Джим Чайковски – Тропа мертвых (страница 13)
— Майор Райан тоже так считает. — Рядовой Стинтон отступил в сторону, а затем негромко добавил: — Но его терпение на исходе. Слышали бы вы, какими словами он отзывался о том, что здесь происходит.
Впрочем, чего еще можно было ожидать?
Да и майор Райан — настоящая заноза в кое-каком месте.
Хэнк подсадил Мэгги на выступ у входа в погребальную пещеру. Когда его крупные руки крепко сжали ее бедра, ее тотчас как будто обдало горячей волной горько-сладких воспоминаний. Эти самые руки когда-то давно ласкали ее обнаженное тело. То были короткие мгновения, родившиеся из их глубокой взаимной дружбы и проведенных вместе вечеров. Увы, в конце концов отношения эти оказались не нужны ни ему, ни ей. Быть друзьями было гораздо удобнее, чем любовниками.
И все же в тот миг, когда он присоединился к ней, легко запрыгнув на каменный выступ, ее щеки пылали румянцем. Впрочем, похоже, он этого не заметил, что, с одной стороны, было к лучшему, а с другой — немного обидно.
Псу Хэнк приказал ждать их снаружи. Кауч печально повесил голову. Вдвоем они двинулись в глубь пещеры. Вскоре из ее чрева до них донесся приглушенный крик. Мэгги и Хэнк переглянулись. Последний закатил глаза. Майор Райан, как обычно, был недоволен.
Командиру отряда Национальной гвардии находка была не просто неинтересна. Это поручение вызывало в нем глухое раздражение. Кроме того, Мэгги подозревала, что имеет место и расовая неприязнь. В лагере она как-то раз стала свидетельницей язвительной ремарки, отпущенной майором в адрес индейцев. Мол, будь на то моя власть, я бы их всех загнал в Тихий океан.
И вот теперь она вынуждена работать бок о бок с этим человеком — по крайней мере, до тех пор, пока не обеспечена сохранность сокровища. Именно по этой причине им с Хэнком и было дано разрешение сдвинуть артефакт с места и переправить на хранение в Университет имени Бригама Янга. Такую находку, как эта, нельзя оставлять без присмотра. Как только артефакт отправят в университет, меры безопасности можно будет ослабить, и тогда, возможно, зреющее в лагере недовольство пойдет на убыль.
Дойдя до главной пещеры, Мэгги остановилась у входа, в очередной раз пораженная жутковатым зрелищем мумифицированных останков. Сегодня пещеру освещали яркие переносные лампы, а само помещение было поделено желтой полицейской лентой на сектора. Из середины пещеры к дальнему тоннелю вела дорожка, также огороженная с двух сторон желтой лентой.
Мэгги зашагала по ней, хотя внимание ее в очередной раз было приковано к окружавшим ее телам. Степень их сохранности поражала. Геотермальный жар выпарил из останков всю жидкость. В результате мягкие ткани высохли, концентрация соли в телах повысилась, а соль, как известно, — природный консервант.
В тысячный раз Мэгги задалась про себя вопросом, что заставило этих людей свести счеты с жизнью. Почему-то это зрелище напомнило ей Масаду, где евреи-повстанцы предпочли совершить массовое самоубийство, но не сдаться на милость римского легиона, стоявшего у ворот крепости.
Неужели и здесь произошло нечто подобное?
Увы, ответа на этот вопрос у нее не было. Еще одна загадка среди множества других.
Краем глаза Мэгги заметила какое-то движение. Она тотчас застыла на месте и глянула на груду тел в дальнем углу. Затем ей на плечо легла чья-то рука. Она невольно вздрогнула.
Пальцы Хэнка сжали ее плечо.
— В чем дело? — спросил он.
— Мне показалось…
Она не договорила, потому что из тоннеля донесся громкий грубый голос:
— Ну, наконец-то!
Из дальнего тоннеля показался луч света, а вслед за ним возник и сам майор Райан с фонариком в руке. Он был в полной форме — не забыл надеть даже каску, от чего глаза его оставались в тени. Лицо хмурое, раздраженное, губы плотно сжаты.
Поводив фонариком из стороны в сторону, он развернулся и снова скрылся в тоннеле.
— Давайте-ка ближе к делу. Я, как вы и просили, уже приготовил ящик для транспортировки. Двое моих солдат помогут вам.
Хэнк что-то негромко пробормотал, а потом, уже громче, добавил:
— Привет, майор!
Мэгги остановилась у входа в тоннель и обернулась через плечо. Ничего. Никаких движений. Она покачала головой. Просто игра света и тени.
— У нас проблема, — сказал Райан и вновь привлек к себе ее внимание. — Несчастный случай.
— Что такое? — уточнил Хэнк.
— Взгляните сами.
Мэгги торопливо зашагала следом за ним. Интересно, что там у них не так?
Сжавшись в комок среди теней, диверсантка проследила за тем, как все трое скрылись в тоннеле. Ну, все, можно вздохнуть с облегчением, подумала она, пытаясь унять бившую ее дрожь. Женщина едва не выдала себя, когда попыталась затащить рюкзак за спины двух мертвых тел.
Ее одолевали сомнения.
Пригнувшись как можно ниже, она затаилась среди теней. В таком положении она сидела здесь уже с самого утра. Ее имя было Каи, что на языке индейцев навахо значит «ива». От страха сердце громко стучало в груди. Она пыталась набраться мужества у своего имени, стать такой же стойкой и выносливой, как ива, и такой же гибкой. Она осторожно вытянула затекшую левую ногу.
Правда, ее спина продолжала болеть. Впрочем, ждать осталось недолго, пообещала она себе.
Каи пряталась здесь с рассвета. Двое ее друзей, притворившись пьяными, отвлекли от нее внимание гвардейцев, охранявших вход в пещеру. Воспользовавшись моментом, она за их спинами прошмыгнула в пещеру из своего укрытия и пробралась внутрь.
Было нелегко, не издав ни единого шороха, пробраться внутрь и занять позицию. Но ей всего восемнадцать, она тонкая и гибкая и знает, как сливаться с подрагивающими тенями. Этому научил ее отец, когда она была ему едва по колено. Он обучил ее множеству ныне забытых вещей — до того, как его подстрелили, когда он сидел за рулем бостонского такси.
Это воспоминание тотчас наполнило ее яростью.
Спустя год после его смерти ее завербовали в «Вахийя», военизированную индейскую группировку правого толка, выбравшую себе в качестве самоназвания слово из языка индейцев чероки, означавшее «волк». Как и полагалось волкам, они были свирепы, хитры и, как и она сама, молоды. Все как один не старше тридцати, все как один — нетерпимы к другим, лояльным к властям индейским организациям.
Спрятавшись в темноте, Каи позволила гневу обжечь ее и тем самым отогнать прочь страхи. Она вспомнила пламенные слова Джона Хокса, основателя и лидера «Вахийя». «С какой стати нам ждать, когда американское правительство вернет нам наши права? Зачем нам склонять перед белым человеком колени и униженно принимать с его ладони крошки?»
Их группировка уже сделала себе имя несколькими небольшими акциями. Так, например, в Монтане «Волки» сожгли американский флаг на ступенях суда в знак протеста против вынесения обвинительного приговора индейцу племени кроу за употребление галлюциногенных грибов во время религиозной церемонии. А в предыдущем месяце в Колорадо они раскрасили из баллончиков офисы одного бизнесмена, призывавшего ограничить деятельность казино в индейских резервациях.
Но, по словам Джона Хокса, то, что произошло здесь, в Юте, давало «волкам» возможность заявить о себе на национальном уровне. Их группировка выйдет из тени и возьмет ситуацию в свои руки, потребовав от правительства невмешательства в племенные дела индейцев.
Раздался крик, и Каи перевела взгляд на дальний тоннель.
И тотчас напряглась. Чуть раньше — до того, как здесь появились эти двое — она слышала, как из дальней пещеры раздался какой-то грохот, а вслед за ним — поток проклятий. Что-то там явно пошло не так. Ей оставалось лишь уповать на то, что это никак не отразится на ее задании.
Особенно после того, как она прождала здесь целую вечность.
Кай перенесла вес на другую ногу и попыталась набраться терпения. Она должна дождаться сигнала. Женщина протянула руку и потрогала набитый взрывчаткой рюкзак, снабженный двумя беспроволочными детонаторами.
Похоже, ждать осталось недолго.
— Что ты наделал? — злобно спросил Хэнк, и его голос громом прогрохотал под сводами небольшой пещеры.
Мэгги положила ему на плечо руку, пытаясь успокоить его. Она поняла проблему, как только шагнула под низкие своды.
Вдоль дальней стены штабелями были сложены каменные ящички, одинаковые, размером примерно в кубический фут. Она осмотрела один из них накануне. Он напомнил ей небольшой оссуарий — каменный контейнер для хранения костей умерших. Но до прибытия представителей Бюро охраны и репатриации могил коренных американцев ни один из этих ящичков они не имели права вскрывать. Каждый такой контейнер был смазан маслом и завернут в высушенную можжевеловую кору.
Но обстоятельства изменились.
Мэгги в ужасе посмотрела на полдесятка ящичков, разбросанных по полу пещеры. Ближайший к ней раскололся надвое, и его половинки держались вместе лишь благодаря обертке из коры.
Хэнк глубоко вздохнул и холодно посмотрел на майора Райана.
— Надеюсь, вы в курсе, что трогать находки строжайше запрещено. Вы хотя бы отдаете себе отчет в том, каким грандиозным скандалом это может обернуться? Мы и так здесь сидим как на бочке с порохом!
— Сам знаю, — огрызнулся Райан. — Один из этих двоих болванов задел их транспортировочным ящиком, когда они втаскивали его сюда. И эта груда обрушилась на пол.