Джим Батчер – Легионы Калара (страница 98)
– И все равно, – сказал Тави.
– Нет, клянусь во́ронами, Кальдерон, – возразил Макс. – Ты сделал гораздо больше, чем можно было представить. Больше, чем мог. Так что перестань себя винить. Не ты послал сюда канимов.
Со стороны реки послышался еще один отчаянный крик канима. Тави устало рассмеялся:
– Знаешь, что тревожит меня больше всего?
– Что?
– Когда я находился на берегу, а канимы приближались ко мне, внезапно появились водяные львы. И на секунду… – Он покачал головой. – На секунду мне показалось, что их создал я. Может быть, это были мои фурии. Может быть, я не… – Его голос пресекся, и он замолчал.
Голос Макса спокойно прозвучал в темноте:
– Отец никогда не разрешал мне показывать фурию в виде какого-то существа, понимаешь? Вроде каменного пса твоего дяди или огненного сокола госпожи Пласиды. Он не учил меня работать с водой, а в библиотеке я нашел старую книгу и прочитал историю про водяного льва. Вот почему… Я сам научился водяной магии. Отца никогда не было рядом – так получился водяной лев. Я назвал его Андроклом. – (Тави показалось, что Макс покраснел в темноте.) – Я чувствовал себя очень одиноким, когда умерла моя мать.
– Должно быть, Красс читал ту же книгу, – сказал Тави.
– Да, забавно. Никогда не думал, что у меня с ним есть что-то общее. – Макс переступил с ноги на ногу. – Сожалею, что твои мечты не осуществились.
Тави пожал плечами:
– Все в порядке, Макс. Может быть, мне уже хватит мечтать о собственных фуриях и просто продолжать жить. Я так долго хотел их получить, но… фурии ничего не меняют, ведь так?
– Во всяком случае, в тех вещах, которые имеют значение, – ответил Макс. – И не внутри. Отец всегда говорил мне, что магия фурий лишь усиливает качества, которые заложены в человеке. Дурак с фуриями останется дураком. А хороший человек с фуриями будет хорошим человеком.
– Старый Киллиан пытался сказать мне нечто похожее, – задумчиво проговорил Тави. – В день наших финальных схваток. И чем больше я об этом думаю, тем очевиднее мне становится: он пытался меня убедить, что в мире есть более важные вещи, чем фурии. И то, что можно сделать с их помощью.
– Он был умным человеком, Кальдерон, – сказал Макс. – Я знаю, что ты сделал. И я обязан тебе жизнью, несмотря на все мое владение магией. В конечном счете остался стоять именно ты. И к Гаю это относится вдвойне. Именно ты прикончил наемных убийц и чудовищ. Ты встретился лицом к лицу с вождем канимов без оружия и фурий, которые могли бы тебя защитить, я не знаю ни одного человека, который на такое способен. Ловушка к югу от моста позволила уничтожить больше канимов за один час, чем прикончили все наши легионы за последние десять лет. Я до сих пор не понимаю, как тебе удалось остановить их наступление, – я думал, что нам пришел конец. И ты это проделал без единой собственной фурии. – Кулак Макса слегка ударил по закованному в доспехи плечу Тави. – Ты настоящий герой, Кальдерон. Есть у тебя фурии или нет. Ты обладаешь врожденным талантом командира. Люди в тебя верят.
Тави покачал головой:
– Во что они верят?
– Очень во многое, – ответил Макс. – Они полагают, что ты владеешь какой-то очень важной магией, позволившей тебе пережить прямой удар молнии. И лишь немногие до конца понимали твой план с опилками и заговоренными лампами. Они видели только, как ты взмахнул рукой и вся южная половина города загорелась. Ты умудрился уцелеть в схватке, в которой полегла вся первая когорта ветеранов, а она по владению магией металла была близка к рыцарям. – (До них донесся крик еще одного канима, гибнувшего в реке.) – Я гарантирую, что сейчас распространяется слух о том, что водяные фурии убивают в реке канимов.
– Я ничего этого не делал, Макс, – сказал Тави. – Они верят в выдумки.
– Чепуха, – совершенно серьезно возразил Макс. – Именно ты все сделал, Тави. Иногда тебе помогали. Некоторые из них сами неплохо поработали. И ты не применял магию. – Макс кивнул в сторону города. – Они знают об этом там. Любой человек в здравом уме уже сбежал бы в горы. Однако они испытывают гнев. Они готовы биться с врагом. Ты сражался рядом с ними, в одном строю. Наносил удары канимам, держался только на силе воли, и ты разбил им их наглые носы. Люди думают, что ты сумеешь их победить. И они пойдут за тобой, Кальдерон.
– Ты видел их силу, Макс. Ты знаешь, что они сохранили лучшую часть своей армии. А мы устали, нас зажали в угол, и у нас кончаются фокусы.
– Ха! – сказал Макс. – Именно так устроена вера. Чем сложнее положение, тем в большей степени человека поддерживает вера. А ты дал им веру.
Тави почувствовал тошноту.
– Нам нужно обрушить мост, Макс. Необходимо дать возможность нашим инженерам забраться на верхнюю арку, чтобы они могли его уничтожить.
– Я думал, что у нас не хватает людей, обладающих магией земли, – заметил Макс.
– Если ты не забыл, – сказал Тави, – в Павильоне немало тех, кто владеет магией земли.
Макс заморгал:
– Но это же танцовщицы, Кальдерон. Профессиональные… куртизанки.
– И они каждый день своей профессиональной жизни использовали магию земли, – заметил Тави. – Я знаю, работа с камнем – это нечто другое, но ты всегда говорил мне, что применение одного из аспектов магии позволяет добиваться результата в смежных областях.
– Ну да… – пробормотал Макс. – Но…
Тави приподнял бровь:
– Но?
– Привести в восторг толпу легионеров – это одно, а изменить структуру камня – совсем другое.
– Я просил их попробовать, – сказал Тави. – Конечно, они не инженеры, но магия не слишком сложная. Это разрушение. Инженерам требуется лишь дополнительная сила, а у танцовщиц она есть. Если мы сумеем доставить их вместе с инженерами на верхнюю арку моста, они смогут его уничтожить.
– Одно большое «если», – тихо сказал Макс.
– Да.
Макс все понял и понизил голос:
– Кто-то должен будет удерживать канимов, пока они работают. И они либо останутся на южной стороне моста, либо окажутся в реке.
Тави кивнул:
– Я знаю. Но тут ничего не поделаешь. Нам это будет дорого стоить, Макс. Мы должны продержаться до конца ночи. Если мы сумеем, нам предстоит понести тяжелые потери, когда мы будем теснить канимов назад через наши же укрепления. Может быть, потери окажутся такими тяжелыми, что мы не выдержим.
– Нужно рассчитывать на легионеров, – сказал Макс. – Как я уже говорил, они верят. Особенно головастики. И они будут хорошо сражаться.
– Но даже и в таком случае мы можем не одержать победы, – сказал Тави. – Не исключено, что это попросту невозможно.
– Есть только один способ узнать наверняка.
– И если это возможно, – продолжал Тави, – тот, кто будет удерживать канимов в конце, обречен на гибель. – Он немного помолчал. – Я их поведу. И попрошу пойти со мной добровольцев.
– Это самоубийство, – тихо сказал Макс.
Тави кивнул и содрогнулся:
– Послушай, а ты ничего не можешь сделать с дождем?
Макс прищурился и посмотрел вверх:
– Он естественный. Думаю, довольно сильный маг мог бы изменить некоторые вещи. Но нужно находиться наверху, рядом с тучами, а когда эти штуки повсюду кружат…
– Правильно, – ответил Тави. – Пусть во́роны заберут дождь. Если бы дождя не было, канимы до сих пор ждали бы окончания пожара в городе. И без дождя мы смогли бы сложить огромный костер посреди моста и продержаться до конца ночи.
– Я бы многое сейчас отдал за двадцать или тридцать рыцарей Огня вместо всех наших рыцарей Воздуха. Тысячи канимов, стиснутых, запертых на узком мосту. Рыцари Огня превратили бы псов в головешки.
И тут в голову Тави пришла идея с такой ошеломляющей ясностью, что чаша с похлебкой выпала из онемевших пальцев и разбилась о камень моста.
– Кальдерон? – встревожился Макс.
Тави поднял руку, его мысли закружились в водовороте, усталый разум заработал в полную силу, отбрасывая и изучая разные варианты.
Это могло сработать.
Во́роны и гром – это могло сработать.
– Он сказал мне, – с удивлением услышал Тави собственный голос. – Проклятье, он сказал мне, как именно нанести им удар.
– Кто? – спросил Макс.
– Насауг, – ответил Тави и почувствовал, как его губы сами собой раздвигаются в широкой улыбке. – Макс, я должен поговорить с людьми. Мне необходима встреча с твоим братом и всеми рыцарями Воздуха у городских ворот. Им потребуется время для тренировки.
Макс заморгал:
– Для какой еще тренировки?
Тави посмотрел на тяжелые штормовые тучи с ледяным дождем и алыми молниями, услышал вой канимов, долетавший до них от вражеских позиций в Элинархе.
– Старый римский трюк.
Глава 47
– Вы уверены, что это сработает, домина? – тихо спросил Джиральди.