Джейсон Пинтер – Симулятор убийств (страница 15)
В углу экрана появилась виртуальная карточка контакта с инициалами
Кэсси добавила контакт Эли к своему списку и ответила:
У Кэсси не хватило мужества сказать Дэвиду, что даже если она отыщет Эли, то все равно не сможет изменить того, что уже произошло. Кэсси лучше, чем кто бы то ни было, знала, что если человек жив и здоров, это еще не означает, что с ним все в порядке.
Она открыла виртуальный контакт Эли Миллер и написала имейл.
Кэсси сделала глубокий вдох. Потом прошла в кухню, открыла холодильник и достала бутылку белого вина. Она понятия не имела, сколько та простояла открытая. Вытащив пробку, Кэсси сделала глоток – вкус был как у уксуса, сдобренного сахаром. Она выплюнула вино в раковину и вылила туда же остатки из бутылки. Потом пошарила в ящиках в поисках чего-нибудь – чего угодно, содержащего алкоголь, – и услышала из комнаты короткий сигнал.
Спотыкаясь, она бегом кинулась в комнату и увидела ожидавший ее имейл. От Эллисон Миллер. Всего с двумя буквами:
На мгновение Кэсси задумалась. Плана действий у нее не было. Наконец она напечатала:
Кэсси без колебаний ответила:
Глава 6
Стоило самолету приземлиться в Далласе, как Кэсси по привычке полезла проверять телефон, ожидая от Харриса сообщения
Тогда у нее еще был муж. Была работа. Была надежда. Горе накрыло ее с головой. Она ощущала эту боль день за днем, и сила ее не убывала. То была рана, которой не суждено зарасти, и боль, которая останется с Кэсси до конца ее жизни.
Беспилотное такси подобрало Кэсси у выхода из аэропорта Даллас/Форт-Уорт и повезло на юг по шоссе 35W к пункту назначения: фонду «РИМ», «Размышления и молитвы», продвинутому приюту двадцать первого века для детей-сирот, отказников и бездомных. Вот только Эли в одном из своих имейлов описала «РИМ» как «исправительную колонию с отвратной едой», а значит, название было не совсем точным.
Штаб-квартира «РИМ» находилась в Хиллсборо, на полпути между Далласом и Вако. Перелет обошелся Кэсси в 4000 долларов, и оставшихся денег хватало только на салат (без протеина) и бутылку воды (неочищенной). Она взяла с собой маленькую сумку с одной сменой одежды, туалетными принадлежностями, портативным визором Терры+, зарядкой и… собственно, все. Затянись ее поездка больше чем на сутки, придется покупать еще одежду. Либо дезодорант покрепче.
Машина остановилась, и Кэсси поняла, что Эли проявила чрезмерную снисходительность, назвав «РИМ» «исправительной колонией». Это была настоящая тюрьма.
Фонд «РИМ» представлял собой громадный трехэтажный цементный куб, занимавший большую часть заметенного песком квартала посреди техасской пустыни. Окна были забраны толстыми железными решетками. С полдюжины охранников в бронежилетах, с винтовками толщиной в ее руку патрулировали периметр с крыши. Еще двое вооруженных стражников стояли у входа. Кэсси подумала, не следовало ли и ей надеть бронежилет – чтобы лучше вписываться в обстановку.
Чуть дальше по улице возвышалась тюрьма Хиллсборо, окруженная кирпичной оградой с колючей проволокой, которую тоже патрулировала вооруженная охрана. Если бы не вывеска у входа – «Размышления и молитвы спасают жизни», – Кэсси не отличила бы одно здание от другого.
Она медленно пошла ко входу в «РИМ», держа руки перед собой ладонями вверх.
– Я без оружия, – сказала она. Охранники не ответили.
Кэсси поднялась по бетонным ступеням к входной двери. Охранники по-прежнему игнорировали ее. Она поискала интерком или звонок, но ничего не нашла. Она уже собиралась постучать, но один из охранников вдруг заговорил:
– Не надо.
Кэсси обернулась к нему.
– У меня назначена встреча.
– Ваше имя и имя воспитанника, к которому вы приехали, – сказал охранник.
– Воспитанника? Вы имеете в виду ребенка, которого я хочу проведать?
– Здесь их называют воспитанниками.
– Ладно, – ответил Кэсси. – Я приехала повидать
– Громче! – приказал охранник.
– Я ПРИЕХАЛА ПОВИДАТЬ ВОСПИТАННИЦУ ЭЛЛИСОН МИЛЛЕР!
Охранник зажал ухо пальцем и дважды кивнул.
– Голосовая проверка пройдена. Вы – Кассандра Уэст.
– Да, это я.
– Моя сестра погибла в Инферно, – сказал второй охранник. Хотя его лицо скрывал черный визор, Кэсси была уверена, что взгляд мужчины мечет в нее молнии.
– Мне очень жаль, – ответила она.
– Лучше вам было сгореть вместе с вашим мужем, – отрезал охранник.
Прежде чем она успела ответить, входная дверь распахнулась. Крошечная женщина ростом не больше полутора метров стояла на пороге. Ее седые волосы цвета стали были подстрижены коротким ежиком, а на носу сидели круглые очки с толстыми стеклами, за которыми глаза женщины казались маслинами в бокале с мартини. Однако наибольшее впечатление на Кэсси произвела не ее внешность, а винтовка одних с женщиной размеров, которую та держала в руках. И целилась прямо Кэсси в лоб.
Кэсси приоткрыла рот, но не смогла издать ни звука. Она была уверена, что ее сердце сейчас разорвется. К счастью, женщина опустила оружие. Потом протянула ей малюсенькую ладошку и широко улыбнулась.
– Эммелин Проктер, – представилась она. – Управляющий директор фонда «РИМ».
Она снова ткнула ладошкой в Кэсси, и та, кое-как оправившись от шока, пожала ее. Рукопожатие женщины было мягким. Как у учительницы, а не у пехотинца.
– Простите за такой прием, – сказала Проктер. – Мы в «РИМе» очень серьезно относимся к безопасности. Сами понимаете, наши воспитанники – ценнейший ресурс.