Джейн Рэйб – Предвестие вихря (страница 5)

Из пасти Сабл стекала кислота, скапливаясь в пузырящуюся лужицу между лапами. Она, не мигая, смотрела на Малистрикс глазами, сверкающими, как две капли масла, такими темными, что трудно было различить зрачок и радужную оболочку. Узкую голову черной драконицы, похожую на лошадиную, украшали толстые глянцевые рожки, вытянутые вперед.

Берилл заболтала Сабл рассказами о том, как она взяла верх над эльфами, но та проявляла интерес лишь из приличия. Все ее внимание было обращено на Малис.

Келлендрос занял место между Берилл и небольшим красным драконом, помощником Малистрикс, Ферно. Красная драконица была единственной, кто превосходил его размерами, поэтому Шторм над Ансалоном в целях предосторожности склонял голову. Он также не поднимал с земли израненную лапу, желая избежать вопросов. Келлендрос кивнул Малис, которая была всеми признанной супругой Геллидуса и открыто пользовалась его расположением. Но как бы то ни было, продолжительные взгляды, которыми Красная Убийца награждала Фроста, наводили на мысль, что ее симпатии изменились. Малистрикс кивнула в ответ.

– Теперь можно начинать, – сказала она, и се голос эхом разнесся по безлюдной местности, вплоть до Горы Малис. – Мы самые могущественные драконы, никто не осмелится выступить против нас.

– Мы разобьем любых врагов, – прошипела Берилл. – Мы властвуем над этим миром и над теми, кто в нем живет.

– Никто не осмелится нам противостоять, – сказала Сабл и чиркнула когтем по лужице шипящей и пенящейся кислоты. – Никто не осмелится, потому что никто не может.

– И те немногие, кто попытается, – добавил Фрост, – сразу же встретят свою смерть.

Келлендрос молчал, слушая хвастовство других владык и наблюдая за изнывающим от жары Геллидусом.

– И все же наша сила – это еще не все, – прервала белого дракона Малис. Она вытянула шею и теперь возвышалась над остальными, а те слушали ее речь, широко раскрыв глаза. – Наша сила – ничто в сравнении с тем, что будет, когда вернется Такхизис.

– Да. Такхизис возвращается! – воскликнул Фрост.

– Но когда же? – спросила Сабл.

– Еще до конца года, – ответила Малис. Она немного опустила голову, стараясь заставить Келлендроса склонить свою еще ниже.

– А как ты об этом узнала? – В голосе Берилл чувствовалась издевка. – Что за великие знания поведали тебе Боги?

Малистрикс расплылась в улыбке. Ферно распрямился и встал наготове, глядя в упор на зеленую драконицу, посмевшую задавать подобные вопросы.

– Малис знает, что говорит, – поддержал супругу Фрост. – Малис рассказала нам еще до Войны Драконов, как достигнуть могущества. Малис разделила земли Кринна между нами. Именно благодаря ей мы стали повелителями. Именно Малистрикс, никто другой, должна была узнать о возвращении Такхизис.

Берилл покачала головой.

– Я стала владыкой благодаря собственным стараниям и своей силе. Малистрикс, что за силой ты обладаешь, которой нет у меня? Что за сила помогла тебе узнать о возвращении Такхизис?

Малис некоторое время оценивающее смотрела на Бериллинтранокс и промурлыкала:

– Возможно, перерождение было бы наилучшим объяснением.

Келлендрос не нарушал молчания, заметив, что Фрост и Ферно приблизились к красной драконице и что Сабл смотрит на Берилл как-то настороженно.

– Перерождение? – прошипела зеленая драконица.

Язычки пламени вспыхнули у ноздрей Малис.

– На Кринне появится новая Такхизис, Бериллинтранокс. Ею стану я.

– Это богохульство! – вскрикнула Берилл.

– Нет богохульства, если нет Богов, – резко оборвала ее Малистрикс.

Зеленая Угроза выгнула спину:

– Если нет Богов, то мы никому не станем поклоняться, никому не будем служить. Мы – повелители Кринна, Лишь Боги достойны нашего уважения. А ты, Малистрикс, не Богиня.

– Твои Боги покинули этот мир. Даже Такхизис. – Воздух становился все жарче, пламя из ноздрей Малис вырывалось чаще. – Как ты сказала, Берилл, теперь повелители – мы. Мы самые могущественные существа на Кринне, а я – первая среди нас.

– Ты сильна, я признаю это. В одиночку никто из нас не выступит против тебя, но ты не Богиня.

– Я еще не Богиня.

– И никогда ею не будешь.

– Нет, Берилл?

Сабл придвинулась к Фросту, разрывая круг. Образовалась линия драконов во главе с Малис и Ферно, все смотрели на Берилл. Она же, в свою очередь, искоса поглядывала на Келлендроса.

«Берилл хочет знать, на чьей стороне окажусь я, – размышлял он. – Она признает за мной силу и ждет поддержки, Малис тоже ждет. Красная Убийца отвела это время специально, чтобы привлечь меня в союзники вместе с Геллидусом и Онисаблет. Она намного умнее и расчетливее, чем я мог предположить. Если другие будут в союзе с Малис, Берилл вряд ли посмеет напасть на нее».

Келлендрос бросил долгий многозначительный взгляд на Бериллинтранокс и присоединился к линии, оттолкнув Ферно и заняв его место.

– Еще до конца этого года я стану Богиней, – прошипела Малис Зеленой Угрозе. – Я вознесусь к небесам, и мои союзники будут тому свидетелями. На чьей стороне ты?

Берилл скребла когтями землю, глядя, как иссушенная солнцем корка покрывается новыми трещинами, затем повернула голову и посмотрела Красной Убийце прямо в глаза.

– Я на твоей стороне, – словно через силу, сказала Бериллинтранокс.

– Тогда живи, – ответила ей Малистрикс.

Глава 3

Владения Темноты

– Раньше здесь были деревни.

Риг уселся на прогнившее бревно и стал яростно отмахиваться от комаров, роившихся у его блестящего от пота лица.

– Откуда ты знаешь? – спросил Джаспер.

– Несколько лет назад мы с Шаон останавливались здесь на пару дней. – Мореход задумчиво улыбнулся своим воспоминаниям и указал в сторону, где располагалось поселение. – Когда-то здесь, на берегах реки Торант, был город. Смешно, но я не помню, как он назывался. В нем жил простой работящий народ. Люди были гостеприимными, пища – горячей и вкусной, а все необходимое стоило дешево. – Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул. – Мы с Шаон один из вечеров провели в доках, они находились там, где сейчас растет кипарис. Там был один старик; пришел, наверное, к владельцу баржи. Мы проговорили всю ночь и встретили рассвет. Он поделился бутылочкой эля «Каменная роза». Ничего подобного прежде не пробовал. Может, уже никогда и не попробую.

Риг нахмурился, осматривая то, что осталось от города. Тут и там валялись обломки деревянных строений, едва заметные в разросшихся кустарниках и густой траве. За смоковницей виднелась вывеска, буквы на ней давно выцвели, и прочитать можно было лишь «… вареные устрицы…».

Болото Онисаблет поглотило город, как и все далеко вокруг, насколько хватало глаз. То, что раньше являлось частью Нового моря, теперь превратилось в топь, распространявшуюся далеко на север. Растения в воде росли так густо, что поверхность напоминала лужайку. Иногда невозможно было понять, где заканчивается земля и где начинается вода.

Несколько дней назад, перелетев через судоходную часть Нового моря, Сильвара и Восход Солнца оставили путешественников на берегу Новой Топи. Хотя перелет на драконах нельзя было назвать приятной прогулкой, мореход все же надеялся, что их высадят где-нибудь подальше. Но серебряная драконица и золотой дракон не желали вторгаться во владения Сабл и улетели, чтобы забрать Гилтанаса и Алина в Башню Вайрет. Риг надеялся, что уж два-то мага сделают все возможное, чтобы обнаружить местонахождение Дамона.

– Я есть хочу.

Джаспер сел рядом с мореходом и аккуратно поставил у ног кожаный мешок. В нем лежал Кулак Э’ли, который гном вызвался охранять. Риг тяжело дышал и также был голоден. Похлопав по животу и улыбнувшись капитану, Джаспер стал отгонять черного жука размером с палец, который так и норовил подлететь поближе. Гном показал коротким пальцем на просвет между деревьями:

– Скоро уже обед.

– Да скоро уже набьешь свой желудок, – сказал Риг. – Ферил не должна уйти далеко. Я надеюсь, на этот раз она вернется не с жирной ящерицей. Терпеть не могу мясо ящериц.

Гном хмыкнул и снова похлопал себя по животу:

– С ней пошли Ворчун и Дикий. Может, волк выследит свинью. Ворчун любит жареную свинину. Я тоже.

– Не будьте таким привередливыми. Риг Мер-Крел и Хозяин Кузницы, – наставительно сказала Фиона. – Вы должны быть благодарны за любое свежее мясо. – Соламнийский Рыцарь сосредоточенно осматривала развалины. Она разгребла большие пупырчатые листья, нашла полусгнивший стул и покачала головой, потом обнаружила заплесневелую куклу, подняла ее, посмотрела на пустые глазные отверстия и бережно положила игрушку на землю.

Лицо и руки Фионы блестели от пота, рыжие локоны прилипли ко лбу. Она собрала волосы в высокую прическу и, чтобы они не рассыпались, заколола гребнем из слоновой кости, взятым у Аши, сняла наручи и поножи. Теперь они лежали, позвякивая, в холщовом мешке, который висел у Фионы за спиной. Несмотря на то, что они были достаточно тяжелыми и объемистыми, девушка ни за что не соглашалась их оставить и не желала покоряться жаре – на ее груди оставался серебряный нагрудник с эмблемой Рыцаря Короны.

– И потом, ящерица намного питательней того, что мы едим каждый день, – заметила соламнийка. – Нам нужно беречь силы.

– Насколько я помню, то, что мы едим каждый день, повкуснее будет, – проворчал Риг себе под нос. – Лучше меньше, да лучше. Ящерица. Фу.