Джим Чайковски – Арктическое зло (страница 24)
– Что вы хотите сказать? – спросил Монк.
– Всему свое время, – покачал головой Бейли.
Джейсон нахмурился, недовольный упорством священника. Монк же просто пожал плечами и подошел к столу. Откинул простыни, которыми были накрыты тела, и, не прикасаясь к ним, внимательно осмотрел раны. На горле у монсеньора зияла глубокая рана, открывающая белые ткани гортани. У русского историка на груди зияло выходное пулевое отверстие. По-видимому, пуля поразила его прямо в сердце, вызвав практически мгновенную смерть.
Монк накрыл тела простынями.
– Судмедэксперт прав. В обоих случаях причина смерти совершенно очевидна. Впрочем, особых сомнений тут и так не было.
Медленно приблизившись к столу, Бейли изучил личные вещи монсеньора. Аккуратно сложенный окровавленный комбинезон лежал рядом с ботинками. Кто-то старательно разложил спиралью цепочку вокруг серебряного креста. Уронив плечи, Бейли прикоснулся к распятию.
Джейсону не хотелось беспокоить священника в эту скорбную минуту, однако его интересовал один неотложный вопрос.
– Телефон монсеньора Борелли нашли?
– Я ознакомился со списком вещей моего друга. – Бейли покачал головой. – Телефона среди них не было.
Джейсон вздохнул. Он надеялся на то, что нападавшие не тронули телефон. Если б удалось снять с него отпечатки пальцев или взять образцы ДНК, можно было бы подтвердить причастность Валентины Михайловой к этому двойному убийству.
Джейсон посмотрел на тело монсеньора Борелли, вспоминая глубокую рану на горле. Он не сомневался в словах Сейхан о том, кто нанес этот смертельный удар. Поймал себя на том, что нервно ломает руки: время шло, нарастало беспокойство – вызванное не тем, где он находился, а крепнущей уверенностью.
«Время работает против нас».
В коридоре послышались приглушенные голоса.
«Ну наконец…»
Джейсон выпустил давно задержанный вдох. Все повернулись к распахнувшейся двери.
Гришин привел двух человек. С новоприбывшими судмедэксперт обращался значительно более почтительно. Усталое презрение выветрилось из его голоса, сменившись заискиванием.
– Владыка Филарет, вот мы и пришли, – смиренно склонил голову Гришин.
– Спасибо, доктор Гришин, – снисходительно промолвил высокий мужчина.
Они обменялись еще несколькими фразами, затем Филарет поднял руку для благословения. После чего судмедэксперт, пятясь, покинул прозекторскую и аккуратно прикрыл за собой дверь.
Подойдя к новоприбывшим, Бейли протянул руку:
– Благодарю вас, ваше преосвященство, за то, что согласились встретиться здесь.
Мужчина пожал ему руку.
– Все, что угодно, только чтобы отдать убийц в руки правосудия.
Джейсону показалось, что голос епископа дрогнул, когда его взгляд упал на два тела, накрытых простынями. Лицо Филарета, обрамленное окладистой седой бородой, было бледным, глаза запали. Правая рука нервно сжимала крест, висящий на цепи поверх черной рясы.
Джейсон мельком взглянул на Бейли. Похоже, святой отец поступил правильно, решив сыграть на чувстве вины епископа.
Бейли представил своих спутников.
– Это доктор Коккалис, судмедэксперт-патологоанатом из Европола. – Он указал на Джейсона. – А это доктор Картер, юрист и криминалист из Гааги, специалист по кибер– и организованной преступности.
Филарет кивнул обоим.
– Московский патриархат ценит ваше содействие в данном деле.
Джейсон переключил свое внимание на спутницу епископа. Сбоку и чуть сзади от епископа стояла стройная молодая женщина лет двадцати с небольшим, на год-два моложе самого Джейсона. Она была в строгом черном платье до щиколоток. Голова ее была покрыта простым платком.
– Это сестра Анна, – представил ее Филарет. – Послушница в Новодевичьем монастыре в Москве.
Женщина дрожала, но не от обилия обращенных на нее взглядов. Наоборот, она не обращала на них никакого внимания, полностью сосредоточенная на телах, лежащих на стальных столах. Изящная рука непроизвольно взметнулась к губам.
Причина таких внутренних страданий стала понятна.
– Игорь Кусков – ее старший брат, – объяснил Филарет.
Джейсон увидел скорбь в болезненном прищуре глаз, в дрожи поднятой руки, в порывистом дыхании. Внезапно он пожалел о том, что Бейли отказался от первоначального плана встретиться в посольстве.
– Когда я уже собирался отправиться сюда, – продолжал епископ, – доктор Гришин сообщил мне, что вам нужно согласие родственников Игоря на осмотр его тела. Его сестра Анна – единственный родственник. Хотя она могла передать свое согласие через меня, изъявила желание увидеть тело своего брата. Я не мог ей отказать.
Джейсон ощутил острый укол вины. Уловка, направленная на то, чтобы заманить в морг епископа Филарета, неумышленно привела к тому, что здесь оказался и другой человек, уже объятый скорбью, не заслуживший того, чтобы его страдания были растоптаны.
– Примите мои соболезнования в связи с вашей утратой, – с чувством произнес Бейли, похоже, также раскаивающийся в своем решении. – Если вы хотите остаться со своим братом наедине…
Анна решительно покачала головой. Она раскрыла было рот, собираясь заговорить, но вынуждена была сначала сглотнуть подступивший к горлу комок.
– Спасибо, святой отец, – тихо произнесла Анна. – Но у меня еще будет время предаться скорби. А сейчас я больше всего хочу вывести на чистую воду подонков, убивших моего брата!
Услышав эти резкие слова, Бейли непроизвольно поднял брови.
– Следите за своей речью… – тронул ее за плечо Филарет.
Отступив в сторону, Анна расправила плечи, не желая извиняться за свои слова. Обойдя собравшихся, она нетвердой походкой приблизилась к телу своего брата. В отличие от Джейсона, Анна держала себя в руках. Подняв руку, прикоснулась к щеке брата, после чего поправила простыню, словно укутывая ребенка перед сном. С ее уст слетела негромкая молитва.
Бейли отвел остальных в дальний угол прозекторской.
– Мы уже завершили осмотр тел, – сказал он Филарету. – Нам больше незачем задерживаться здесь. Но прежде чем вернуться в Апостольскую нунциатуру, я хотел бы обсудить с вами еще один вопрос, ваше преосвященство.
– Разумеется, я полностью к вашим услугам. Вам пришлось провести в пути весь день, и еще мне известно, кем для вас был дорогой монсеньор Борелли в личном плане.
– Благодарю вас.
– Чем я могу вам помочь?
– Речь идет о фотографии, которую монсеньор Борелли отправил в Ватиканский архив непосредственно перед своей смертью. Мы надеемся, что вы поможете разобраться в том, что она может означать.
Джейсон постарался сохранить свое лицо непроницаемым. Бейли никого не предупредил о своем намерении поделиться этой информацией с епископом Филаретом.
– Позвольте вам показать, – продолжал Бейли, доставая из сумки планшет.
Постучав пальцем по экрану, он открыл файл с фотографией украшенного золотом форзаца древнегреческой рукописи. На экране появилось изображение, вот только священник обрезал снимок, убрав верхнюю часть. Остались только рисунок здания и часть подписей вокруг него.
– Мы рассчитываем, что вы поможете нам определить это место, – сказал Бейли.
– Вы позволите? – протянул руку Филарет.
Священник передал ему планшет. Пока епископ изучал снимок, Бейли украдкой обернулся к Монку и Джейсону, бросив многозначительный взгляд. Джейсон все понял.
«Вот о чем говорил Бейли: это проверка того, насколько Филарет готов сотрудничать».
– Ничего не понимаю, – пробормотал наконец епископ. – Какое это имеет отношение к гибели этих несчастных?
– Мы считаем, что монсеньор Борелли сфотографировал страницу одной из книг, найденных в подземном склепе. Исходя из того, что он так спешил отправить снимок нам, я предположил, что речь идет о чем-то важном.
– Вероятно, монсеньор предположил, что это как-то может вывести на Золотую библиотеку царей.
Джейсон внутренне напрягся.
«Почему епископ сделал такой далеко идущий вывод? Особенно если учесть, что он не увидел верхнюю часть страницы?»
– Почему вы так решили? – изобразил недоумение Бейли.
Филарет вздохнул:
– Монсеньор Борелли надеялся – на самом деле, все мы надеялись, – что книги, спрятанные в том склепе, могут быть частью утерянной библиотеки Ивана Грозного. – Он поднял планшет. – И вот этот снимок определенно наводит на мысль, что монсеньор был прав.