Джидду Кришнамурти – Красота жизни. Дневник Кришнамурти (страница 3)
Наступил сезон дождей. Под темными тяжёлыми тучами море было почти черным, и ветер терзал деревья. Дожди будут идти несколько дней, не переставая, затем они прекратятся на день или около того, чтобы начаться снова. В каждом пруду квакали лягушки, и воздух был насыщен приятным запахом дождя. Земля снова была чистой, а через несколько дней она стала изумительно зелёной. Все росло почти на глазах; когда выйдет солнце, все на земле засверкает. Ранним утром здесь будет слышно пение. Повсюду снуют маленькие белки. Кругом цветы, полевые и садовые: жасмин, розы и бархатцы.
Как-то раз, когда гулял под пальмами и отяжелевшими от дождя деревьями по дороге, ведущей к морю, разглядывая тысячи разных мелочей, ты услышал, как пела группа детей. Казалось, они так счастливы, невинны и совершенно не замечают окружающего их мира. Одна девочка узнала тебя и с улыбкой подошла. Какое-то время мы шагали рука об руку. Никто из нас не произнес ни слова, и когда мы приблизились к ее дому, она жестом попрощалась и скрылась внутри. Этому миру и семье еще предстоит погубить ее, у нее будут свои дети, она будет проливать из-за них слезы, затем коварные уловки этого мира погубят и их. Но тем вечером она была счастлива, и ей не терпелось этим поделиться, взявшись за руку.
Однажды вечером, когда дожди прошли и небо на западе было золотым, он возвращался той же дорогой и увидел юношу, несущего огонь в глиняном горшке. На нем не было ничего, кроме чистой набедренной повязки; позади него шли два человека, несущие тело покойного. Это были брахманы, после омовения, чистые, они держались прямо и шли довольно быстрым шагом. Молодой человек, который нес огонь, должно быть, был сыном усопшего. Тело должны были кремировать где-нибудь в безлюдном месте на песке. Все это выглядело так незатейливо, в отличие от нагруженных цветами парадных катафалков, за которыми движется длинная вереница отполированных машин, или похоронной процессии, шествующей за гробом: в этом есть мрачное уныние. А бывает так, что ты видишь, как скромно обернутое тело умершего везут, закрепив сзади на велосипеде, чтобы предать огню у священной реки.
Смерть присутствует всюду, и, по-видимому, мы никогда не принимаем ее. Для нас это нечто мрачное и пугающее, чего следует избегать, о чем не принято говорить. Держать ее на расстоянии, за закрытой дверью. Но она всегда есть. Смерть – это красота любви, но человеку неведомо ни то, ни другое. Смерть – это боль, а любовь – это наслаждение, и они не должны пересекаться; их нужно держать порознь, и это разделение есть боль и страдание. Это разделение и бесконечный конфликт – они продолжаются с начала времен. Смерть всегда будет существовать для тех, кто не видит, что наблюдающий есть наблюдаемое, что переживающий есть переживаемое. Это подобно безбрежной реке, которая несет человека, со всеми его мирскими благами, его тщетами, страданием и знаниями. Если он не оставит в реке все те вещи, что накопил, и не выплывет на берег, смерть всегда будет подстерегать его, ожидать у порога. Когда он выходит из реки, у нее не оказывается берега; берег – это слово, наблюдатель. Он отбросил все, и реку, и берег. Ибо река – это время, а берега – это мысли во времени; река – это движение времени, а мысль – она берет в нем начало. Когда наблюдающий отбрасывает все, чем он является, тогда наблюдающий перестает существовать. Это не смерть. Это безвременье. Его нельзя постичь, потому что все известное относится ко времени; его нельзя ощутить: распознавание обусловлено временем. Свобода от известного – это свобода от времени. Бессмертие – это не слово, не книга и не созданный вами образ. Душа, «я»,
Небо на западе поблекло, и прямо над горизонтом показался юный месяц, робкий и нежный. Казалось, по дороге мелькало все: свадьба, смерть, детский смех, чьи-то рыдания. Рядом с молодым месяцем горела единственная звезда.
Этим утром река была особенно красива; солнце только восходило над деревьями и спрятавшейся в них деревушкой. Воздух был недвижим, и на воде не было ни всплеска. Днем будет довольно жарко, но сейчас стояла легкая прохлада, и на солнце грелась одинокая обезьяна. Большая и грузная, она обычно сидела там в одиночестве. Днем она исчезала и появлялась рано утром на верхушке тамаринда; когда становилось жарко, дерево будто проглатывало ее. На парапете, вместе с голубями, сидели золотисто-зеленые мухоловки, а на верхних ветках другого тамаринда расположились грифы. Тишина была безмерной, и он сидел на скамье, потерянный для этого мира.
Возвращаясь из аэропорта по тенистой дороге, где среди деревьев кричали красные и зелёные попугаи, посреди трассы ты увидел нечто похожее на большой тюк. Когда машина приблизилась, «тюк» оказался человеком, который лежал на дороге почти без одежды. Машина остановилась, и мы вышли. Тело его было большим, а голова очень маленькой; он смотрел сквозь листву на пронзительно синее небо. Мы тоже взглянули вверх, чтобы понять, куда он вглядывается: с дороги небо выглядело по-настоящему синим, а листва – по-настоящему зелёной. Он был недоразвит, и про него говорили, что он был одним из деревенских дурачков. Он так и не сдвинулся с места, и его пришлось очень осторожно объехать на машине. Мимо проходили крикливые дети и нагруженные верблюды – они не уделяли ему ни малейшего внимания. Описав широкий круг, пробежала собака. Попугаи были заняты своей болтовней. Засушливые поля, жители деревни, деревья и жёлтые цветы – все они были поглощены своим собственным существованием. Эта часть мира была малоразвитой, и не было никого, ни одной организации, чтобы позаботиться о таких людях. Тут были открытые сточные канавы, грязь и скученная масса людей, а священная река все несла свои воды вдаль. Безрадостность жизни была всюду, и высоко в синем небе парили тяжелокрылые грифы: они кружили часами, поджидая, высматривая.
Что есть здравый ум и что есть безумие? Кто разумен, а кто нет? Политики – они в здравом уме? А священнослужители – не безумны ли они? Находятся ли в здравом рассудке приверженцы идеологий? Они формируют нас, контролируют нас и помыкают нами, так в здравом ли мы уме?
Что есть здравый ум? Быть целостным, не фрагментированным в своем действии, в жизни, в отношениях любого рода – вот самая суть здравого ума. Быть в здравом уме – значит быть целостным, разумным, святым. Быть безумным, невротичным, неуравновешенным, страдающим шизофренией, психически больным человеком – как бы вы это ни назвали, – означает быть фрагментированным, раздробленным в действии и в динамике отношений, которые и представляют собой существование. Сеять вражду и разобщенность, что является ремеслом политиков, которые вас представляют, вот что значит поощрять и культивировать безумие, и не имеет значения, являются ли они диктаторами или находятся у власти под знаменем мира либо другой идеологии. А священнослужители! Взгляните на мир духовенства. Священники стоят между вами и тем, что они и вы считаете истиной, Спасителем, Богом, раем, адом. Это толкователи, это посредники; у них в руках ключи от рая; они влияют на человека посредством веры, догм и ритуалов; это настоящие пропагандисты. Они подчинили вас, потому что вы хотите утешения и безопасности, и вы страшитесь завтрашнего дня. А деятели искусства и интеллектуалы – разумны ли они? Или они живут в двух разных мирах: в мире идей и воображения, с его навязчивым самовыражением, и в оторванной от него повседневной действительности, с ее печалью и наслаждениями?
Окружающий вас мир раздроблен, так же как и вы сами, и это находит выражение в конфликте, растерянности и страдании. Вы – это мир, и мир – это вы. Быть в здравом уме – значит жить в действии в отсутствие конфликта. Действие и идея находятся в противоречии. Видеть – значит делать, а не порождать идеи и поступать в соответствии с полученными заключениями, что приводит к конфликту. Анализирующий – это анализируемое. Когда анализирующий отделяет себя как нечто отличное от анализируемого, он порождает конфликт, а конфликт – это зона неуравновешенности. Наблюдающий есть наблюдаемое, и в этом заключается здравый ум, целостность, а где святость – там любовь.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.