Джин Соул – Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3 (страница 35)

– Ты забыл, чему я тебя учил? – сощурил глаза наставник Угвэй.

– А? – неопределённо отозвался Ху Фэйцинь.

Черепаший бог ткнул его концом посоха под рёбра, в один бок, в другой, прошёлся плашмя по спине и по шее. Ху Вэй зарычал.

– Как ты стоишь! – не обращая внимания на рык Ху Вэя, принялся ворчать наставник Угвэй. – Ци течёт свободно лишь по расправленным каналам, а ты весь сгорбился, будто тебе на спину черепаший панцирь нацепили. А это? – Он подцепил посохом хвост Ху Фэйциня. – Зачем выпустил, если не собираешься использовать его в сражении?

На лицо Ху Фэйциня начала подбираться краска: наставник Угвэй отчитал его, как мальчишку!

Он спрятал хвост и угрюмо сказал:

– Это мир демонов. Меня в два счёта обратно скрючит.

– Ты не в лучшей форме, – заметил наставник Угвэй. – Почему Аура миров вообще на тебя действует? Ты же бог.

– Я потерял девятый хвост, выбираясь из темницы, – неохотно ответил Ху Фэйцинь. – И ослаблен ранами.

– Фэйцинь… – прошипел Ху Вэй, – не давай врагу информационное преимущество!

– Я уверен, он давно уже это сам увидел, – возразил Ху Фэйцинь.

Наставник Угвэй погладил бороду:

– Но ты хотя бы выжил, а это не может не радовать. Ты уже знаешь о твоей матери и о твоей сестре?

Ху Фэйцинь медленно кивнул.

Наставник Угвэй неодобрительно покачал головой:

– Отлучился всего на пару черепашьих дней – и столько всего произошло!

Ху Фэйцинь припомнил, что не видел Черепашьего бога в Небесном дворце во время казни. Его ещё тогда удивило, почему наставник Угвэй не вмешался…

– Значит, всё-таки мир демонов, – неопределённо сказал наставник Угвэй, разглядывая Ху Вэя и Недопёска. – Так я и думал.

– Демоны не такие, как о них говорят, – угрюмо отчеканил Ху Фэйцинь.

– Знаю, но это ничего не меняет. Демоны должны быть уничтожены. Высочайшая воля твоего отца.

– А засунул бы он свою Высочайшую волю… – проскрежетал Ху Вэй.

Ху Фэйцинь толкнул его локтем в бок.

– Ты вообще знаешь, что происходит на Небесах? – спросил Черепаший бог.

– Отец готовится к войне, – поморщился Ху Фэйцинь, – собирает войска, чтобы привести их к границам мира демонов, и, вероятно, использует силу богов, чтобы нейтрализовать Ауру миров.

Наставник Угвэй кивнул одобрительно, довольный, что Ху Фэйцинь всё правильно понимает. А Ху Фэйцинь всё никак не мог понять, на чьей стороне Черепаший бог.

– Но кое-чего ты не знаешь, – после паузы сказал наставник Угвэй. – На Небесах неспокойно. Не всем по душе грядущая война. И ты в этом не последнюю роль сыграл, Тайцзы. Среди генералов тоже брожение умов.

– Что вы хотите сказать?

– Только одно. Когда Небесный император приведёт сюда войска и отдаст приказ, вероятно, выполнят его не сразу, возникнет заминка. И лучше бы тебе ею воспользоваться, – едва ли не с угрозой в голосе сказал наставник Угвэй.

– А вы? – прямо спросил Ху Фэйцинь.

– Я? – казалось, удивился наставник Угвэй.

– На чьей вы стороне?

Черепаший бог крякнул и стукнул Ху Фэйциня посохом по голове:

– Черепаший ты сын! Я ради него в мир демонов притащился, а он мне такие вопросы задаёт!

– Я ему не верю, – заявил Ху Вэй. – У него глаза черепашьи!

– Потому что я черепаха и есть! – сердито сказал наставник Угвэй.

Ху Фэйцинь отбил посох ладонью:

– Ради меня? Ничего нового вы мне не сказали…

– Я убедился, что ты жив, черепаший ты сын! Теперь, когда не осталось ни одного небесного зеркала, только и остаётся, что пребывать в неизвестности. Один мой ученик мёртв, другой пропал… Разбиваете моё старое черепашье сердце!

Ху Фэйцинь ощутил лёгкий укор совести. Теперь уже Ху Вэй толкнул его локтем в бок: не поддавайся, мол, и не вздумай разболтать, что ты новый бог небесных зеркал!

– Отвечая на твой вопрос… – сказал наставник Угвэй, упираясь посохом в землю. – Я не стану принимать участие в сражении, но случись что – вмешаюсь.

– Случись что? – переспросил Ху Фэйцинь.

– Если тебе будет грозить смертельная опасность. Нельзя, чтобы тебя убили.

– Потому что это нарушит равновесие трёх миров? – кисло уточнил Ху Фэйцинь.

Он уже наслушался об этом столько всего, что его воротило при одном намёке на это.

– Потому что я тебя, как родного, люблю! – сказал наставник Угвэй, присовокупив к своим словам ещё один взмах посохом.

Ху Фэйцинь перехватил посох, не давая себя ударить, но рука его чуть дрогнула.

– Тебе нужно вернуться в полную силу, – сказал наставник Угвэй, роясь за пазухой. – В таком состоянии тебе нельзя сражаться. Твои братцы случая не упустят… Да где же оно?..

Ху Фэйцинь покачал головой. Полностью восстановиться вряд ли получится: не хватит времени.

– Великие семьи его защитят, – буркнул Ху Вэй угрюмо, – он же бог.

Черепаший бог глянул на него вполглаза:

– А кто защитит Великие семьи?.. А, нашёл! – И с этими словами он протянул Ху Фэйциню небольшой мешочек. – Возьми, это поможет.

Ху Фэйцинь вытряхнул на ладонь пилюлю, похожую на зёрнышко граната.

– Тысячелетняя пилюля? – воскликнул он удивлённо.

– Конечно же, нет, – возразил наставник Угвэй. – Ты можешь себе представить, чтобы Черепаший бог взламывал Небесную сокровищницу и воровал небесные тысячелетние пилюли?

Ху Фэйцинь честно попытался себе это представить, но не смог.

– Эта редкая пилюля… редчайшая. Я собирался разделить её между тобой и твоей сестрой, но опоздал, к сожалению, – тяжело вздохнул наставник Угвэй. – События стали развиваться быстро и непредсказуемо…

Губы Ху Фэйциня дрогнули.

– Что… Что отец сделал с телом цзецзе? – сдавленно спросил он.

– Твой отец скрыл смерть Второй принцессы, об этом никто не знает.

– Но вы…

– Я Черепаший бог. Как будто можно от меня что-то скрыть! – фыркнул наставник Угвэй, пристально глядя на Ху Фэйциня, тот вспыхнул. – Ну да ладно, пора мне восвояси. Старой ящерице от меня не забудь привет передать.

– Старой яще… Вы знаете Лао Луна?!

– Разумеется, знаю. Хорошо, что ты его вытащил. И если он тоже здесь, значит, он выбрал сторону, и это тоже хорошо. С драконом на твоей стороне у тебя больше шансов выжить, – пробормотал наставник Угвэй себе под нос.

Он сделал прощальный жест, раскрутился на месте, превращаясь в огненный шар, и взмыл вверх.

[260] Черепаший бог подложил лисам… хорька?