Джин Брюэр – Пришествие Баллоков (страница 20)
Внезапно мы замедлились и я увидел, что под нами лежат или сидят несколько человек, которые показались мне знакомыми. Конечно я узнал мою дочь Эбби и её маленького Джина (который явно вырос). И прот был тоже здесь, как и несколько моих бывших пациентов.
«Эбби!» — позвал я.
«Она тебя не слышит».
«Почему? Это просто сон?»
«Нет, это реальность. Но мы находимся здесь в … ну, ты не поймёшь. Давай назовём это другим измерением. Мы можем видеть всё, но сами остаёмся невидимками».
«Поэтому я не могу их услышать?»
«Ты не можешь услышать, почувствовать, ощутить запах или узнать вкус, но свет отличается от всего остального: он лежит вне границ измерений».
«Поверю на слово. Но это ведь K-PAX, да?»
«А ты знаешь другое такое место? И кстати, наш полёт не занял ни секунды земного времени. Когда вернёмся на Землю, то ты окажешься в том же моменте, откуда и отправился в путешествие».
Я посмотрел на Джина. Он играл с каким-то неизвестным мне животным: они преследовали друг друга по очереди. Казалось, что смеялся не только мой внук, но и зверушка. Я посмотрел на Эбби, евшую бардовый фрукт или овощ. Она улыбалась и выглядела счастливой. Если честно, я никогда раньше не видел её такой счастливой. Мои глаза вновь наполнились слезами.
«Перед тем, как мы вернёмся, я покажу тебе ещё кое-что…».
Внезапно я оказался в спальне. На полу сидел ребёнок — примерно четырёх лет — и что-то мастерил из набора Тинкер Тойс[55]. Ребёнок показался мне смутно знакомым, но я никак не мог вспомнить, кто это. Через несколько секунд я оказался на чьём-то заднем дворе, и тот же мальчик, но уже шести-семи лет, ездил по дорожке на трёхколёсном велосипеде так быстро, как только мог. Я снова попытался вспомнить, кого он мне напоминает, и присмотрелся к двору, который тоже казался очень знакомым. А потом я понял: это был мой двор, и мальчик на велосипеде — это я.
Прошло несколько минут, и обстановка снова сменилась. На этот раз я находился в госпитале вместе со своим отцом. Пациентом был пожилой человек, — очень старый, — и мне казалось, что его жизнь вот-вот подойдёт к концу. Мой отец беседовал с ним об игре Янки[56], и мужчина улыбнулся, когда папа сказал, что Янки победили во вчерашней игре со счётом 10-3. Отец тоже улыбнулся, и я вслед за ним. Мне было одиннадцать лет, и я уже фанател от Янки. Когда я упомянул хоумран Йоги Берра[57], старик протянул мне руку для рукопожатия. От него плохо пахло, и я не хотел жать руку, но отец кивнул и я послушался. Она была шершавой и морщинистой (я помнил эти ощущения), и он держал мою руку достаточно долго, как будто старался уцепиться за молодость или жизнь в целом. К семидесяти годам я, конечно, уже забыл эту сцену, но сейчас она воскресла в памяти очень живо. Подозреваю, что мужчина умер через пару дней после нашей встречи. Я подумал, что из таких бесчисленных моментов и состоит жизнь.
И снова мы оказались на заднем дворе. Повзрослевший, я играл в баскетбол с соседскими ребятами. Молодой я кинул мяч в корзину, но промахнулся. Я ощутил странную смесь разочарования и эйфории. И благоговейный трепет оттого, что заново проживал своё прошлое.
«Мы наблюдаем проблеск надежды?» — спросил Уолтер.
«Ты имеешь в виду…»
«Как только люди признают тот факт, что ничего не знают, и что, изменив мышление, смогут узнать всё — они, наконец, встанут на путь спасения (если ты хочешь, чтобы я выразил это в терминах, которые ты смутно понимаешь)».
Как обычно, я не понимал даже смутно. Мне пришло в голову, что Баллоки не сильно отличаются от того, что мы называем «Богом», а разговор с ними похож на молитву.
«Уолтер, ты можешь всё?»
«Нет, конечно. Только то, что возможно».
«То есть всё, что мы сейчас делали, возможно?»
«Безусловно».
Молодой я подошёл к корзине, но мяч выпал из рук.
«Я не думал, что можно путешествовать во времени».
«Нельзя. Во всяком случае в твоём понимании. Ты не можешь взаимодействовать с собой из прошлого. Не можешь убить Гитлера, хотя многие очень бы этого хотели. Ты даже не можешь вступить в диалог. Представь, к какому хаосу это бы привело. И ты невидим для других. Называй это законом природы».
Я на минуту задумался перед тем, как задать вопрос: «А мы посещали людей из будущего?»
«Это станет возможным, если у вас
«Но если они навестят нас, то смогут наблюдать за нами, что бы мы ни делали?»
«Как мы говорили ранее, сапиенс, существа из будущего — с Земли или других отдалённых мест — не испытывают возбуждения от ваших сексуальных извращений, как и вы не испытываете его, глядя на спаривание насекомых или червей».
«Если мы можем попасть в прошлое, можем ли мы попасть в будущее?»
«Законы Вселенной препятствуют этому. И даже если бы не препятствовали, — ты уверен, что хочешь увидеть своё будущее?»
«А настоящее?»
«Нет. Но ты можешь попасть в своё непосредственное прошлое, если оно находится на другой временной странице».
«Временной странице?»
«Время — как страницы в книге. Каждая страница — квант времени. По желанию ты можешь перелистывать страницы назад и возвращаться к той странице, с которой начал листать. Всё это отражено в конусе».
«Кажется, с меня хватит»
«Ты готов вернуться?»
«Да».
-
# Вернувшись домой, Джин рассказывает о своём удивительном путешествии жене, но та призывает его никому больше не говорить об этом, кроме Майка. Однако Майк решает рассказать всё как есть остальным.
ДЕНЬ ПЯТЫЙ
# Из утренних новостей Джин узнаёт, что один за другим исчезли Тадж Махал, Великая Пирамида в Гизе, за ней Эйфелева Башня и, наконец, только построенное здание Всемирного Торгового Центра 1[58] в Нью-Йорке. Спустя некоторое время все здания вернулись на место. Никто не пострадал. Те, кто находился в зданиях, ничего не почувствовали (исчезновение достопримечательностей длилось 20 минут).
# Утром пятого дня Джин снова оказался на Ка-Пэкс. На этот раз без всякого сопровождения и предупреждения со стороны Уолтера. Доктор как бы парил над поверхностью, буквально в нескольких сантиметрах от Ка-Пэкс, и мог двигаться в любую сторону. Он не знал, зачем его сюда отправили. Джин по-прежнему был невидим для обитателей Ка-Пэкс. По ходу путешествия он встретил животных, морды которых очень похожи на людские (прот, кстати, об этом предупреждал в прошлых книгах). Немного поблуждав по Ка-Пэкс, Джин непроизвольно вернулся назад на Землю. Оказалось, что он сам отправил себя на Ка-Пэкс, без помощи Уолтера. «Мы никуда тебя не посылали. Это была твоя собственная идея» — комментирует путешествие Уолтер. Баллоки сообщают, что каждый человек способен путешествовать на другиепланеты. На вопрос «Как?» Уолтер опять отсылает к конусу. Также он говорит, что научиться путешествовать — это как научиться кататься на велосипеде: навык сохраняется на всю жизнь. Кроме того, Джин теперь может отправляться в прошлое.
# В течение дня он случайно отправился в своё прошлое и увидел со стороны молодую Карен и своих детей. Ничего примечательного: короткий визит без общения.
# Вечером он рассказал о своих путешествиях во времени и о природе времени собравшимся в Мозговом Центре. Пообщался с президентом, тот его поддержал. Ничего важного.
ДЕНЬ ШЕСТОЙ
# На собрании обсуждается черновик предстоящей речи Джина в Совете Безопасности ООН. Кто-то просит Баллоков устроить во время речи демонстрацию своего могущества, поскольку не все люди на планете поверили в репортажи с места исчезновения крупных достопримечательностей. Также обсуждают, как взаимодействовать с теми странами, которые откажутся уменьшать количество насилия или будут пытаться получить какие-то ресурсы взамен на согласие участвовать в сокращении числа войн и убийств.
# После собрания Джин опять оказывается в прошлом. На этот раз — в своём доме. За окном полдень или обед. Внутри — двое его сыновей, дочь Дженифер, которая разговаривает по телефону, Фред, играющий с моделью самолёта, и Чип, делающий уроки. Джин научился телепортироваться из точки А в точку Б в ходе своих путешествий в прошлое (для этого достаточно о них подумать). Он попытался отправиться в прошлом в госпиталь, где работал, но ему это не удалось.
Доктор Би. вышел из дома и отправился на метро в центр города, в Манхэттенский Психиатрический Институт. Он зашёл внутрь и обнаружил молодого себя, ведущего разговор с пациенткой. Джин осознаёт, что был не таким уж хорошим психиатром. И вообще он всегда хотел стать певцом или актёром, выступающим на Бродвее, но после смерти отца попытался занять его место (он работал врачом).
Джин вышел из института и на метро отправился в театральный район. Он погружается в воспоминания, как ходил с родителями на различные мюзиклы, видел легендарных актёров. Доктор заходит в гримёрку артистов, когда они накладывают грим перед выступлением, и даже поднимается на сцену в момент начала спектакля и пробует себя в роли конферансье. Таким образом Джин осуществил свою мечту, впервые выступив на Бродвее.
Затем он снова вернулся домой, но обстановка поменялась: телевизор и часть интерьера изменились. Никого в доме не было. Брюэр вернулся на собрание в настоящее время.
# После собрания Джин опять контактирует с Уолтером и просит от него устроить демонстрацию могущества Баллоков прямо во время выступления в ООН.