Джин Дюпро – Алмаз Темной Крепости (страница 28)

Каким-то образом он должен напугать этих существ. У него не было оружия, лишь собственный голос. Он собрался с силами и издал мощный крик, вкладывая в него весь страх и ужас. Волки услышали и посмотрели в его сторону. Теперь он мог четко разглядеть их морды — длинные, узкие пасти с зубами, косыми желтыми глазами. Он крикнул снова, и на этот раз позвал, — Лина! Кричи на них! Больше  шума! Бросай камни! — Слово" шум " всплыло в его памяти, и он протянул руку и сдернул травинку. Теперь у него было то, что Кенни называет свистком для отпугивания волков. Он дунул, в результате чего возник долгий рваный крик. Волки сердито посмотрели на него, но не отступили. Лина крикнула, и волки снова повернулись к ней. Не отрывая глаз от них, она согнула колени и вцепилась в скалу под ней, собрав горстку слабо держащихся камней и бросила их вниз. На мгновение волки отступили, но лишь на мгновение. Тогда все трое животных снова прыгнули вверх, рыча и лая, и Дун забыл о своей безопасности и побежал вперед, создавая ужасающий крик и дико бросая руками. Он споткнулся, ноги подкосились, и он почувствовал боль, но быстро побежал дальше, не замечая. Если бы только у него было оружие! Даже палка! Но у него не было ничего, ничего, и Лина была в опасности, а он подошел настолько близко, что в любой момент оказался бы среди волков. Если бы он мог только как-то напугать их, рассеять их. Он остановился. Его рюкзак стукнулся о спину, он сорвал его, протянул руку и вытащил алмаз. Одним быстрым движением он отбросил в сторону желтую пленку. Это была доля секунды, когда игла печали пронзила его. Тогда он изо всех сил бросил алмаз в середину стаи волков. Но алмаз пролетел мимо волков и ударился о скалу. Он разлетелся на миллион кусочков, взрыв осколков стекла. Волки вскрикнули, нырнув головой, и отшатнулись. Еще раз Дун крикнул,  так же  как Лина, кидая больше камней. Волки отступили, быстро, насильственно тряся головой и все еще рыча. Дун увидел, что их серые шкуры были тонкими и неоднородными. Полосы  ребер виднелись с боков, и на их мордах и плечах была малая искристость, где свет поймал кусочки разрушенного алмаза. Один из них, казалось, принимал решение. Он недалеко отбежал и оглянулся, а другие, в конце взглянув на Лину, последовали за ним. Они побежали прочь, вниз по склону на север, и через несколько мгновений исчезли за гребенем хребта. Дун унял глубокое дрожащее дыхание. Он стоял, где раньше, и вдруг ослаб, когда Лина спустилась со скалы и приблизилась к нему. — Они ушли? — она кричала. — Ты в порядке?

— Да, — сказал Дун, хотя оказалось, не мог говорить очень громко, и как только он сделал шаг, боль пронзила его ногу. Его колени сложились, и он рухнул на землю.

Позади него солнце, наконец, поднялось над горой. Свет затопил небо, выплеснулся на травянистые холмы, и сверкал на кусочках стекла, разбросанных по земле у скалы. Остатки алмаза.

Глава 21 В затруднительном положении Лина, подбежав к Дуну, рухнула около него. Возбуждение, вызванное страхом, прошло, и она почувствовала себя разбитой. Мгновение она не могла говорить. Лина села на мокрую траву, вдохнула, содрогаясь. Дун повернулся к ней. — Ты не ранена, нет? Она потрясла головой.

— Хорошо, — сказал он.

Ветер снова подул на лицо Лины, и она вздрогнула. — Что ты бросил в них? — спросила она.

— Я расскажу тебе, — сказал Дун, — через минуту.

Далеко в небе большие птицы слетелись в круг и парили, не двигая крыльями. Лина вспомнила: они следили за волками и забирали то, что оставалось. Убирайтесь, птицы, подумала она. Здесь нет ничего для вас.

— Я схожу забрать мой рюкзак, — сказала она в это время. — Я оставила его на земле позади скалы.

Дун только кивнул. Лина ушла, и когда она вернулась, то увидела Дуна, поднимающегося на ноги. Но, как только он встал, то пошатнулся и упал. Она слышала, как он ворчал от боли.

— Что случилось? — спросила она, когда подошла к нему.

— Моя лодыжка, — сказал он. — Думаю, я подвернул ее.

— Ты совсем не сможешь идти?

— Не знаю, — признался он. Они поднялись, и Дун держался за руку Лины. При первом шаге он охнул, когда его ноги коснулись земли, но поднял ногу вверх снова. — Не так плохо, — сказал он. — Возможно, через некоторое время. . может быть, после того, как я отдохну немного…

— Нет, — сказала Лина. — Мы не можем вернуться в Искру сегодня ночью; не должны даже пытаться. Мы будем идти очень медленно. Наступит темнота, и мы застрянем в середине пути.

Дун закрыл глаза. Он прилег на траву лицом к солнцу. Это выглядело так, словно он собрался спать. Лина нежно покачала его руку. — Нам нужен план, — сказала она. — Мы должны уйти отсюда. Что, если волки вернутся?

Дун вздохнул и снова сел, опираясь руками.

— Я знаю, куда мы можем пойти, — сказала Лина. — Давай.

— Обопрись на меня. Наступай на здоровую ногу.

Дун с трудом поднялся на ноги и надел рюкзак. Он положил руку на плечо Лины, и вместе они обошли холм, возвращаясь туда, откуда пришли. Ветер сейчас дул на им в спину, развевая волосы на лицах, и утреннее солнце светило в глаза.

Дун молчал всю дорогу, и Лина волновалась. Может, он сломал себе лодыжку? Если он попытается идти дальше, то что произойдет? Но если он не сможет, тогда она сама вернется туда, откуда они пришли, чтобы обратиться за помощью.

Начинался подђем в гору. Это была долгая и тяжелая прогулка. Дун прыгал и хромал, каждые несколько шагов останавливался, чтобы отдохнуть от боли. Они, наконец, подошли ко входу в пещеру, но Лина повернула и повела Дуна через чащу деревьев к комнате Мэггс, которую та показала ей. Она хотела увидеть ее снова, в этом у нее не было сомнений.

— Здесь была книга, — сказала она. — Та, которую ты купил у бродяги. Это здесь они нашли ее. — Комната выглядела так же, когда Лина видела ее прежде — ровные стены, перевернутый стол, немного сухих листьев, рассеянных по полу.

Дун огляделся. Лина думала, что он будет рад, но он выглядел слишком усталым, чтобы заинтересоваться.

Она расстелила одеяло, и она сели. — Те волки, — сказала Лина. — Они напугали меня до мозга костей.

— Они были голодны, — сказал Дун.

— Да. Я думаю от меня пахло овцами.

— Досих пор есть какой-то запах овец, — согласился Дун. Тут Лина рассказала про Мэггс — что она была и бродягой, пришедшей из Искры, и пастухом, с которой она пряталась от дождя прошлой ночью, и также сестрой Трогга, которая доставляла еду его семье.

— Ягненок, — сказал Дун. — Мы ели его прошлой ночью. — Он рассказал Лине, как увидел ее хитрое послание и как освободился, узнав, что она в безопасности.

— Ты завтракал этим утром? — спросила у него Лина.

— Нет, — сказал Дун. — Я не спал всю ночь. Многое произошло. Я расскажу тебе.

— Да, — согласилась Лина. — Мы поедим и поговорим. — Она достала еду, которую дала Мэггс из рюкзака. — Вот, — сказала она, подавая немного засохшего сыра, моркови и крекеров. — Это странная еда, но на вкус ничего.

Так Дун и Лина поели, и он рассказал ей, что произошло — как он украл ключ у Минни, как Скавго помог ему сбежать, и как отключил питание Эмбера и запер Троггов в Трубах.

Лина волновалась за что-то в его голосе — был печальный, безнадежный тон, так не похожий на него. — Ты боишься, что Трогг может вернуться за тобой? — спросила она.

— Может, — согласился он. — Но если придет, я скажу ему правду: что я отключил генератор, и не будет больше воды, текущей по трубам. И не будет больше света от ламп. Он узнает, что больше не будет у него крепости для защиты.

— Но он будет в бешенстве от этого? И, возможно, попытается как-то наказать тебя?

— Он будет в ярости, но, думаю, на самом деле, не причинит мне вреда. Пока… — Дун затих. — Мы услышим голоса или шаги, — сказал он, — и закроем дверь комнаты, если узнаем что-то.

Но сейчас они оставили дверь открытой. День блеснул снаружи, и они могли видеть солнечный свет, проникающий через ветви деревьев и слышать первое щебетание птиц.

— Мы останемся здесь сегодня и на ночь, — сказала Лина. — Завтра, уверена, твоей ноге станет лучше, и мы пойдем домой. Все будет хорошо.

Дун слегка кивнул, глядя в воздух.

— Правда, — сказала Лина. — Все хорошо.

— Есть кое-что, чего я не сказал тебе, — сказал Дун. — Это алмаз. — Он рассказал ей историю. — Это было то, зачем мы пришли сюда, — сказал он. — Это было то, о чем говорилось в книге.

— Драгоценность! Кристал! — сказала Лина. — Мэггс рассказала мне, что они нашли книгу и драгоценность, и то и другое, в этой комнате. Здесь не было ничего, кроме этих двух вещей.

— И сейчас алмаза нет, — сказал Дун. — Его я кинул, чтобы прогнать волков. У меня странное чувство насчет него — как будто он должен был попасть ко мне. Возможно, только для того, чтобы я мог использовать его для твоего спасения.

— Это мне кажется хорошим поводом, — сказала Лина. — Я собираюсь найти немного древесины, — добавила она. — Нам нужно зажечь костер.

Кенни, Лиззи и Торрен шли долго, солнце было в зените. Торрен больше не наслаждался. У него не было долгих пешеходных прогулок с тех пор, как ратуша сгорела, и он чуть не сгорел вместе с ней — если бы не Дун. Он почти спалил ногу в огне, и, хотя она зажила сейчас, поход, как этот, выьывал сильную боль. Это не было, оказывается, захватывающим приключением, как он предполагал.