Джейн Корри – Я сделала ошибку (страница 62)
– В любом случае как это поможет моей свекрови? – раздраженно спрашиваю я. – Дело уже рассмотрено. Кроме того, как выразилось обвинение, Мэтью, может, и был шантажистом, но это не оправдывает Бетти в его убийстве.
– Понимаю. Я очень сочувствую.
Дженнифер опускает голову. Мне хочется плакать. Когда она сообщила, что у нее есть информация, которая может помочь Бетти, я на минуту почувствовала надежду.
– Могу я сказать Дорис, что ты ее прощаешь? – спрашивает Дженнифер. – Она знает, что вела себя глупо, и очень жалеет об этом.
Я сглатываю комок в горле. У меня дурное предчувствие. Беспокойство, что Дорис подаст на нас в суд, в свое время довело меня почти до безумия. Но кто я такая, чтобы осуждать других?
– Да, – киваю я.
– Тогда она может вернуться в твое агентство? Ей не нравится у Шэрон.
Я отодвигаю стул.
– Нет. Извини, но нет. Вряд ли мы сработаемся.
– Почему?
Мне что, обязательно нужно объяснять по буквам?
– Как я могу иметь дело с клиенткой, которая будет постоянным напоминанием о мужчине, который спал с нами обеими и шантажировал нас?
– Ясно. – Дженнифер встает. – Тогда, боюсь, тебе придется расторгнуть контракт и со мной тоже.
– Что?
Теперь она смотрит мне в лицо.
– Видишь ли, Мэтью взял и у меня номер телефона на вечеринке. Конечно, я была польщена. Не каждый мужчина взглянет на такую толстушку, как я, но он сказал, что восхищается моими формами.
Дженнифер багровеет, как свекла.
– Мы переспали через неделю. Мэтью сказал, что я хороша в постели. Потом спросил, не могу ли я одолжить ему две тысячи фунтов. Объяснил, что у него неприятности из-за долга, и пообещал вернуть, когда мы увидимся на следующей неделе. Я была взволнована тем, что он хотел новой встречи со мной, и дала ему деньги. А затем… – Она начинает всхлипывать.
Я не могу сдержаться – тянусь через стол и беру ее за руку.
– Мэтью не появился в ресторане, где мы договорились встретиться. Он не отвечал на мои звонки и сообщения.
– Вот же ублюдок, – бормочу я.
– Я знаю. – Голос Дженнифер срывается. – Сейчас я жалею, что не дала показания на суде. Но мне было стыдно.
Интересно, сколько других потенциальных свидетельниц не смогли выступить по той же причине?
– Как я уже сказала, я не думаю, что это что-нибудь изменит, но все равно позвоню адвокату.
Когда я разговариваю с адвокатом, то выясняю, что я права. Было бы крайне необычно, если бы последующие свидетельства «плохого характера» жертвы отменили обвинительный приговор за убийство.
– Это доказывает лишь то, каким подонком на самом деле был Мэтью Гордон, – заметила она.
За время процесса мы с ней стали почти приятельницами. Я не чувствовала, что она осуждает меня за мой роман. Люди, сказала она мне, способны на что угодно в состоянии стресса.
Но через два дня после того, как мы обсудили с ней откровения Дженнифер, адвокат позвонила мне сама. В ее голосе звучала надежда. Почти восторг.
– Поппи! Ситуация развивается! Появился еще один свидетель. Вы не поверите.
Прямо сейчас я бы поверила почти во что угодно, если бы это помогло Бетти.
– Давайте попробуем.
Я слышу, как она глубоко вздыхает.
– Оказывается, в момент гибели Гордона на платформе находился японский турист. И он увидел кое-что, о чем вам нужно знать.
Глава 38
Бетти
– Вы осознаете то, что я сейчас сказала о новых свидетельских показаниях, Бетти? – спрашивает адвокат. Она сидит напротив меня в комнате для свиданий, между нами стол, похожий на офисный. На окнах решетки, на стене плакат: «Обмен предметами любого типа без официального разрешения является уголовным преступлением». Я поворачиваюсь к адвокату. Пытаюсь слушать, но в голове у меня ужасная путаница.
– Бетти, – снова произносит адвокат. – Я спросила, понимаете ли вы то, что я вам сказала?
Я стараюсь сосредоточиться. Поппи и мой сын сидят рядом в углу помещения на металлических стульях. Между ними ощутимая холодность. Мне больно, когда их руки обнимают меня. Я хочу, чтобы они тоже обнялись.
– Не совсем, – бормочу я.
– Японский турист на платформе станции метро Ватерлоо снимал фильм о своем отпуске, – поясняет сын в своей обычной размеренной манере. Он всегда так говорил, даже когда был маленьким мальчиком. – И он заснял на камеру ссору между тобой и… тем человеком.
Стюарт не может произнести имя Мэтью. Неудивительно. Джоку тоже было трудно произнести имя Гэри.
Адвокат берет дело в свои руки.
– Мистер Такано не знал, что кого-то обвинили в убийстве. Оказалось, его зять смотрел это видео спустя какое-то время после возвращения тестя в Японию, но все понял, только когда прочитал о судебном процессе в интернете после вердикта. Затем он связался с британской полицией. Фильм явно доказывает, что вы отошли от Мэтью Гордона, который продолжал держать пакет под мышкой. Потом он споткнулся и упал на рельсы.
Она делает паузу.
– Из видео совершенно ясно, что вы его не сталкивали. Мэтью Гордон сам виноват в своей смерти.
Глава 39
Поппи
Бывают моменты, когда мне хочется, чтобы Стюарт выгнал меня. Несколько раз я сама чуть не ушла. Его молчание в ответ на мои фразы и нежелание смотреть мне в глаза невыносимы. Но я не могу бросить девочек, хотя они тоже не сказали мне почти ни слова после суда. Еще мне очень нужно поговорить с Салли кое о чем действительно важном. Но с этим придется подождать.
Мой – наш – главный приоритет: вытащить мою свекровь из тюрьмы.
Адвокат объяснила, что есть два возможных способа использовать это явное доказательство того, что Бетти невиновна. Можно потребовать пересмотр дела, что является долгой и сложной процедурой и может означать, что Бетти останется в тюрьме еще на несколько месяцев, а вполне вероятно, и лет, пока бумаги будут двигаться по разным инстанциям. Или же добиться апелляционного слушания, на котором вердикт могут отменить.
Три недели спустя адвокат вызывает нас на очередную встречу.
– Повторное рассмотрение или апелляция, как правило, имеют место только в том случае, если вновь открывшиеся обстоятельства опровергают доказательства обвинения, – объясняет она. – Они, по сути, признали это. Поэтому мы подаем заявление, чтобы Бетти освободили как можно скорее.
– Это потрясающая новость! – восклицает Стюарт. На мгновение мне кажется, что он хочет обнять меня. Нет, конечно, нет.
Вместо объятий мы обмениваемся взглядами облегчения, которые на несколько секунд объединяют нас. А потом все снова возвращается на круги своя. Холодная отстраненность. Отдельные спальни. Небрежное «спокойной ночи». Дистанция в течение дня, даже если мы находимся в одной комнате.
Сколько еще это может продолжаться?
Глава 40
Бетти
На видео – правда. В том числе и такие подробности, которые я хотела бы забыть. Я не могла никому рассказать об этом после происшествия. Все было слишком ужасно. Если бы я заговорила, то признала бы это реальностью.
Но потом мне посоветовали изложить историю моей жизни на наших тюремных занятиях по литературному творчеству. Я сделала это в форме писем к тебе, Поппи, потому что так казалось более естественным.
И тут все выплеснулось наружу! Странно, что эти слова могут появляться на бумаге будто помимо моей воли. Даже если они не совсем совпадают с теми, которые я произнесла под присягой в суде. Тогда я волновалась и забыла кое-что добавить. Я сказала другие слова, они были не совсем точны. Опустила детали, которые помогли бы моему делу, хотя присяжные все равно могли мне не поверить. Но при написании этого письма спешить некуда.