не потускнеет Солнце. И кто поставит нам это желание в вину?»

А теперь пора делать прыжок. Возможно, удастся узнать и, может быть, скоро, что там в точности случилось с той бедной девочкой, которая тщетно пыталась связаться со своим возлюбленным и его друзьями, а потом, через очень небольшой промежуток времени, и ее собственный инфотрафик сгинул без следа.

Первый проинспектированный Мартом мемориал оказался изысканным сооружением. Кто-то обладающий хорошим вкусом взял за основу образчик, рассчитанный на условия пустыни, и переделал его для использования в космическом пространстве. В конструкции этой одинокой миссионерской часовенки не было ни низа, ни верха, она кружила по орбите не слишком близкой к Юпитеру и была открыта Господу Богу, с какой бы стороны Он сюда ни заявился.

Около нее ярким пламенем горели поминальные свечи, свечи, которые могли гореть в вакууме, очевидно, по той причине, что в состав парафина входили химикалии, выделяющие кислород при нагревании. Свечи образовывали величественное кольцо из белого воска и огня вокруг часовни, они горели в пустоте, и пламя на кончиках их фитилей имело сферическую форму.

«Часовня, посвященная памяти Альберто Вилласеньора, Эдиты Вилласеньор и Симплиции Эрнандез, — говорил Март в микрофон цифровика, — запущенная сюда, в глубокий космос, детьми и внуками Вилласеньоров, а также внуками и правнуками Симплиции Эрнандез».

Сколько же тысяч часов пришлось Альберто Вилласеньору вкалывать под палящим солнцем, чтобы приобрести хоппер, который доставил его вместе с женой и какой-то очень пожилой женщиной, возможно, тещей, прямехонько к месту гибели неподалеку от Юпитера? Их трехмерные фотографии находились внутри гробницы, и следы часов, проведенных под беспощадными лучами солнца, отчетливо читались на лице Альберто.

Отключив аудиозапись, Март пробормотал поминальную молитву по всей троице.

Вернувшись в хоппер и кликнув вызов е-мейл, Март был вознагражден появлением на экране голубых глаз и ослепительной улыбки Кит.

«Что за ерунда с «полупрозрачным» скафандром, Винди, дорогой? Прозрачные всего на пару штук дороже. Я уже прикупила один такой и попозировала перед зеркалом. Ну, без всякого там бельишка. Хорошая штучка. Дождись снимков! Они тебе понравятся.

Однако, Винди, ты так ничего и не сказал насчет моей подружки Робин Редд. Можно и ей со мной прискакать? Я должна взять ее с собой, Винди, или я никуда не полечу. Она сейчас в кризисе после расставания со своим бывшим, который устроил ей веселенькую жизнь. Ей выписали ордер Защиты, ну, ты знаешь всю эту чушь насчет того, что она теперь под охраной государства и закона, да только ее бывшему муженьку на все это наплевать. Правда-правда, Винди! Я гостила у нее в среду, когда он начал выламывать дверь ее дома. Честное скаутское! Я схватила нож для резьбы по дереву и визжала так, что у самой чуть крыша не поехала.

Винди, лапушка, не могу же я оставить Робин в беде! И не оставлю! Особенно после того, что нам пришлось пережить в тот кошмарный вечер в среду. Ну, так можно ей приехать? Винди, это я, Кит, и я тебя умоляю!»

Март вздохнул и откинулся на спинку кресла, собираясь с мыслями, перед тем как заговорить.

«Приветик, Кит, а я-то размечтался, что тебе не терпится увидеть мой мужественный профиль. Ладно, с тобой все ясно. Приводи подружку. Полагаю, она тоже получила хорошее воспитание и не станет отдергивать занавеску, если услышит всякие интересные звуки с койки. Верь мне, дорогая, на этот раз простыни будут постиранные.

Однако, Кит, тебе все же придется надевать что-нибудь под прозрачный скафандр. Я должен свыкнуться с этим зрелищем, если хочешь, чтобы я показывал тебя ниже шеи».

Стоило Марту провести хоппер чуть ближе к Номеру Девятнадцать, как ему открылся еще один мемориал. То был астероид, вращающийся вокруг Юпитера по орбите, лежащей далеко за пределами орбиты Синопе. Март знал о нем и раньше, но думал, что это всего лишь скопище каменных обломков, слишком маленькое, чтобы хилой своей гравитацией удержать даже выбиваемые метеоритами осколки.

А теперь Март ясно видел вход в гробницу. Тот был закрыт, хотя большая часть таких входов всегда широко раскрыта, и он был прямоугольным, в отличие от многих других, представляющих собой более или менее правильные круги. По мере приближения к вращающемуся астероиду все яснее можно было прочесть аккуратные письмена перед входом: ПОЖАЛУЙСТА, ВЫТИРАЙТЕ НОГИ. Похоже, то, что надо.

Скафандр Марта, оранжевый и абсолютно непрозрачный, начинал уже выказывать признаки износа. Пока ничего опасного, но нужно быть начеку. Вот если бы военный космокостюм!..

Да, армейский скафандр — штука надежная, как рыцарские доспехи. Военный космокостюм сам избавлялся от накапливающегося тепла и поддерживал внутри приятный климат, независимо от того, что было снаружи. В нем можно есть и пить, а еще, не испытывая никаких неудобств, справлять нужду. Три разных источника света, множество самых разнообразных инструментов и полдюжины единиц различного вида оружия были встроены в этот скафандр; а еще мини-компьютер с такой обширной памятью, что это уже по сути искусственный интеллект. Такой компьютер мог и должен был выдавать советы и предостережения. Он отслеживал все, что находилось за спиной облаченного в скафандр человека, а если тому требовалось поспать, то скафандр охранял его сон.

Солдат в армейском космокостюме мог просунуть руку в шлем и почесать нос или даже взять к себе в скафандр оставшегося без вакуумного костюма товарища — раненого или потерявшего сознание.

Армейский скафандр…

Стоил больше, чем все состояние Марта Уайлдспринга до развода с женой, и в двадцать раз больше, чем было его нынешнее состояние. А теперешний космокостюм Марта, поношенный, грязно-оранжевого цвета, мог автономно передвигаться в пустоте благодаря встроенным ракетным двигателям, обеспечивал связь и пригодный для дыхания воздух на четыре с небольшим часа. Шлем, чуть больший, чем круглый аквариум для рыбок, мог затемняться лишь после мощнейшего удара ультрафиолетовым излучением. Технология XX века, и следовало благодарить судьбу за то, что хотя бы такой у него есть. Пожав плечами, Март тщательно застегнул скафандр и нацепил пояс с инструментами.

Космоботинки поверх ступней скафандра не были такой уж необходимостью, но являли собой пример (как Март напомнил самому себе) чертовски хорошей идеи. Космокостюмы рвутся. А особенно легко рвутся дешевые гражданские скафандры и чаще всего на ступнях. Маленькие постоянные магниты в ботинках помогают достаточно устойчиво держаться на металлическом корпусе хоппера, но в то же время не настолько сильно к нему прилипать, чтобы в случае нужды нельзя было легко с корпуса спрыгнуть.

Крепко зашнуровав второй ботинок, Март прицепил к поясу страховочный шнур и надел шлем. На Земле его космокостюм весил пятьдесят семь фунтов. Здесь же практически ничего. Тем не менее то и дело приходилось с раздражением бороться против его массы, которую тупая, прямолинейная инерция влекла по самым неподходящим направлениям. Что ж, можно было рассматривать это как полезные физические упражнения, а то в невесомости люди часто теряют форму. Кит может стать еще одним источником благотворной физической нагрузки, если все пойдет так, как он, Март, на то надеется.

Воздушный шлюз был достаточно просторен для одного человека, если тот, конечно, не страдал клаустрофобией. Март захлопнул внутреннюю дверь и, закрутив колесо, вслушивался, как драгоценный воздух из шлюза закачивается внутрь хоппера. Сначала громкое шипение, потом все более тихий свист, а дальше тишина.