Джим Чайковски – Ястребы войны (страница 41)

Сунув руку в карман своей легкой куртки, Джейн извлекла массивную флешку, и Уэйн узнал ее с первого же взгляда – это накопитель, который дала ему мать Сэнди.

– Ты сумела ее расшифровать? – поинтересовался Такер.

– Не без посторонней помощи. Но то, что оказалось на ней, вне моей компетенции. – Она обернулась к Норе. – Плюс там есть то, что должна увидеть ты.

По настоянию Джейн Фрэнк поднял свой ноутбук, стоявший на полу рядом с беспилотником, и поставил его на письменный стол. Джейн вставила флешку в USB-порт компьютера. И тотчас же открылось окно, забитое папками.

Первая была озаглавлена «НОРА».

Джейн отступила от компьютера.

– Нора, полагаю, весь этот накопитель предназначался для твоих глаз. Сэнди оставила это для тебя.

Нора вышла вперед и в центр, где замерла, чтобы медленно перевести дыхание, а потом протянула дрожащую руку и открыла папку под своим именем. Там был лишь один объект – большой видеофайл. Нора оглянулась на Такера. В глазах ее сверкнул страх.

Как и она, Такер догадывался, что может находиться в этом файле. Он подвинул к Норе сзади стул, она опустилась на него, сделала еще один глубокий вдох – и открыла видео.

Вспыхнуло окошко с улыбающимся лицом призрака.

Сэнди Конлон сидела вроде бы в своем складском хранилище. Пока она перепроверяла, все ли нормально записывается, вид у нее был нервный, на взводе.

При виде нее Такер ощутил, как у него и самого подкашиваются колени, пока он тщился воссоединить это изображение с образом разлагающихся останков, вздымающихся из багажника затопленного «Форда Таурус». Как только Сэнди заговорила, его захлестнули воспоминания прошлого в Форт-Беннинге. Снова зазвучал ее знакомый тягучий южный акцент, вспыхнула ее кривая усмешка, нервная привычка поправлять очки в черной оправе на переносице.

Джейн подошла к нему, обняв за талию.

– Всё в порядке… – шепнула она.

Но ни о каком порядке и речи быть не могло.

Все они смотрели и слушали призрак Сэнди, повествующей свою историю:

– Нора, если ты смотришь это, я сожалею. Наверно, надо было рассказать тебе, чем я занимаюсь, но я не могла подвергать тебя риску… только не тебя, – голос Сэнди надломился, и на лице отразились нахлынувшие на нее эмоции: конечно, любовь, но прежде всего страх и стыд. Она попыталась смягчить впечатление, издав негромкий смешок, от которого у Такера сердце облилось кровью. – Виновата моя матушка. Паранойя и секреты в горах, где я выросла, в таком же порядке вещей, как угольное отопление и самогоноварение.

Нора сидела напряженно, до окоченения выпрямившись. Такеру хотелось утешить ее, но, казалось, она рассыплется в прах при малейшем прикосновении.

– Карл показал мне еще несколько этих дневниковых страниц, – продолжала Сэнди. – Таких же, как те, что я видела в Силвер-Спринг. На «Проекте шестьсот двадцать три». Он даже признался, что это записи Алана Тьюринга, как я и подозревала. Я даже заметила дату, проставленную на первой записи: двадцать четвертое апреля тысяча девятьсот сорокового года. Он показал мне эти страницы, когда я добилась прорыва в разработке ОТВАГИ.

Сэнди подразумевала Общую теорию вариативных алгоритмов гносеологического анализа – набор алгоритмов и программных кодов, легший в основу функционирования всех интеллектуальных беспилотников «Тангента».

Джейн оглянулась на Такера – понимает ли он, о чем говорит Сэнди, – но тот лишь отмахнулся, пробормотав:

– Потом.

– Как тебе известно, – продолжала Сэнди, – с ОТВАГОЙ есть проблемы. Дыры, заполнить которые не под силу даже мне. Карл надеялся, что новые страницы помогут мне довести работу до завершения. И это сработало, но эти коды я писала в секрете, подальше от глаз «Тангента».

Она взмахом руки охватила свое хранилище.

– На самом деле это оказалось не так уж и сложно. Всю тяжелую работу провернул Алан Тьюринг. Он мог бы завершить ее и сам, будь у него время и ресурсы. В конечном итоге ключом был хаос, как Тьюринг и предполагал, замыслив свой мифический «Оракул»… что ты увидишь в коде, который я написала и оставила для тебя, Нора.

Такер обратил внимание на ряды других файлов, записанных на флешку. Должно быть, потому-то Джейн и приехала. Чтобы полностью понять работу Сэнди, нужен человек, имевший к ней непосредственное отношение.

– Тьюринг назвал свой новый набор алгоритмов АРЕС – наверно, обыгрывая имя древнегреческого бога войны, – продолжала Сэнди. – Но на самом деле это аббревиатура, означающая «автономная рассуждающая единая структура» – зачаточный эскиз первого ИИ[20]. По-моему, даже он понимал, что создание подобной операционной системы может привести лишь к кровопролитию и разрушению. А если принять во внимание нашу нынешнюю работу над беспилотниками, смахивает на то, что он был прав. Меня бросает в дрожь при мысли, что будет, если мои зачаточные системы доведут до совершенства, так что я завершила работу втайне. Я не позволю «Тангенту» наложить на нее лапы.

– И погляди, чего это тебе стоило, – произнесла под нос Нора, утирая слезы.

Но Сэнди еще не закончила:

– Пока работала с алгоритмами Тьюринга, я заодно пыталась выяснить, откуда взялись эти страницы. До тех пор, пока они существуют, другие могут сделать то же, что и я. – Сэнди со вздохом тряхнула головой. – К сожалению, я так и не добралась до дна этой кроличьей норы, но кое-что открыла. Это скорее слухи, чем конкретные факты, но все равно интригующие. Как и дата этой последней записи – двадцать четвертое апреля тысяча девятьсот сорокового года. Я проделала кое-какие изыскания по истории Блетчли-Парк, где Тьюринг работал в это время. Согласно тому, что я узнала, через два дня после последней записи случился загадочный пожар, чуть не уничтоживший поместье. Но, копнув поглубже, я наткнулась на намеки и рассуждения о том, что на самом деле это было саботажем… а может, даже немецкой диверсией на британской почве. Так или иначе, это заставило меня задуматься, не попал ли дневник в чьи-то чужие руки. Может, даже в США.

«Теперь уж в этом никаких сомнений», – мысленно подхватил Такер.

– А если так, у кого он мог оказаться? – с напором произнесла Сэнди. – Мне известно, что и «Проект шестьсот двадцать три», и группу «Орисса» финансировали через правительственные источники, но находились они в частных руках, откуда следует, что за обеими конторами может стоять одно лицо, неизвестный кукловод, стремящийся использовать эти старые дневники, чтобы возродить проект Тьюринга ради собственной корысти. Но я так и не смогла установить, кто это. Это все равно что гоняться за призраком.

Такер повернулся к Джейн:

– Думаю, я знаком с человеком, который нам может помочь с этим, тихонько нажав на кое-какие кнопки в Вашингтоне и открыв, кто на самом деле стоял за вашим проектом и проектом в Рэдстоуне.

– О ком ты… – наморщила нос Джейн.

– Как ты увидишь, Нора, – «перебила» ее Сэнди, – мне удалось довести систему Тьюринга до совершенства. Я сделала это по двум причинам. Прежде всего, чтобы поглядеть, возможно ли это, но заодно и ради страховки. Поскольку мне не удалось установить, кто стоит за всем этим, мне хотелось найти способ остановить их в случае, если по моим стопам последует кто-либо еще. Решила, что должна построить ее, чтобы знать, как ее можно разрушить.

– Разумно, – одобрила Нора, будто беседуя с призраком на экране.

– Покончив с кодом, я смогу создать зеркальное отображение тех же алгоритмов. Это способ разрушить любую функционирующую версию моей системы, даже код ОТВАГА, уже разработанный мною для «Тангента». Он фактически совершит лоботомию любому ИИ, созданному по моему шаблону.

Такер заметил файл, озаглавленный «ЛОБОТОМИЯ». Должно быть, в нем-то и хранится контркод к ее собственным операционным системам.

– Нора, – Сэнди склонилась ближе к камере, – ты должна остановить их любой ценой. Над Аланом Тьюрингом надругались и уничтожили его за то, кем он был на самом деле. Не позволь им проделать то же самое с его последней работой. – Сэнди наконец откинулась на спинку стула, посмотрела на собственные руки, а потом снова на экран. – Нора, я люблю тебя. Я ни разу не говорила этого прежде, хотя и должна была. Надеюсь, еще не слишком поздно.

Видео закончилось, и засветившаяся на экране печальная улыбка застыла навеки.

Протянув руку, Нора коснулась экрана, проведя по подбородку Сэнди кончиком пальца. Уронила руку. И, повесив голову, сидела так долгую-долгую минуту.

– Она была так окаянно умна… и так красива… – в конце концов потерянно, едва слышно проронила она.

Подойдя к ней, Джейн привлекла ее к себе.

– Нора, мне так жаль…

Плечи Норы затряслись от тихого плача.

22 часа 12 минут

Стоя в темноте на парковке пансионата для гольфистов, Такер дрожал мелкой дрожью. С наступлением сумерек температура в пустыне резко упала от восьмидесяти с небольшим почти до сорока градусов[21]. Он стоял на страже вместе с Кейном у задней части их внедорожника. Час назад они с Фрэнком вынесли «Рекса» на травку поля для гольфа и отправили беспилотник в скрытную атаку на антенную решетку на вершине башни «Тангента».

Уэйн слышал, как Нора и Фрэнк переговариваются внутри «Хонды Пилот», направляя «Рекса» в этой разведывательной вылазке. Джейн тоже была с ними, по мере сил оказывая им техническую помощь своими советами.