Джин Брюэр – Миры Прота. Отчёт Прота на Ка-Пэкс (страница 37)

Моё волнение, очевидно, было слишком явным, потому что прот посмеялся прежде, чем ответить «нет».

— Почему?

— Потому что я не знаю, где он!

— И никак не можешь с ним поговорить? Послать сигнал на его «волне» или что-то в этом роде? Разве он не издаёт никаких вибраций?

— Неа. Кажется, помощь ему не нужна.

— Чёрт побери, прот, он где-то здесь, рядом с тобой!

— Если и так, то я его не вижу. А ты?

Конечно же, я видел, но прот бы ни за что мне не поверил.

— Ну хорошо. Давай вернёмся в тот период, когда тебе было шестьдесят восемь. Ты каким-то образом помог Роберту справиться с потерей. Как ты это сделал?

— Я рассказал ему о законах жизни.

— Имеешь в виду…

— Нет, не то. О том, как работает ВСЕЛЕННАЯ.

— И как, Роберту помогло?

— Да, кажется, ему стало лучше.

— Расскажи поподробнее.

— Я объяснил, что не нужно бояться смерти, что время в конце концов обратится вспять и его отец будет жить снова.

— Роб поверил?

— Чему тут не верить? Это такая же правда, как и то, что я сижу сейчас перед тобой.

— Значит, если ты хочешь помочь Роберту сейчас, то тебе просто нужно напомнить ему, что отец на самом деле не умер, а будет жить снова через пару миллиардов лет — как-то так?

— Он уже знает об этом. Но, похоже, он понял, что из этого следует.

— Что же?

Прот покачал головой.

— Алл-лёё! Что всё пережитое Робом повторится заново.

Ещё одна блестящая идея (которая снова могла оказаться безрезультатной) пришла мне в голову.

— У тебя есть предположения, что может ему помочь? Если он найдётся.

— Путешествие на КА-ПЭКС определённо пойдет ему на пользу.

— Это поможет ему забыть…

— Нет, но скоро Роберт поймёт, что ничто из случившегося с ним на ЗЕМЛЕ не может случиться на КА-ПЭКС. К тому же он сможет встретиться и поговорить со своим отцом, когда захочет.

Волосы на моей спине снова встали дыбом.

— Что? Как?!

— Я как-то говорил тебе, джин, о том, что вы бы назвали… «голограммами».

— А, голограммы, — тук, тук, тук (ручка стучит по листу блокнота — прим. перев.). — То есть ты хочешь взять Роберта с собой, когда он вернётся?

— Его я пригласил первым — помнишь?

— Как думаешь, почему он не полетел с тобой в прошлый раз? — спросил я самодовольно. — Он тебе не поверил?

— Есть кое-что, о чём он хотел бы рассказать перед тем, как покинуть ЗЕМЛЮ. Облегчить душу.

Я расстроился и впал в уныние.

— Так почему же он не сделал этого тогда?! — выкрикнул я.

— Сделал что?

— Облегчил душу, чёрт возьми!

— Успокойся, док. Просто расслабься. Хорошо. Хорошо… Он не смог.

— Почему?

— Это слишком ужасно.

— А ты знаешь, о чём он молчит?

— Понятия не имею.

— Зато я знаю! Я знаю! Просто хочу, чтобы он заполнил пробелы деталями! Передашь ему?

— Если увижу.

— Мне нужна твоя помощь, прот.

— Если найдёшь Роберта, я с ним поговорю.

— Спасибо огромное!

— Это самое малое, что могу сделать.

Я пытался сохранять спокойствие.

— Ещё один вопрос: если всё предрешено, то в чём смысл жизни?

— А в чём смысл, если это не так?

Снова высосанный до последней капли, я смотрел, как прот покидает кабинет. Может, спрашивал я себя, мне стоило прямо попросить его рассказать мне о Роберте всё, чего я ещё не знаю. В этом случае он потом не смог бы выдать что-нибудь неожиданное и сказать, что я об этом не спрашивал. Что же, чёрт возьми, случилось с отцом Роберта/прота в этом бревне/ванне? Что бы это ни было, оно было предначертано, как считал прот. Вера в предопределённость — лучший способ исцеления комплекса вины из известных мне.

В уборной я встретился с Карлом Бимишом. Стоя бок о бок, мы услышали шум, напоминающий крики болельщиков на матче по баскетболу. Это натолкнуло на воспоминания о поте и раздевалках, блестящем покрытии спортзала. Карен не пропустила ни одного матча, пока я играл в школьной команде. Я так хотел, чтобы отец тоже пришёл посмотреть на мою игру. Может, есть нечто вроде параллельной вселенной, где упущенные возможности реализуются?

— Переборщил с кофе? — предположил Бимиш, видя, что я долго стою у писсуара после того, как он закончил. Не успел я ответить, как снаружи снова раздался рёв. Я спросил, что это за шум.

— Может, прот вышел поговорить с толпой у ворот.

Я уже опаздывал на сессию с Линусом, поэтому в уме сделал пометку надавить на Гольфарб, чтобы она разобралась с абсурдной ситуацией у ворот. Она, вероятно, предложит мне возглавить комитет по наблюдению за центральными воротами.

— Тебя не беспокоит этот цирк снаружи? — спросил я Бимиша.

Тот посмотрел на меня, как на сумасшедшего.

— Надеюсь, у прота найдётся место и для меня!

Я пригласил Жизель на ланч. Когда она пришла в столовую, я попросил её рассказать, что происходит у ворот.

— Ты должен сам выйти и посмотреть, доктор Брюэр!

— Почему они не уходят?

— Многие ушли после разговора с протом, но люди продолжают приходить. У госпиталя собралось несколько тысяч человек. Некоторые принесли своих кошек и собак, чтобы те посмотрели на прота. Когда он заговорил, ни одно животное не залаяло и не замяукало. Полная тишина.