Джейн Линдскольд – Войны древесных котов (страница 56)

И даже когда он зарычал, даже когда он почувствовал страх Погибели Клыкастой Смерти — за её родителей, а не за себя — он почувствовал внезапный всплеск новых опасений, возникших в её мыслесвете. Опасений со знакомым привкусом, даже если он никогда раньше не чувствовал его так сильно. Она боялась за него, и не только из-за того, что он мог снова получить травму, как это было, когда они вместе столкнулись с клыкастой смертью. По-своему этот страх был даже острее, чем страх, который она тогда чувствовала, потому что он был более сфокусированным, более выстраданным, и он ещё яростнее зашипел, когда понял, что это было.

"Я не хочу понимать это!" промелькнуло у него в голове. "Они хотят нам зла — они хотят ей зла — и заслуживают того, что с ним случится!".

Но даже возмущаясь, он знал, что она права. Это не была клыкастая смерть, лишённая разума. Это были двуногие, и он не мог убить их, как он убил бы клыкастую смерть или снежного охотника. Только если не было другого выбора.

"Вероятно, не мог", подумал он мрачно. Но если они не оставили ему выбора...

* * *

Всё, что случилось позже, в памяти Стефани было размыто.

Она почувствовала, как Львиное Сердце нырнул с её плеча на ветви ближайшего дерева. Она почувствовала, как отец схватил её мать, толкнул за себя и потянулся к самой Стефани. Но она нырнула под его руку, потому что одна из размытых фигур, выходящих из куста, держала в правой руке какое-то оружие, и Стефани кинулась к нему.

Он был на треть выше неё, и несомненно, весил вдвое больше, но в тот момент она об этом не думала. Она схватила его за запястье, дернула его изо всей своей силы вверх и ударила его по правому колену так сильно, как могла.

Стефани Харрингтон никогда не была высокой женщиной, но она была джинни, генетически сконструированная, чтобы жить в гравитации, на тридцать процентов большей, чем в родном мире человечества, и она была напугана до смерти. Комбинация её усиленных мускулов и этого выброса чистого адреналина имела печальные последствия для главного нападавшего, и он закричал от боли, когда его коленная чашечка разбилась.

Что-то прошипело мимо уха Стефани, и парализующий дротик вонзился в кору дерева. Она повернулась, а раненый грабитель выпустил парализующий пистолет. Он с грохотом упал на землю, и она услышала высокий, фальцетом, визг второго нападавшего.

* * *

Лазающий Быстро узнал этот звук. Он слышал его раньше, когда Говорящий Ложно столкнулся с молодой клыкастой смертью возле гнездовья клана Яркой Воды. Это был один из видов оружия двуногих, но не тот, который убивал мгновенно, и он увидел ещё одно такое в руке второго атакующего двуногого.

Он бросился со своей ветки дерева, когда двуногий Погибели Клыкастой Смерти упал, завывая и хватаясь за раненую конечность. Он пролетел над головой Погибели Клыкастой Смерти и ударил руку второго двуногого обеими парами рук и ног и оставшейся настоящей рукой, и его когти вошли глубоко.

Его жертва взвыла, отчаянно размахивая правой рукой, когда демон с когтями, как ножи, рвал его. Бандит понятия не имел, как ему повезло: как легко Лазающий Быстро мог полностью порвать всё его предплечье. Фактически он подумал, что именно это делал древесный кот, и отбросил парализующий пистолет, ударив левой рукой по шипящему кремово-серому монстру.

Настоящие ноги Лазающего Быстро впились в другую руку двуногого, и он снова зашипел — на этот раз от яростного удовлетворения — когда злодей закричал от новой боли. Он предпочёл бы потратить немного больше времени, имея дело с кем-то, угрожавшим его двуногой, но их было больше за первыми двумя, и он бросил свою первую жертву, чтобы ударить второго нападавшего в грудь.

* * *

Стефани выпустила запястье первого бандита, чтобы броситься за Львиным Сердцем. Это было ошибкой.

Несмотря на боль в сломанной коленной чашечке, бандит сумел поднять руку и схватить её за лодыжку, когда она пробегала мимо. Она упала вперед, едва успев выставить руки, прежде чем приземлиться.

— Стефани!

Она никогда не слышала, чтобы Карл так кричал, но сейчас у неё не было времени останавливаться на этом. Вместо этого она повернулась в сторону, и её свободная нога ударила в подбородок нападавшего. Это было не так чисто и мощно, как удар, сломавший ему коленную чашечку, но этого было более чем достаточно, чтобы заставить его отпустить её лодыжку.

Она откатилась от него, вскочила на ноги, но прежде чем она смогла подняться, Карл шагнул мимо неё. Она не могла видеть точно, что произошло дальше, но что бы это ни было, это не заняло много времени. Она услышала резкий, мощный удар, напряжённый крик, судорожные вздохи, вероятно, от боли, и поверх всего этого странный голос, кричащий:

— Уберите это! Уберите это !

А затем внезапно всё кончилось.

Тот, которого она пнула, свернулся в узел, одной рукой прижимая сломанную коленную чашечку, а другой пытаясь успокоить также сломанную челюсть. Первый из тех, кого ударил Львиное Сердце, стоял на коленях, прижимая свои кровоточащие руки и предплечья к груди. Тот, кто кричал "Уберите это!" прижался к стволу дерева, его китель и рубашка были разорваны, из по крайней мере дюжины мелких порезов на груди сочилась кровь, в то время как Львиное Сердце, присев перед ним, хлестал хвостом по бокам и шипел. По выражению лица бандита было очевидно, что ему совершенно неинтересно бросать вызов явной ярости древесного кота второй раз.

А ещё был Карл, и глаза Стефани расширились, когда она увидела, что один мужчина лежал без сознания, а другой опустился на одно колено, резко наклонившись вперёд и, очевидно, пытаясь не кричать от боли, в то время как Карл вывернул его руку, заведя её достаточно высоко, чтобы прижать его запястье к его шее.

— Ты в порядке, Стеф? — спросил Карл, и она кивнула.

— Д...да, — сказала она и густо покраснела, услышав дрожь в своем голосе. Затем она повернулась. — Мама! Папа!

— Мы в порядке, Стеф! — Голос Ричарда тоже дрожал, но он сумел улыбнуться, обнимая её мать. — У нас всё в порядке. Спасибо тебе, Львиному Сердцу и Карлу. — Он склонил голову, глядя на молодого человека. — Это было очень, э... эффектно с твоей стороны, Карл, — сказал он.

— Мой отец всегда говорил, как важно знать, как защитить себя, доктор Ричард, — ответил Карл со слабой улыбкой. — Он очень серьёзно учил меня, как это делать. — Он пожал плечами. — Я заработал черный пояс три стандартных года назад. Никогда не знаешь, когда это понадобится.

Он ещё раз улыбнулся Ричарду, но его внимание было сосредоточено на Стефани.

— У тебя течёт кровь, Стеф, — сказал он немного хрипло, и Стефани посмотрела вниз и увидела кровь на своём колене через брюки, порванные, когда первый бандит уронил её.

— Только поцарапанное колено, Карл, — сказала она быстро.

— Хорошо. В таком случае...

— Охрана! — рявкнул голос, и луч мощной переносной лампы осветил потрёпанную группу. — Всем оставаться на местах, пока мы во всём не разберемся!

* * *

— Стефани, мне так жаль, что это случилось! — Гвендолин Эдер покачала головой, выражение её лица было более обеспокоенным, чем Стефани когда-либо могла вообразить. — Я не могу представить, как им вообще удалось попасть на территорию!

— Очевидно тот, кто нанял их, взломал наши протоколы безопасности, мэм, — сокрушенно сказал старший охранник. — Во всяком случае, полиция говорит, что они были загружены в их унилинки.

— Но почему? — спросила Марджори Харрингтон. — Я имею в виду, я уверена, что члены клуба вашего кузена достаточно богаты, чтобы их стоило ограбить, миз Эдер. Но зачем взламывать вашу систему безопасности и вместо того, чтобы грабить их, набрасываться на нас?

— Боюсь, я могу ответить и на этот вопрос, доктор Харрингтон, — неохотно сказал охранник. — Полиция нашла в кустах переноску для животных. Полагаю, они хотели парализовать всех, включая Львиное Сердце, а затем засунуть его в переноску.

— Они хотели похитить Львиное Сердце?! — спросила Стефани.

— Мы ещё не знаем этого, Стефани, — ответила Гвендолин. — Действительно кажется, что это имеет смысл, но я пока не стала бы делать поспешных выводов.

Стефани смотрела на неё, чувствуя, как в ней всё ещё сгорает избыток адреналина. "Пройдёт немного времени, прежде чем я начну трястись", подумала она, но что-то в Гвендолин её беспокоило. Какой-то проблеск беспокойства, как будто что-то не так. Это было почти как...

"Конечно, что-то не так, дура!" сказала она себе. "Кто-то только что пытался напасть на нас и похитить Львиное Сердце!".

При этой мысли она мысленно фыркнула. Она была почти уверена, что всё ещё ощущает отголоски эмоций Львиного Сердца вместе со своими собственными, что, вероятно, помогало объяснить, по крайней мере, некоторую напряжённость её нервов. И как бы то ни было, Гвендолин Эдер не была похожа на Теннесси Больгео, неважно, насколько были измотаны её нервы в данный момент! Кроме того...

— Я совершенно уверен, что они сочли бы это кражей, а не похищением, миз Харрингтон, — сказал другой голос, и она повернулась и обнаружила, что смотрит на мужчину, который был похож на постаревшую Гвендолин, так что она сразу поняла, что это, должно быть, граф Лощины Эдер. Теперь он качал головой с сожалением на лице в ярком свете от сотрудников его службы безопасности и полиции, выстроившихся вокруг места преступления.