Джим Чайковски – Павшая луна: комплект из 2 книг (страница 102)
Ее спутники, и Джейс в том числе, попытались остановить ее, но Аамон, грозно оскалившись, заставил их отступить, и им не осталось ничего другого, кроме как последовать за ней.
Когда девушка вышла на площадь, огромная кошка скосилась на нее. Никс посмотрела прямо в злобные желтые глаза. Серпозуб напрягся, у него из груди вырвался вой.
Но прежде чем он прыгнул, Никс вплела в свою песнь голоса других женщин – серебро, огонь, бронзу и даже колыбельную, – обращая ее против зверя. У нее не было желания пленить кошку, подчинить ее себе. Она просто оплела этими нитями стальной шлем, изучая защитную преграду, вставшую у нее на пути.
В школе им говорили про подобную алхимию. Никс знала, как ковались такие шлемы. Провожатый пел обуздывающую песнь остывающей стали, и та, затвердевая, впитывала в себя интонации его голоса.
Сознавая это, девушка закрыла глаза и затянула еще одну песнь, самую первую, какую узнала. У нее из горла вырвался тихий скорбный плач, напрягающий голосовые связки. Испуская эти ноты, она ощутила вкус теплого молока, вспоминая, когда пела эту песню в последний раз, подкрепленная силой тысячи летучих мышей. Тогда, выплеснув объединенную мощь, Никс смогла разглядеть прожилки в листьях на деревьях и даже отдельные кости в телах своих спутников. И хотя сейчас этой силы у нее больше не было, песнь оставалась в ней, высеченная у нее в сердце, ставшая неразрывной ее частью.
Вобрав в себя энергию остальных, Никс запела с новой силой. Как это уже случалось, ее взор обрел небывалую остроту. Она различила каждую крупинку металла шлема, каждую частицу железа, соединенную с частичкой угля, – чем-то это было подобно прожилкам листка. Прочитав код замка, скрытого в стали, Никс использовала свои нити в качестве ключа. Отперев замок, она пропустила нити сквозь железо – добираясь до измученного, озлобленного животного, заключенного внутри.
– Сюда приближаются лошади! – окликнул ее Джейс, едва не разорвав сплетенную ею паутину контроля.
– Это рыцари, – поправил Канте.
Не открывая глаз от серпозуба, Никс продолжала петь с то же самой силой, изменяя рисунок шлема-поработителя, поворачивая частицы железа, подобные магнитным полоскам в тысяче путеводов, навсегда изменяя их сочленение. Освобожденная, кошка оказалась неподвластна ничьей воле, в том числе своей собственной. Никс вспомнила ярость тайгра, встреченного несколько дней назад, который пытался напасть на всякого, кто хотел подчинить его себе.
«Я не стану повелителем этой кошки».
Вместо этого девушка поделилась с серпозубом последним даром.
Она показала ему, кто его истязал, подчиняя себе.
Открыв глаза, Никс увидела объятую яростью кошку. Однако теперь эта безумная злоба была обращена не на нее. Сзади послышался стук копыт трех приближающихся лошадей. Верхом на них сидели рыцари в доспехах. Следом за ними спешили провожатые и следопыты, сидя на лошадях по двое.
Зарычав, огромная кошка развернулась и набросилась на воинов легиона. Ее грозный рык перешел в клокотание крови, хруст переломленных мощными челюстями костей и вырвавшиеся из глоток крики.
Песнь Никс оборвалась, нити энергии угасли, оставив ее опустошенной и обессиленной. Перед глазами все померкло, словно она вернулась к прежней слепоте. Окружающий мир превратился в пятна света и тени.
Канте подхватил ее.
Аамон также подскочил к ней, ткнувшись мордой в бедро.
Зрение постепенно вернулось, оставаясь затуманенным.
Отвернувшись от зрелища кровавой бойни, Никс увидела, что песнь произвела действие не только на нее одну. Странная раскрашенная женщина пошатнулась, тяжело опираясь на стоящих рядом туземок. Двое мужчин поспешили к ней на помощь.
– Нам нужно спуститься в погреб! – попытался увлечь девушку в трактир Канте.
– Нет! – окликнул их голос с площади.
От толпы отделилась сгорбленная фигура, опирающаяся на посох. Остекленевшему взору Никс показалось, что седые волосы сияют, словно наполненные энергией.
«Шан…»
Слова старейшины без труда долетели до нее.
– Корни этого дерева недостаточно глубоки, – предупредила Шан. Она указала посохом на Старый ствол. – А вот эти помогут вам укрыться.
Остальные кефра’кай повели странную женщину к древнему дереву.
– Скорее всего, она права, – поддержал старуху Фрелль. – И если под этим деревом действительно есть надежное укрытие, она должна это знать.
Решение было принято за них, когда над головой прогремел оглушительный взрыв. Все пригнулись, глядя вверх. Пелена дыма разорвалась, открывая высоко вверху голубое небо – и корпус зависшего над землей огромного боевого корабля.
Врит не отрывался от окуляра дальноскопа. Зеркала и линзы прибора позволяли его зрению проникнуть за пределы дыры в пелене густого черного дыма.
Это продлится недолго.
Дыра уже начинала затягиваться.
Исповедник всматривался в ветви древней гигантской ольхи, которая, по-видимому, и являлась почитаемым Старым стволом Торжища. Сюда он прибыл со стороны городских причалов.
Прилетев туда на борту «Пивлла», Врит обнаружил на земле поврежденный «Тайтн». Обгоревший пузырь боевого корабля еще дымился. К счастью, значительная его часть уцелела, и ремонтные работы уже шли полным ходом. На подмогу своему собрату Браск отрядил людей и материалы. Между кораблями сновали в обе стороны почтовые вороны. «Пивлл» получил предупреждение о затаившейся в тумане грозной акуле, коварном быстроходном борте, предательски напавшем на большой корабль.
«И он по-прежнему где-то там».
Даже сейчас Врит не забывал об этом, изучая землю в дальноскоп. Браск поведал ему о том, кто находился на борту быстроходника. Призрак из прошлого, Грейлин си Мор. По-видимому, Хаддан столкнулся с Про`клятым Рыцарем на палубе «Тайтна», но проиграл единоборство и позволил ему скрыться. Подозревая, кого защищал Грейлин – таинственную девушку, к которой, возможно, относилось клашанское пророчество «вик дайр Ра», – Исповедник немедленно предпринял меры, чтобы откликнуться на изменившуюся ситуацию.
Но затем все это было отброшено в сторону, когда у него в руке снова завибрировал шар Скеррена. Покинув берег Эйтура, Врит не расставался с хрустальным шаром. Он почти не отрывал от него взгляда. По мере того как крошечные магнитные полоски, обмотанные медной проволокой, отказывались поворачиваться, откликаясь на невидимые ветры, его отчаяние нарастало. Исповедник уже оставил надежду – но тут шар задрожал, оживая.
Поднеся шар к лицу, Врит увидел, что магнитные полоски указывают на запад от причалов. Хрустальный шар дрожал, словно не в силах сдерживать заточенные в нем силы. И тем не менее потребовалось вмешательство Хаддана, который через почтовую ворону приказал Браску направить «Пивлл» по следу невидимых ветров к их источнику.
Шар Скеррена привел к золотистой кроне высоченного дерева, торчащего над пеленой дыма. Многократно превосходя размерами остальные деревья, эта ольха напоминала позолоченный остров посреди черного моря. Для того чтобы проникнуть в эту непроницаемую пелену, Врит предложил взорвать огненную бомбу, чтобы на какое-то время рассеять дым.
И вот сейчас он изучал в дальноскоп местность под боевым кораблем, кружащимся рядом с гигантским деревом. Внизу метались люди, перепуганные взрывом. Затем на площади Исповедник увидел кровавое месиво из людей и лошадей. Он различил на людях доспехи легиона.
Врит застыл, догадавшись, кто это.
Брат Браска и другие рыцари.
«Но что произошло?»
Исповедник уже собирался предупредить командира «Пивлла», но тут его внимание привлекло какое-то движение на площади. Горстка людей устремилась к громаде Старого ствола. Врит уже готов был принять их за объятых паникой горожан, но тут луч солнца, проникнув в дыру в пелене, сверкнул на полированной бронзе.
Схватив обеими руками дальноскоп, Исповедник прильнул к окуляру. Несколько человек то ли несли, то ли волокли бронзовое изваяние. У Врита перехватило дыхание.
«Ну наконец-то…»
– Оно там, внизу! – не оборачиваясь, крикнул он Браску.
Впервые после каменоломен Мела Исповедник увидел древний талисман. Он почувствовал, как у него заколотилось сердце.
– Что я могу сделать? – подошел к нему командир корабля. – Мы находимся слишком высоко, а заросли здесь очень густые, и я не смогу снизиться.
– Неважно! – У Врита задрожала рука, сжимающая хрустальный шар. Пелена дыма затянула дыру, скрывая из вида землю. – Нельзя допустить, чтобы это оружие было использовано против нашего королевства!
– Но что мы можем…
– Пусть на земле разразится огненная буря! – повернулся к командиру «Пивлла» Исповедник. – Сожжем это дерево дотла!
Поддерживая Никс под руку, Канте бежал через площадь. Аамон находился с другой стороны от девушки. Из горла варгра вырывалось глухое рычание. После оглушительного взрыва в небе зверь держал уши прижатыми к голове.
Джейс и Фрелль спешили следом. Позади была группа кефра’кай. Туземцы двигались медленнее, обремененной странной женщиной, которая, похоже, была облачена в бронзовые доспехи, что ставило принца в тупик.
Однако с этими загадками можно было повременить.
Повсюду вокруг прогремели новые взрывы. Следом за яркими вспышками появился черный дым. Беглецы пригнулись, спасаясь от ударной волны. Но тут еще одна бомба разорвалась у дверей «Золотого сука», швырнув всех на землю.