Джин Вулф – Исход из Длинного Солнца (страница 46)

Сиюф покачала головой:

— Высокая речь не для развлечения на званых обедах, кальде. Вместо этого я скажу то, что я намеревалась сказать. Нет другого города настолько близкого к богине, как наш. Посмотрите на себя. Вы говорите, что у вас есть богиня. Сцилла. Тем не менее, ваши женщины — рабыни. Если бы Сцилла заботилась о вас, она бы позаботилась о них.

Маттак принялся было протестовать, но Сиюф заговорила громче:

— Мы находимся возле сердца Сфингс, и нам не нужно резать животных, чтобы прочитать в потрохах ее волю. Каждый день мы молимся ей, не терзаем ее вопросами, но предлагаем искреннюю молитву. А когда мы что-то желаем узнать, мы идем и находим. Вашу Мяту застрелили. — Она посмотрела на Сабу, за подтверждением, и та кивнула.

— Это очень неприятно, — продолжала Сиюф, — и я была бы рада не рассказывать вам все это. Она пошла на переговоры с врагом, верно?

— Да, — ответил Бизон, сидевший справа от Сабы. — Верно.

— Вместе со святым человеком, для защиты. Враг убил их обоих. Захватил в плен, сказали мне, но я говорила с их предводителем, человеком по имени Лори, и он не смог продемонстрировать, что они живы. — Сиюф подождала возражений, но их не последовало.

— Ваша Мята была величайшим умом. Я бы хотела поговорить с ней. Или даже посражаться на мечах, чтобы этот старик увидел настоящую честную игру. Все, что я слышала, говорит о том, что она была женщиной сильного духа, и, я уверена, когда она отправилась на переговоры о мире и ее взяли в плен, она стала сопротивляться. Тогда какой-то дурак застрелил ее вместе со святым человеком. Грязное преступление. Я узнала о нем после парада и уже приказала нашему Инженерному корпусу копать. Мы найдем эти туннели, сделаем новый вход рядом с большим озером и вскоре найдем тот, который приведет нас к этому Аюнтамьенто. И отомстим за Мяту.

Бизон посмотрел на Шелка; тот кивнул, и Бизон сказал:

— Должен сказать, генералиссимус, что кальде и я видели генерала Мяту в его стекле прямо перед тем, как мы сели за стол. То, что кальде с самого начала приготовил для нее место, это как символ, сигнал. Он хотел показать, что мы надеемся — она еще жива.

— И вскоре вернется к нам, — добавил Шелк.

— Так что теперь этот стул, — Бизон указал на него, — больше, чем символ. Монитор кальде Шелка показал нам то, что он видел незадолго до того, как мы его спросили: генерал Мята вместе с четырьмя людьми, несколькими солдатами и животными торопливо идет по туннелю. Она присоединится к нам еще до вечера.

Сиюф поджала губы.

— Разве солдаты, в руках которых находится ваша Мята, не враг?

Саба поставила свой бокал на стол.

— Солдаты Вайрона защитили кальде, когда некоторые частные охранники попытались убить его. Я упоминала это… — Внезапно ее голос резко изменился, рот исказился в жуткой усмешке. — Я нашла ее, Шелк. Она на рынке. Покупает маленькое животное, которое говорит. Она несет его туда, где они их убивают.

Глава десятая

Жизнь за Паса

Сержант Песок взобрался первым. Майтера Мята, истощенная и почти задушенная пеплом, наполнявшим воздух туннеля, подумала, что проход должен быть необыкновенно большим, учитывая огромное стальное тело сержанта. Она сотни раз чистила алтарь старого мантейона на Солнечной улице, и, хотя она сказала себе, что, скорее всего, ошибается, ей казалось, что его мусоропровод был наполовину меньше этого.

— Жертвы, э? — кашлянул Прилипала, разглядывая годовалых туннельных богов, которых Антилопа вел на поводке. — Для — чхи! — Паса. Его… э… а… духа?

Шифер кивнул:

— Так говорит Пролокьютор.

— Ты говоришь, что Пас мертв. — Майтера Мята не слишком верила, что такое вообще возможно, а еще меньше — что это произошло. — И что он вернулся обратно, призраком?

— Так и есть, генерал.

— Мы не говорим, что это произошло, — добавил Сланец, — но так говорит он. — Сланец мотнул головой в сторону мусоропровода, в котором уже исчезли пятки Песка. — Серж в это верит. Ну и я.

Тур подошел поближе к майтере Мята:

— Леди, все эти хэмы шизанулись. Секи, мы же био, лады? Я, ты, Паук и Антилопа. И даже длинный мясник.

В дымно-пепельном свете она почти не видела лицо Тура; тем не менее, она слишком живо представляла себе вкрадчивое выражение его лица.

— Мы, био, должны тусоваться вместе. Создать банду, сечешь? А из-за их разговоров нас всех опустят в лед.

— Скатертью дорога, — пробормотал Паук.

Гулкий голос Песка, отразившийся эхом от мусоропровода, прилетел сверху и закончил разговор:

— Следующий — авгур. Поднимайте его.

Прилипала посмотрел вверх.

— Это мантейон, а?

— Большой, патера. И очень темный. Погоди минуту.

Грифель нагнулся к ногам Прилипалы.

— Я собираюсь схватить тебя за ноги, сечешь, патера? Я подниму тебя и суну внутрь. Вытяни руки над головой и направь себя внутрь. Когда ты точно войдешь в короб, я толкну твои ноги так сильно, как только смогу. Ну, ты еще немного поерзай, а потом Песок тебя подхватит. — Внезапно черный провал мусоропровода превратился в сияющий прямоугольник.

«Он большой, — подумала майтера Мята, — как и должен быть. У них много жертв, и во время каждого жертвоприношения они сжигают целую тележку дров».

Вернулся голос Песка:

— Здесь есть масляные лампы. Я зажег парочку для вас.

— Спасибо! — крикнул Прилипала. — Моя самая, хм, глубочайшая… э… и искренняя признательность, сын мой. — Он посмотрел вниз, на Грифеля. — Я готов, э? Поднимай.

— Все будет в порядке, Ваше Высокопреосвященство, — уверила его майтера Мята.

— Вы думаете… я испытываю страх? — Прилипала улыбнулся, свет, льющийся из мусоропровода, высветил его зубы. — Чтобы, хм, вновь посетить виток света, майтера, я… ой!

Грифель схватил его за лодыжки и поднял. На мгновение Прилипала опасно закачался, и показалось, что он должен упасть; но Паук поддержал его бедра справа, и в следующую секунду руки и голова Прилипалы исчезли из виду.

— Он идет, серж!

— Секи, — прошипел Тур почти у самого уха майтеры Мята, — они думают, что должны отдать чегой-то там Пасу. Он вложил это в их головы, твой хефе вложил.

— Его Святейшество. — Она закашлялась, потом повернулась к Туру. — Не могу себе представить Его Святейшество в этих ужасных туннелях, хотя я знаю, что он был здесь вместе с кальде.

— И я. Только, секи…

— Заткнись. — Майтера Мята поглядела на животных Антилопы. — Грифель, как мы собираемся поднять этих животных наверх?

— Я уже рюхнул, — сказал Грифель. — Увидишь.

Пригнувшись, он схватился руками за края желоба и стал карабкаться вверх.

— Вам, двоим, лучше остаться здесь и помочь генералу и мне подняться, — сказал Паук Шиферу и Сланцу.

— Заметано. — Грифель уже исчез из виду, и Шифер прислонился спиной к стене из коркамня. — Мы передадим их наверх, как и карабины. Увидишь.

Сланец пренебрежительно указал на провал:

— Грифель, он упирается рогом ради еще одной нашивки. Раньше у нас был капрал из роты «Н», только однажды он скопытился в большом сражении с талосом. На этот раз, вероятно, они выдвинут кого-то изнутри, и Грифель развоображался, что это будет он.

Из мусоропровода послышался голос Грифеля:

— Хватит языком молоть, передавай карабины.

— Заметано, — сказал Шифер и поднял в мусоропровод связку карабинов.

— Я связал их вместе с помощью плечевого ремня одного карабина, — объяснил Сланец. — Так легче поднимать.

Скребя по краям желоба, связка карабинов исчезла наверху. Шифер усмехнулся майтере Мята — откинул голову назад и влево.

— Он свисает оттуда, понимаешь? Серж держит его за ноги.

Паук откашлялся:

— Могет быть, вы пойдете следующей, генерал.

— Я бы хотела, — призналась она, — но я должна быть последней. Это мое место, как старшего офицера.

— Не думаю, что ты могешь запрыгнуть туда, — возразил Шифер.

Она повернулась к нему: