Джим Чайковски – Седьмая казнь (страница 49)
Валя взяла один из беспилотников, запустила пропеллеры, подняла машину повыше и понесла к обрыву. Там размахнулась и выпустила «птичку» в небеса. Четырехфутовые крылья поймали поток теплого воздуха, поднимавшийся из долины, «Ворон» взмыл ввысь и начал описывать круги над заданным районом.
Птица станет ее глазами, будет следить за каждым движением в холмах.
Дрон передавал картинку на небольшой экран в Валиных руках.
На одной половине экрана виднелся грузовик, колесивший по пустыне.
Первый «Ворон» давно отправился на задание – важно было выяснить, повернет ли машина обратно. Сначала Валя хотела послать следом одного из ребят Крюгера на мотоцикле, но потом решила не ослаблять группу перед входом в пещеру – основной целью операции оставался захват Джейн Маккейб. К тому же беспилотник глушил связь, не давая водителю пользоваться рацией.
Если ребятам Крюгера не удастся остановить тех, в пещере, и кто-нибудь из них вылезет на поверхность…
Валя взяла автомат.
Глава 18
– Надеюсь, вы удобно устроились, – произнес Саймон Хартнелл.
Пейнтер перевел взгляд на свои руки, скованные тяжелыми наручниками. Щиколотки ног были пристегнуты к ножкам железного стула. Хозяева станции явно не собирались искушать судьбу. Наставив на Пейнтера пистолеты, охранники привели его в маленькую личную библиотеку Хартнелла и, приковав пленника к стулу, вышли. Любопытно, что Антона с ними не было. Что бы это значило?
– Где Кэтрин Брайант? – спросил Пейнтер.
– В последний раз мы видели ее в снегоходе, когда машину накрыла снежная буря.
Кроу выслушал новости с мрачным удовлетворением.
– Она нанесла станции значительный ущерб, – продолжал Хартнелл. – И вряд ли даже догадывается, насколько значительный.
– Ничего. Разберемся. – Хартнелл обогнул стол и привалился к нему, будто учитель, распекающий ученика. – Думаю, мы с вами неправильно ведем беседу. Вы человек науки; возможно, мне следует быть с вами более откровенным.
Пейнтер молча слушал, оглядывая комнату. Одну из стен покрывали компьютерные экраны, остальные три занимали полки из красного дерева, заставленные книгами и небольшими подсвеченными футлярами, как в музеях. На моделях парусников XIX века – отличная работа! – Пейнтер ненадолго задержал взгляд, что не ускользнуло от внимания Хартнелла.
– Корабли Ее Величества «Террор» и «Эребус». Бывшие военные суда, выполнявшие исследовательскую миссию.
Названия этих кораблей, равно как и их трагическая история, были Пейнтеру знакомы.
– Насколько я помню, «Террор» и «Эребус» исчезли в Арктике во время поисков Северо-Западного прохода.
– Совершенно верно. В тысяча восемьсот девяносто шестом году корабли попали в ледовый плен у острова Кинг-Уильям, неподалеку отсюда. Экипажам пришлось туго. Голод, болезни, сумасшествие… Погибли все. Среди них был и мой дальний родственник, Джон Хартнелл. Для него экспедиция окончилась в неглубокой могиле на острове Бичи. – Хартнелл грустно покачал головой. – Я недавно побывал там, отдал дань уважения предприимчивому и настойчивому юноше.
– Некоторые устремления заводят слишком далеко.
Хартнелл пропустил реплику мимо ушей.
– Джон погиб не из-за честолюбия, а из-за некачественного провианта. Анализ мумифицированных останков показал отравление свинцом, в результате чего экипаж потерял рассудок. – Хартнелл кивком указал на корабли. – Вы правы, конечно, это история-предостережение, но смысл ее в другом.
– В чем же?
– Вам известно, что благодаря массивному таянию арктических льдов круизные лайнеры, где беззаботные пассажиры наслаждаются коктейлями и ужинают в великолепных ресторанах, теперь следуют Северо-Западным проходом, путем «Террора» и «Эребуса»? – Он нахмурился. – Туристы хотят посетить вершины мира, не понимая, что видят начало конца.
– Вы говорите о глобальном потеплении? – Пейнтер подпустил в голос нотки сомнения, в надежде разозлить собеседника, заставить сказать больше, чем тот собирался. Он знал, что на эту тему генеральный директор «Клифф энерджи» мог говорить часами. – Не слишком ли вы тревожитесь, поддаетесь панике?
– Нам всем давно пора встревожиться! – Хартнелл выпрямился. – Планета нагревается с невиданной скоростью. НАСА провело анализ ледников. Они тают быстрее, чем когда бы то ни было. Каждый месяц средние показатели температур бьют рекорды! В Кувейте установлен мировой рекорд жары – сто двадцать девять градусов[13]! Мы становимся свидетелями погодных катаклизмов, бурь и ураганов, каких не бывало более пяти сотен лет!
– Погоду предсказывать вообще сложно, – пожал плечами Пейнтер.
– Только за последний год в США прошло
Пейнтер презрительно усмехнулся.
– А что, по-вашему, можно сделать? Кажется, мы уже прошли точку невозврата.
Хартнелл выпрямился.
– Чтобы остановить грядущую катастрофу, нужно видеть перспективу, уметь рисковать. Понадобятся работоспособность и преданность делу, как при разработке ядерного оружия. Ни одно правительство в мире сейчас не способно принять этот вызов. Действовать, добиваться истинных перемен будут обычные люди.
– Вы говорите о себе? – Пейнтер смерил собеседника взглядом. – Чем конкретно занимается станция «Аврора»?
Хартнелл ответил честно, ничего не утаивая:
– Я намерен остановить глобальное потепление и дать миру новый источник энергии.
– Но как?
Хартнелл взглянул на стеклянный ящичек на полке, в котором покоился блокнот в черной кожаной обложке.
– Мне поможет один мой друг.
Руки Саймона Хартнелла тряслись от ярости, когда он тщетно пытался вставить ключик в замочную скважину ящика. Наконец стеклянная крышка была откинута. Хартнелл осторожно вынул из ящика блокнот и повернулся к закованному в наручники гостю.
– Вот блокнот Николы Теслы. Здесь его личные записи, конфискованные правительством США после смерти. Никто не смог понять и оценить написанного.
– А вы смогли?
Хартнелл улыбнулся. Теперь, с блокнотом в руках, он был куда спокойнее и не поддавался на провокации.
– Признаю́, мне понадобилось более тридцати лет. И всего я не знаю до сих пор. Тесла исключительно успешно шифровал записи. – Он сел за стол. – К сожалению, этот ученый был гением-мечтателем, провидцем, но не практиком. Поэтому всем известен Томас Эдисон, и мало кто слышал о Николе Тесле. Эдисон был человеком своего времени… Тесла опередил время.
– Дайте-ка угадаю. Время Теслы наконец пришло.
Саймон пристально вгляделся в собеседника. Да, Пейнтер гораздо умнее, чем можно было предположить с первого взгляда. Особенно если учесть, что перед ним – государственный служащий.
– Совершенно верно. И я намерен показать, насколько гениальны его идеи.
Кроу отвел взгляд.
– Ваши антенны – не просто более мощная версия системы ХААРП.
– Вы снова правы. Это воплощение мечты Теслы. Мир без войн, где энергия доступна и бесконечна, где планета живет в радости.
– И вы все это можете обеспечить?
– Да. Со временем. Мы готовим проверку нашей концепции на небольшой территории, доказательство, если хотите. Испытание назначено на послезавтра.
– Какой концепции?
– Скажите, вам известно что-нибудь о проекте Теслы «Башня Ворденклифф»?
Пейнтер нахмурился:
– Неудачная попытка создать сеть беспроводных генераторов? Башня стала первым из таких генераторов.
– «Ворденклифф» был призван показать, что беспроводная связь возможна. Башню начали строить в тысяча девятьсот первом году, но саму идею Тесла разрабатывал не одно десятилетие. Проще говоря, он знал, что для передачи энергии без проводов потребуется проводник всепланетного масштаба. Тесла исследовал два возможных проводника: землю и атмосферу. Он верил, что можно закачать энергию в глубь планеты, подтолкнуть природную резонансную частоту, что привело бы к увеличению потоков энергии всюду в мире. Однако того же результата можно достичь, направляя энергию в заряженный проводящий слой атмосферы.
– В ионосферу.
Саймон кивнул.