Джим Батчер – Легионы Калара (страница 54)

Госпожа Антиллус выгнула бровь:

– Я трибун целителей легиона. И ты один из моих пациентов. Спрыгивай на землю, помощник трибуна.

Тави кивнул и осторожно слез на землю, стараясь не напрягать правую ногу.

Госпожа Антиллус опустилась на колени, прикоснулась к раненой ноге, встала и закатила глаза.

– Ничего серьезного.

– Фосс исцелил ногу, – сказал Тави.

– Это было совсем небольшое повреждение, – заметила она. – Однако, Сципио, даже с твоим скромным талантом к магии металла ты мог бы не обращать внимания на боль и маршировать вместе с колонной.

Тави оглянулся на Фосса, но целитель наблюдал за раненым рыцарем, которого укладывали на койку внутри фургона, и старательно отводил глаза в сторону.

– Боюсь, что нет, сиятельная госпожа, – начал импровизировать Тави, задумчиво глядя на нее. – Нога все еще плохо меня слушается, а я не хочу задерживать легион.

Похоже, он не сумел обмануть госпожу Антиллус, когда разжег огонь. У него были все основания предполагать, что она знает или подозревает, что его зовут вовсе не Сципио Руфус, и хочет вывести на чистую воду. Если учесть, как сильно он избил ее племянника Калара Бренсиса Минориса во время Зимнего фестиваля, ему не следовало удивляться ее враждебности. И все же он не мог допустить, чтобы она рассказала всем, что он не тот, за кого себя выдает.

Из чего следовало, что пришла пора действовать.

– Сожалею, сиятельная госпожа, – сказал Тави, – но пока я не могу переносить на ногу тяжесть тела.

– Понятно, – сказала госпожа Антиллус.

Она протянула руку и сильно толкнула Тави в плечо, заставив его перенести вес на больную ногу.

Боль пронзила Тави от правой пятки до ключицы. Нога подломилась, и он упал на госпожу Антиллус, едва не сбив ее с ног.

Она позволила Тави упасть, но сама сумела сохранить равновесие. Она покачала головой.

– Я видела, как маленькие девочки в Антилле выдерживали больше, – сказала она и посмотрела в сторону Фосса. – Я не стану терять время на симулянтов. Присматривай за ним. И отправь его в строй, когда он сможет ходить. А пока пусть ухаживает за ранеными.

Фосс отсалютовал:

– Есть, трибун.

Госпожа Антиллус бросила на Тави свирепый взгляд, перекинула темные волосы через плечо, села на лошадь и поскакала к авангарду колонны.

Когда она скрылась из виду, Фосс усмехнулся:

– У вас особый нюх на неприятности, господин.

– Иногда, – согласился Тави. – Фосс, если у меня появятся наличные, сколько будет стоить езда в фургоне?

Фосс задумался.

– Два золотых орла, никак не меньше.

Тави спрятал свой маленький ножик в ножны в кармане, спокойно распустил бечевку кошелька госпожи Антиллус и высыпал содержимое на ладонь. Три золотые кроны, полдюжины золотых орлов и одиннадцать серебряных быков. Тави выбрал золотую крону и бросил ее Фоссу.

Целитель легко поймал монету, посмотрел на Тави, а потом на шелковый кошелек. Его глаза широко раскрылись, и он удивленно фыркнул.

– Здесь в пять раз больше того, что ты попросил, – сказал Тави. – И я буду все время помогать раненым. Мы договорились?

Фосс потер ладонью короткие волосы на затылке, фыркнул и спрятал монету.

– Парень, яйца у тебя покрепче, чем мозг. Мне это нравится. Забирайся в фургон.

Глава 22

До рассвета оставалось полчаса, когда госпожа Аквитейн призвала четырех ветроволков – рыцарей-наемников, много лет служивших Аквитейнам и погубивших немало жизней. Якобы погубивших, напомнила себе Амара. Доказательств не было.

Амара, Бернард, Ладья и госпожа Аквитейн встретились с ними на верху северной башни цитадели Цереры. Рыцари Воздуха подняли сюда носилки, стараясь держаться ниже уровня крыш, чтобы не привлекать к себе внимания.

Все тщательно подготовились к путешествию. Амара надела плотно прилегающий кожаный костюм для полетов и пояс с мечом, Бернард был в охотничьем коричнево-зеленом с серым одеянии, он взял с собой топор, лук, скатку с постельными принадлежностями и колчан, полный стрел. Госпожа Аквитейн оделась так же, как Амара, только под кожаным костюмом у нее была тонкая металлическая кольчуга, которая обеспечивала дополнительную защиту. На поясе у нее висел меч – Амара и представить себе не могла, чтобы Инвидия Аквитейн им воспользовалась, – однако та носила длинный изящный клинок с такой же уверенностью, как Амара.

Как только носилки приземлились, дверца распахнулась, и из них вышел один из самых опасных фехтовальщиков страны. Олдрик Меч был на полголовы выше Бернарда и двигался с удивительным изяществом, не делая ни одного лишнего жеста. На левом бедре у него висели два меча: гладий легионера и длинный клинок дуэлянта. Серые волчьи глаза нашли госпожу Аквитейн, и он коротко ей кивнул:

– Сиятельная госпожа.

Из-за спины Олдрика со своего сиденья на них поглядывала женщина в светло-зеленом платье, чье красивое бледное лицо удивительно контрастировало с темными волосами и глазами. Амара узнала Одиану, еще одного наемного рыцаря Аквитейнов. Она слегка склонила голову набок, наблюдая за остальными, и Амара заметила, как оттенки ее шелкового платья пульсируют и кружатся и завитки темно-красного и алого скользят по ткани, покрывавшей ее плечи, что вызывало безотчетную тревогу.

Олдрик не сводил глаз с Амары и Бернарда.

– Это слишком большая нагрузка для носилок, госпожа. Мы не сможем ускользнуть от их рыцарей Воздуха.

Госпожа Аквитейн улыбнулась.

– Вас будет всего четверо, – сказала она Олдрику. – Графиня и я будем лететь снаружи. Если, конечно, это для вас приемлемо, графиня?

Амара кивнула:

– Я так и собиралась поступить.

Олдрик нахмурился:

– Это не самое мудрое решение, сиятельная госпожа.

– Я переживу, если моя прическа немного растреплется, благодарю тебя за заботу, – ответила она. – Но я готова выслушать другие предложения, если они у тебя есть.

– Оставьте кого-нибудь из них здесь, – сразу сказал Олдрик.

– Нет! – резко возразила Амара.

Это прозвучало как приказ.

Когда госпожа Аквитейн промолчала, Олдрик помрачнел еще сильнее.

– Чем скорее мы покинем город, – сказала госпожа Аквитейн, – тем дальше окажемся от него, когда начнет светать. Граф Кальдеронский, госпожа Ладья, пожалуйста, садитесь.

Бернард посмотрел на Амару, и она кивнула. Для Ладьи нашли простое коричневое платье, и она изменила черты своего лица, хотя это потребовало от нее гораздо больше усилий, чем от госпожи Аквитейн. Она все еще слегка прихрамывала и выглядела утомленной, кроме того, не вызывало сомнений, что у нее нет никакого оружия, однако она сама залезла в носилки. Секунду Бернард и Олдрик смотрели друг на друга, потом Олдрик слегка поклонился:

– Доблестный господин.

Бернард крякнул, бросил мрачный взгляд на Амару и влез в носилки. Олдрик последовал за ним, рыцари Воздуха, стоявшие у шестов для переноски носилок, прицепили к ним свои летные ремни, тут же поднялся ветер, они оторвали носилки от камней башни и взмыли в воздух, медленно, но неуклонно набирая высоту.

– Графиня, – сказала госпожа Аквитейн, когда они готовились взлететь, – я полагаю, вам уже приходилось участвовать в воздушных сражениях.

– Да.

– А мне нет, – спокойно сообщила она. – Так что отдавать приказы будете вы. Однако я предлагаю скрыть нас вуалью.

Амара выгнула бровь, глядя на гордую сиятельную госпожу, которая сумела произвести на нее впечатление. Инвидия могла быть высокомерным, безжалостным, амбициозным и опасным врагом, но она обладала острым умом. И ее предложение было весьма разумным.

– Такой большой поток воздуха будет сложно скрыть.

– Да, если кто-то из вражеских рыцарей Воздуха окажется рядом, – ответила госпожа Аквитейн. – Но я рассчитываю, что нас будет намного труднее заметить издалека.

Амара кивнула:

– Тогда создайте вуаль. Займите позицию слева от носилок, я полечу справа.

Госпожа Аквитейн завязала волосы в узел и закрепила их на шее.

– Полетели? – спросила она.

Амара кивнула и призвала Циррус, две женщины встали на парапет башни и взлетели в предрассветное небо. Два потока воздуха легко подхватили их и понесли ввысь. Они быстро нагнали медленно набиравшие высоту носилки, и Амара заняла место справа от них – именно с той стороны находились приближавшиеся войска Калара.