Джейсон Дарк – В объятиях циклопа (страница 49)

- Если бы мы знали свое местонахождение, все было бы просто - нам бы оставалось только двинуться в направлении выхода. А так компас поможет нам хотя бы не ходить по кругу. Ни один из этих ходов не должен быть длиннее четырех-пяти миль. Я думаю, что мы найдем выход, в худшем случае, через два-три часа. Любой заблудившийся в пустыне путешественник или потерпевший кораблекрушение моряк охотно поменялся бы с нами местами.

- Не знаю, что лучше, - бороться с акулой-людоедом или с такой тварью, как мы только что убили, - возразил американец. - Но я согласен с вами - наше положение вовсе не безнадежно.

- Перед тем как мы бросились бежать от нашего друга, мы шли на северо-восток, - вслух рассуждал Джинсон. - Я предлагаю сейчас двинуться в том же направлении.

- Согласен.

С каждым шагом запах падали становился все слабее. Донован временами содрогался от обуревавших его мрачных предчувствий.

- Если вы не слишком измучены, посчитайте шаги, - сказал Джинсон.

- Охотно. Считать громко?

- Нет, лучше про себя. Только говорите мне каждые сто шагов, а еще лучше - каждые пятьсот. А я займусь подземной навигацией. Это напоминает мне игру в шахматы вслепую. Вы умеете играть вслепую? Может, сыграем сейчас?

- Я, к сожалению, даже не представляю, как это делается.

- Но вы знакомы с системой обозначения клеток на шахматной доске?

- Достаточно хорошо, чтобы решать шахматные задачи, которые публикуют воскресные газеты.

- И вы можете себе представить шахматную доску?

- Пожалуй, да. Вы имеете в виду, что вы и ваш партнер должны представить себе, как идет партия?

- Вас это удивляет?

- Чертовски.

- Это даже хорошо, что мы не сможем сейчас играть вслепую. Иначе, боюсь, мы бы увлеклись партией и окончательно потеряли ориентацию. Так что начинайте считать шаги - это сейчас будет нам гораздо полезнее. Может, когда-нибудь вы доставите мне удовольствие сыграть с вами на настоящей доске.

- Буду рад сразиться с вами. Жаль, что я не могу составить вам компанию сейчас.

Некоторое время они шли молча. Лучи фонариков выхватывали из мрака только мокрые кирпичи тоннеля и боковых коридоров. Джинсон выбирал дорогу, стараясь держаться северо-восточного направления.

- Пятьсот, - сказал Пол.

Джинсон вытащил из кармана кусочек мела и сделал отметку на стене.

- Это может нам пригодиться, если придется идти обратно, - пояснил он.

- Если бы я читал роман о нашем приключении, то счел бы совершенно не правдоподобной деталью мел в вашем кармане, - засмеялся Донован, - или это во мне говорит обычное для журналистов недоверие? Нас так часто пытаются оставить в дураках, что мы перестаем верить кому бы то ни было.

- Если бы вам приходилось читать лекции так же часто, как мне, а на лекциях делать пояснительные рисунки, вы бы тоже постоянно таскали кусок мела в кармане.

Донован успел досчитать до трех тысяч, прежде чем они дошли до чего-то примечательного.

- Кажется, впереди виден свет, - сказал Джинсон. - Давайте погасим фонарики.

Они выключили фонарики и подождали, пока глаза привыкнут к темноте. Теперь оба видели впереди едва различимую светлую полоску.

- Я понял, почему свет такой слабый, - заметил Джинсон.

Донован посмотрел на часы.

- Не может быть! Мы ведь не так долго здесь были. Или… Под землей человека часто подводит чувство времени. Который час?

- Уже вечер. Мы торчим в этом лабиринте восемь или девять часов.

- Да, в обычной обстановке желудок давно уже напомнил бы мне, что пора обедать. Но встреча с этой несчастной тварью совершенно отбила аппетит.

Донован прислонился к стене и посмотрел на луч света впереди.

- Это лунный свет, - сказал он наконец.

- Сейчас мы это определим точно.

Джинсон включил фонарик, и Донован увидел, как шевелятся губы ученого, погруженного в какие-то расчеты.

- Точно, - сказал Джинсон, - луна вышла вовремя, а сегодня почти полнолуние.

Они снова пустились в путь. После очередного поворота перед ними предстало море света - оазис белой воды на красном кирпичном побережье.

- Я чувствую запах камыша и травы, - пробормотал Джинсон, - хотя боюсь, что это еще один вентиляционный ход. Но что это? Нет решетки, вернее, части решетки. Великий разрушитель - время - работает на нас! Биолог стоял в центре очерченного лунным светом круга. Он выглядел сейчас, словно актер, увлеченно читающий драматический монолог.

- Может быть, сначала я полезу и попробую выломать остаток решетки? - предложил Пол.

- Неплохая идея, особенно если вам удастся справиться с этим не хуже, чем вы разделались с нашим преследователем-получеловеком.

Джинсон отошел в сторону, и молодой американец взобрался по каменной лестнице к железной решетке.

Пол уперся ногами в стенки шахты и изо всех сил стал выдавливать спиной решетку. Но расшатанные прутья все же не поддавались. Пол пробовал нажимать в разных направлениях. И наконец, когда он всем телом налег на один прут, другой его конец вылетел из гнезда. Пользуясь этим прутом как рычагом, он стал выламывать следующие, и скоро отверстие стало достаточно большим, чтобы через него можно было пролезть.

- Теперь я вылезу наружу, а потом помогу вам, - сказал Донован.

Снизу послышался шаркающий звук.

- Мне очень жаль, но самому мне не добраться до нижней ступеньки. Придется вам спуститься и помочь мне.

- Извините, это моя ошибка. Нужно было сразу об этом подумать.

- Ничего, мой мальчик. Жаль, что я так слаб. Наша охота с преследованием и встреча с этим невероятным существом отобрали у меня слишком много сил.

Пол быстро вернулся в вентиляционную шахту и, подтянув старика так, чтобы тот смог взяться за лестницу, помог ему выбраться наружу.

Впереди в лунном свете виднелось небольшое болото.

- Вумок, - сказал Джинсон уверенно.

Холодок страха пробежал по телу Донована. Что-то в самом названии болота действовало на него удручающе, навевало страх. Острые глаза старого ученого приметили что-то в болотной воде.

- Что это? - спросил он.

На краю болота лежала темная фигура. Джинсон с Донованом бегом бросились к ней. Ужас охватил их, когда Донован перевернул тело вверх лицом.

- Он всегда был таким, - задумчиво проговорил Джинсон. - У него сгорбленная спина, что необычно для нашего времени. Это бедный старый Вальдо, ловец угрей. - Он щелкнул пальцами.

- Так вы его знали?

- Мимолетное знакомство, не более, - объяснил ученый.

Свет фонарика Пола скользнул по телу горбуна.

- Как вы думаете, отчего он, умер?

- Думаю, правильнее было бы спросить, кто его убил, - ответил подавленно Джинсон и присел на корточки рядом с трупом. - Кажется, я знаю ответ на этот вопрос.

В свете фонарика мутно блеснул клинок широкого ножа. Собственно, отражать свет мог только небольшой участок лезвия у самой рукоятки. Все остальное было покрыто бурыми пятнами.

- Возможно, это случайность, - сказал Джинсон сухо и указал на рукоятку кинжала. - Но такие образцы производят здесь с викторианских времен. Жаль старика.

- У меня такое чувство, что он, если бы мог, рассказал бы нам много интересного.

- Теперь у нас появилась точка отсчета, - сказал Джинсон, осветив лоб горбуна, на котором виднелось яркое красное пятно. - Это не кровь.

- А что же? - поразился Пол. Он тоже стал внимательно рассматривать пятно. Джинсон прервал молчание.

- Возможно, это знак благодарности, - сказал он тихо.