Джиллиан – Ангелы моих снов (СИ) (страница 40)

А девушка к нему привыкла. Это точно. Она воспринимала его как очень близкого человека. Он понимал, что легко может уговорить её пойти вместе в сарай… И…

Он не мог представить, как своими руками даст убить её.

А тут ещё дети…

И, когда она ворвалась к нему утром, ведя за собой Исира, он был не просто ошеломлён. Он смотрел на улыбающегося феникса и видел, как тот смотрит на Лизу. И как смотрит на него, на мага. Предвкушающе. Как будто заранее предвкушает момент, когда начнёт убийство на глазах Дэй-Асса.

А девушка ничего не понимала и вела себя так, словно в её глазах Дэй-Асс — преступник. И он опять ничего не мог с этим поделать. Она так жалела Чёрного Пса, что не замечала ничего.

19

Боюсь, я вела себя здорово по-хамски. Пока взъерошенный со сна Денис закрывал за нами дверь, я втащила послушно следующего за мной феникса в первую попавшуюся комнату. Он оглядывался вокруг с насмешливым интересом, хотя что может быть смешного в пустой комнате?

— Ты наложил на него заклятие, чтобы он не мог выйти из сарая! Тебе не стыдно? — первым делом обвинила я вернувшегося Дениса, который хмуро встал на пороге комнаты и, кажется, не собирался входить.

— Нет никакого заклятия, — так же хмуро ответил он. — С чего ты взяла?

— Но… — растерялась я. — Но Исира сказал…

Горячая узкая ладонь сжала мою, было расслабившуюся. И дёрнула к себе, чтобы я обернулась посмотреть в пылающие синим опалом глазища.

— С-сочувствие, — напоминающим тоном сказал феникс, всё ещё ухмыляясь.

— Не поняла, — сказала я. Кажется, у меня начинала болеть голова. Наверное, от нелогичности происходящего. Только подумала одно, вроде правильно оценила картинку, а тут — на тебе. Что-то другое. А тут ещё глаза Исира… Мне показалось, я что-то заметила в них, кроме блеска, но что?

Не отходя от косяка, Денис объяснил:

— Он не врёт. Он взывает к твоей жалости. Чтобы эмоции ярче были. Поэтому будет говорить всё, что угодно, лишь бы ты его пожалела. И для него это не враньё, а средство получить побольше сил. Поэтому лучше не обижаться на него. Он всё равно не поймёт твоей обиды. — Он помолчал, видя, как вытягивается моё лицо, и со вздохом спросил: — Будем разговаривать так? Или в более подобающем тоне?

— По-моему, говорить пока рано, — уже угрюмо сказала я. — Его надо вымыть. Грязь — ещё одна причина, что на нём всё плохо заживает.

— Ересь, — пробормотал Денис.

Но пальцы Исира выскользнули из моей ладони, и он кивнул. И сказал уже привычно спокойным, ломким голосом:

— Х-хочу воду.

— Денис, ты поможешь?.. — начала я. И осеклась.

Феникс прошёл мимо меня. Проходя мимо хозяина дома, внезапно выскочившим из большого пальца когтем он резко провёл по своему боку. Дальнейшие действия потрясающего эпизода пролетели в несколько секунд: штаны с перерезанным поясом упали, он вышагнул из них и, как ни в чём не бывало, пошёл дальше.

Застыв от неожиданности, слишком оторопевшая, чтобы подумать о приличиях, я не могла отвести взгляда от его тощей задницы, пока он уходил в прихожую, а потом открывал дверь в ванную комнату.

— Феникс, — хмыкнул Денис, как будто объясняя его поведение и сам ничуть не удивлённый, и развернулся идти за Чёрным Псом, попросив: — Приготовь что-нибудь на завтрак. Сейчас он в таком состоянии, что сможет есть и физическую пищу. А я побуду с ним, чтобы не затопил кафе под нами.

Чувствуя себя совершенно сбитой с толку, я поплелась на кухню, надеясь, что дети будут спать после вчерашних гуляний о-очень долго. Здесь, на кухне, я немного оживилась: всё-таки впервые у Дениса, пусть и только на кухне. Та комната, куда я ввела феникса, пустовала. Ничего, кроме старенького дивана, на котором, кажется, Денис не сидел и не спал. Даже штор нет. Так что кухня мне показалась очень интересной.

Такое впечатление, что он здесь днюет и ночует. На окнах занавески — давнишние. Видимо, это Аврора хотя бы о таких побеспокоилась. Посреди комнаты — стол, под него упрятаны четыре стула. У одной стены — ещё один диван, маленький. Наверное, Денис спит именно здесь. Старенький холодильник. Между ним и окном — кресло. Раковина в одном углу, плита — в другом. Да, это помещение выглядит более обжитым. Видимо, Денис, или Дэй-Асс, предпочитает прятаться здесь. Только от кого? От самого себя?

Вздохнув, заглянула в холодильник. Знаю, что там. Вчера опять вместе покупали. Так что вытащила отварное и копчёное мясо, вытащила молочные продукты, вроде йогуртов и кефира. Половину мяса подогрела, причём для этого пришлось вымыть единственную найденную сковороду. Хм. В следующий раз придётся закупить в магазине и посуду… А будет ли он, этот следующий раз? Я теперь даже не знаю, как вести себя с… Денисом. Ведь был момент, когда мне показалось…

Повезло. Мужчины появились на пороге кухни, мгновенно заставив меня забыть о сиюминутном. И опять — хм. Исира, какой-то мальчишески худощавый, выглядел довольно трогательно — опять-таки полуголый, но в чистых спортивных штанах Дениса. Правда, их пришлось подвязать на поясе — слишком большие для гибкого длинного тела. Тело, узкое, отмытое, пестрело заживающими синяками и прорезавшими его царапинами.

Закончив готовку, я успела выдвинуть из-за стола стулья. До появления обоих услышала, как закрыли воду, потом раздражённые голоса: недовольный — Исира, объясняющий — Дениса. Как выяснилось, феникс не желал, чтобы его вытирали полотенцем, ему хотелось, чтобы вода высохла прямо на нём.

Денис сел первым, а Исира почему-то медлил, выжидая, пока сяду я. Причина, естественно, не в этикете оказалась — во мне. Едва он понял, где именно я буду сидеть, как сразу же плотно придвинул свой стул к моему. Мне подумалось, что желание феникса "иметь меня под рукой" похоже и на желание Дениса чувствовать себя, со своей фобией, в безопасности — рядом со мной. Похоже, поэтому оба старались дотронуться до меня.

Правда, Исира при этом совершенно не стеснялся: как только сел, так немедленно обхватил пальцами моё запястье. Денис посмотрел хмуро, но ничего не сказал.

Я оказалась права, выложив на стол мясо в двух тарелках: в одной кусками — холодное, в которое немедленно вцепился феникс; за другое, подогретое, не спеша взялся Денис. И именно он и повёл разговор, поскольку я не знала, с чего начинать.

— Как ты узнала о нас?

— Только переехала сюда, и сразу начали сниться сны, — зябко, несмотря на жару за окном, одной рукой обнимая чашку с горячим чаем, ответила я. — Видела тюремный замок… — я взглянула на Исира: не рассердится ли?.. — В котором… находился Исира.

Тот только оскалился, благосклонно принимая моё мягкое определение, что именно он там делал, и продолжая с наслаждением рвать зубами мясо, благо отварное.

— Дасти жив? — нисколько не удивляясь моим снам, поспешно спросил Денис.

— Жив.

Он выдохнул и стал более спокойным.

— А как ты поняла, что сны имеют отношение ко мне? Как поняла, что Исира в подвале?

— В одном из снов я видела, как он послал тебя сюда, в этот мир. Видела, как ты горел… — Задумавшись, я некоторое время смотрела в глаза Чёрного Пса, который перестал есть и тоже всматривался в меня. Очень близко сидели, да ещё за руку держал. Но впечатление такое, что нечто в моих глазах сильно разочаровало его, отчего феникс решил вернуться к недоеденному куску мяса. Уж мясо его точно не разочаровало — усмехнулась и я. Сама-то с трудом отвела свой взгляд от того, что увидела в его глазах. И продолжила: — А ещё Силушка… Он сказал, что в подвале завёлся барабашка, но домовые нашего дома никак его не могут найти. А потом он плакал, что… — Я смутилась. Рот феникса дёрнулся в усмешке. — Он назвал тебя ангелом. Вот тогда и сообразила. И ещё. Старуха ведьма колола указательный палец, чтобы поддерживать в тебе жизнь. Мне всё казалось, что у нас завелись комары, казалось — постоянно кусали палец… Но однажды во сне я заметила, как капля крови ушла в подвал. Сегодня ночью это как-то всё совпало. Денис, почему ты ничего не делал, чтобы спасти Исира?

Чёрный Пёс перестал рвать мясо и с интересом тоже уставился на хозяина дома.

— А кто сказал, что ничего не делал? — с каким-то вызовом ответил Денис. — Только и делал, что бегал в подвал отдавать то, что набрал за сутки.

— Когда ты бегал? — озадаченно спросила я, твёрдо уверенная, что он врёт и глазом не моргнёт.

— По ночам. Когда музыка не играла, это значило, что я в подвале, — спокойно объяснил Денис. — А когда играла, пытался не спать. Сторожил.

Но мне уже было не до музыки. Я с надеждой всмотрелась в глаза феникса.

— Исира, ты поможешь вытащить Дасти из того города?

— Я выполнил то-о, чего от меня хотели, — насмешливо ощерившись, сказал Чёрный Пёс. — Что-о… вы ещё можете мне предложить, чтобы я захотел это сдела-ать?

Теперь уже я растерянно взглянула на Дениса. Тот сидел странно собранный, есть прекратил, но рук со стола не спускал, насторожённо приглядываясь к Чёрному Псу. Не зная, что сказать, и не дождавшись поддержки от Дениса, я нерешительно спросила:

— А чего хотел бы ты, Исира?

Не отпуская моего запястья, нежно поглаживая его, Чёрный Пёс откинулся на спинку стула. Он смотрел мне в глаза, приподняв уголок губ, будто уже всё сказал и ждёт моего ответа. А я ничего не понимала. Метнув вопросительный взгляд на Дениса, я поняла, что он страшно обозлился. Еле сдерживается. Что происходит? Чего не понимаю я и что понимают эти двое?