Джиллиан – Время дождя (страница 36)

— А я думал, что ты… — вырвалось у Эйлилла, но красавчик эльф тут же заткнулся.

— Договаривай, — велела удивлённая Сашка. И внезапно сообразила всё: и то, почему он к ней подозрительно относился, и то, почему испугался за Дорана, которому она врезала так, что он выглядел убитым. Поэтому с громадным изумлением, не пряча его, сказала: — Ни фига себе… Эйлилл, ты что?! Думал, что я один из них?!

Даже Кэйтрию проняло это открытие.

— Эйлилл, — растерянно позвала она. — Это правда? Но почему?

— Я маленького роста и драться умею, — сделала вывод Сашка. — Поэтому.

Насупленный Эйлилл молчал, как партизан на допросе. Ему повезло: минуты не прошло, как в аудитории появился запоздавший преподаватель. Так что красавчик сразу уткнулся в тетрадь для лекций. Кэйтрия укоризненно посмотрела на него и тоже открыла тетрадку. Доран сдавленно фыркнул, когда понял, что к чему. А Гарбхан грозно посматривал на всех студентов, кто с любопытством оборачивался к последнему ряду, пытаясь понять, что там происходит.

Сашка спокойно вытащила рисовальные принадлежности из рюкзака, который Доран принёс в эту аудиторию, и принялась за магические картинки.

Но на перемене именно Доран, который весь час старательно писал лекцию, словно ни на что другое не отвлекаясь, повернулся к Эйлиллу и спросил так равнодушно, что никто из маленькой компании сразу не понял, что за важное открытие сделал травник.

— Эйлилл, ты из магического департамента? — А после ошеломлённого молчания добавил: — Если не признаешься, мы тебе не скажем остального.

— Я… — начал Эйлилл и замолк, опустив голову.

Гарбхан посмотрел на него, пожевал толстыми губищами, но промолчал.

— И про графику не скажу, — спокойно сказала Сашка, тоже после реплики Дорана сообразившая, в чём дело. — Хотя я уже и без ваших символистов примерно знаю, что именно пугает цвергов. И даже не примерно, а точно. Было время подумать.

Эйлилл оглянулся на Гарбхана. Тот кивнул.

— Взять с них клятву на крови, — прогудел орк.

— Обрадовался, — насмешливо сказала Сашка. — Какую клятву, чудак? Если мы сами обо всём догадались? И что? Без клятвы вам неинтересно знать, что знаем мы?

— Это не совсем то, что вы думаете, — чуть не прошептал пойманный в ловушку красавчик и лёг головой на скрещённые на столе руки. — Если там узнают…

Сашка вспомнила все прочитанные детективы и принялась рассуждать — к явному ужасу Гарбхана:

— Начнём с того, Эйлилл, что ты старше всех на курсе. Судя по всему, ты прокололся на чём-то, и магический департамент (про себя она добавила: "ФСБ по-нашему!") тебя на этом проколе поймал. Но знатных родственников, которые тебя выгородили бы, у тебя нет. И поэтому ты согласился отработать то, что тебе предложили.

Эйлилл повернул голову безучастно посмотреть на неё. Сашка подняла бровь.

— Нет? Не так?

Гарбхан чуть не поперхнулся.

— Ну ладно. Тогда так. В общем, ты согласился на задание департамента. А задание было — не допустить появления сегодняшнего государственного врага в университет. Так?

— Алекс… — робко и умоляюще сказала Кэйтрия. — Не надо о нём. Давай про другое.

— Кэйтрия, я хочу раскрыться перед ним (Доран немедленно подался вперёд, будто собираясь грудью защитить Сашку или оттащить её подальше от эльфа), но хочу ещё и баш на баш: пусть он тоже откроется. — Сашка посмотрела на беднягу эльфа и, хмыкнув, добавила: — Пусть скажет только, что работает на департамент. А родословной его мне не надо, если он так уж переживает из-за этого.

— Работаю, — тихо сказал Эйлилл. — И что дальше?

— Дальше вот что — для начала. Привет, Эйлилл, меня зовут Алекс.

— И она девушка, — добавила радостная Кэйтрия.

Гарбхан, сидевший на краешке скамьи, так сильно вздрогнул, что с грохотом свалился в проход между рядами — ладно ещё, не покатился дальше, к доске внизу, а потом, глухо ругаясь, принялся подниматься, хватаясь за все столы. Над ним никто не смеялся — видимо, себе дороже. Только поглядывали с затаёнными улыбками.

Эйлилл выпрямился и вгляделся в лицо Сашки. Пробормотал:

— А ведь я должен был догадаться.

— Неа, — рассудительно сказала Сашка. — Не должен был. Гарбхан слишком много обо мне говорил при тебе и злился на меня. И ты привык к образу мелкого драчунишки, а потом начал подозревать во мне цверга или чёрного шамана. Признайся, так?

Расстроенный Эйлилл молчал, но подтверждение всему высказанному Сашкой отчётливо рисовалось на его лице. Поэтому она решила подсластить пилюлю.

— Да ты не бойся. Кроме нас, никто не догадывается, кто ты.

— Ещё час — и учебный день будет закончен, — несмело напомнила Кэйтрия, с тревогой всматриваясь в красавчика эльфа. — Давайте поговорим после этого часа? Если хотите, я могу дать клятву молчания.

— Хотя мы все молчали до последнего, — напомнил Доран. — Пока вам всё это не понадобилось. Но если не хотите с нами сотрудничать, мы и сами попробуем всё сделать, как надо.

— А то они знают — как надо, — буркнул Гарбхан.

— Знаем-знаем. И получше некоторых, потому что основные сведения у нас в руках, — многозначительно сказала Сашка. — В первую очередь надо найти побольше художников или тех, кто более или менее умеет рисовать. Ту же графику. И тогда…

Договорить она не успела: одновременно со звонком на пороге аудитории появился преподаватель.

— Я согласен, — шепнул Эйлилл, снова склонившись к столешнице и глядя на него искоса. — Где собираемся?

— Мы переехали — Кэйтрия сказала?

— Да.

— Наберём всё, что надо для обеда, и засядем в нашем номере, — предложила Сашка. — Думаю, Кэйтрия не откажется от мысли устроить званый обед? Кэйтрия, да?

Кэйтрия опустила засиявший взгляд. Гарбхан поморщился, но ничего не сказал, а Доран с облегчением усмехнулся.

Лекция началась.

А Сашка снова взялась за карандаш. Три картинки, будущие магические для продажи, она уже сделала — осталось раскрасить. Дома. Теперь она сосредоточилась на собственном сновидении. Вызывала в памяти тот эпизод, о котором Киардха сказал, что именно с него начался страх цвергов перед рисунками. Дотошно вспомнив, какое она начертила трофейными мечами невидимое изображение, прежде чем проткнуть его, Сашка склонилась над листом и принялась тщательно выводить нужную фигуру.

Четырнадцатая глава

Парни мужественно взяли на себя расходы по основным блюдам, пока Кэйтрия и Сашка выбирали десерт. Лавка Сашке понравилась — этакий уютный магазинчик с обманчиво низким потолком из-за огромного количества полок и товаров… Она, эта лавка, вдруг отчётливо напомнила ей автобусные поездки городских спортивных команд на областные соревнования, когда машина время от времени останавливалась возле деревенских магазинов с обыденной, стандартной вывеской "Товары повседневного спроса". Так же, как и там, в оставленном мире, эта лавка была длинной и неуловимой глазом границей делилась на части с продуктами и "промтоварами". Здесь даже были бочки с солёной рыбой — судя по неожиданно приятному и сытному запаху, от которого (она видела) даже парни сглотнули…

Сашка ещё вздохнула, обернувшись к окнам продуктовой лавки: сейчас придут в гостиничный номер — и больше не выйдут. Нет, Эйлилл с Гарбханом, конечно, уйдут, но… Так хотелось бы подольше погулять по городу при свете настоящего дня, посмотреть на величественные здания, которые завораживали причудливыми линиями и украшениями даже в вечерних сумерках… Она осторожно отошла от Кэйтрии, увлечённо и весело торговавшейся с продавщицей — светленькой девушкой, которая бойко бегала между прилавком и торговыми стеллажами, которые солидно высились, набитые по рядам предметами и продуктами настолько плотно, что оставалось только удивляться, как всё это богатство до сих пор не рассыпалось, обвалившись.

Забывшись, Сашка смотрела в окно, разглядывая соседний дом с мелкими архитектурными штучками поверх карнизов, мокрый от дождя эркер с изящными завитками по краям рам, чьи окошки, поблёскивающие под дождём, словно написаны акварелью… Едва вспомнила об акварели, понурилась. "Дед. Как же тяжело здесь без тебя. И как было бы тяжело без твоих словно бы ненароком промелькнувших уроков…" Внезапное присутствие за спиной учуяла сразу. Ощущение одиночества пропало. Кто-то вторгся в личное пространство, вторгся слишком близко, но пока помалкивал, будто не желая мешать её наблюдению за улицей.

Резкий ветер бросил в стекло дождевые брызги, обливая его поверхность мутно-прозрачной струёй. Сашка вздохнула и спросила, не оборачиваясь:

— Пора?

— Нет ещё, — отозвался Доран. — Мы решили переждать ливень, а потом пойдём.

— Хозяин лавки ругаться не будет? — всё ещё глядя в окно, спросила она.

— Нет. Он нам предложил чай.

"Всё ясно. Накупили много чего — вот хозяин и надеется, что, оставшись, ещё что-нибудь присмотрим. Или чай — искренняя благодарность за множество покупок?" Сашка про себя усмехнулась: она очень быстро привыкает к здешним реалиям… Травник терпеливо стоял за спиной, и она вдруг подумала, что он стоит не из-за неё, а потому, что ему тоже нравится смотреть на улицу. Сашка осторожно взглянула. Хм… Угадала. Снова обернулась к улице, тихонько улыбаясь — то ли тому, что угадала, то ли тому, что ему нравится то же, что и ей… Снова вздохнула и спросила:

— Может, нам здесь и побеседовать с Эйлиллом? Кэйтрия, конечно, расстроится…