Джейн Корри – Кровные сестры (страница 68)
– Через минуту приведут Элисон, – заговорила Сара. – Мы хотели бы пообщаться с помощью нового интерфейса, если ты не возражаешь.
Только тут Китти заметила на столе коварный прибор. Как он сюда попал?
– Больница любезно согласилась одолжить его на день. – Сара подалась вперед. – Мне говорили, в прошлый раз ты расстроилась, но мы очень просим тебя попробовать еще раз.
Китти похолодела – тело словно превратилось в большую глыбу льда.
– Я не хочу… – начала она.
Открылась дверь, и вошла очень высокая женщина с жидкими светлыми волосами и в мешковатых синих штанах. Она смотрела себе под ноги и подняла глаза лишь на секунду, кивнув Пятничной Мамаше и Китти, после чего снова уставилась в пол.
Китти пришла в ужас. Неужели это и есть Полусестра Эли, та красивая женщина, которую она видела в суде?
Сейчас она выглядела подавленной. И старой.
Отчего-то Китти вспомнился дом инвалидов, где Маргарет, смеша ее, порой отпускала бранное словцо. Это воспоминание, как крючком, подцепило и вытащило новое: давным-давно первого апреля Эли помогла разыграть человека с дряблым лицом, который называет себя папой Китти: они спрятали ключи от машины. Идея принадлежала Китти, но, к ее удивлению, Эли согласилась. Китти веселилась, предвкушая потеху, а когда мама их отругала, свалила все на Эли.
Ванесса громко закричала.
– Только не сейчас, – устало пробормотала Пятничная Мамаша, но Полусестра протянула руки к свертку. – Можно? – спросила Мамаша у Сары.
– Хотите подержать племянницу, Элисон?
Та кивнула.
– Только осторожнее, – шепотом попросила Пятничная Мамаша.
Все смотрели, как Эли мягко баюкает Ванессу. Малышка смотрела на Полусестру, не отводя глазенок, и затихла.
– Я бы хотела иметь своего ребенка, – пробормотала Эли.
Китти снова почувствовала, будто внутри нее кто-то дернул скрипичную струну, но на этот раз получившийся звук был приятным.
– Ты лучше отдай ее пока, – нервно сказала Пятничная Мамаша. Может, боится, что Полусестра уронит Ванессу, как Китти на днях? Хорошо, что тогда Мамаша успела ее подхватить.
– Китти! Твоя мама сказала, что в прошлый раз перед прибором ты разволновалась. Я бы хотела, чтобы ты рассказала отчего.
Сара нажала кнопку, и на экране появилась фотография Дряблой Физиономии с маленькой девочкой на руках.
– Это ты с папой, – подсказала Пятничная Мамаша. – На пляже. Ты тут еще совсем маленькая, помнишь?
Китти застучала по креслу.
– Нет. Нет, – залопотала она.
– Нет. Нет, – повторила машина.
– А ты помнишь, почему человек на фотографии тебя раздражает? – спросила Сара.
Китти начала кричать. Машина издала ужасный звук.
– Может, не надо? – неуверенно начала Пятничная Мамаша.
Полусестра нагнулась к Китти и тронула за руку. Ее лицо было добрым и взволнованным, как у… настоящей сестры.
– Китти, что произошло? Расскажи нам.
Ничего не говори, приказала себе Китти. Молчи! Но прибор не слушался.
– Он сказал мне. О твоем отце.
– Что сказал? – спросила молчавшая до сих пор Лили.
В комнате послышались странные звуки – это тихо хлюпала носом Пятничная Мамаша. Она плакала. Через секунду металлический голос ответил:
– Папа злился. Рассказал, что отец Эли не умер. В тюрьме. Убийца. Велел, чтобы я сказала Эли.
У Пятничной Мамаши вырвался крик:
– Да как он мог! Я заставила его поклясться, что он сохранит это в тайне!
– А ты сказала Элисон? – спросила Сара.
Китти кивнула.
– Нет, – ответила машина. – Ванессе. А она захотела сказать Эли. Я не могла позволить.
В комнате стало оглушительно тихо.
– И толкнула ее.
– Кого, Китти? Кого ты толкнула?
– Ванессу. Я толкнула Ванессу.
Глава 76
Китти
Китти знала Ванессу всю жизнь. Они вместе росли, а главное, были ровесницами. Эли слишком старая для сестры, она скорее годится в тетки (у Ванессы была тетушка). Ей позволялось то, чего не разрешали Китти (например, позже ложиться спать). А подрастая, Китти начала понимать, что Эли еще и умнее ее. Это было нестерпимо.
С Ванессой было весело. Родители отпускали ее одну куда угодно. Она и Китти учила «постоять за себя». В школе Ванесса сразу стала популярной, но по-прежнему выделяла Китти, называя ее лучшей подругой. От этого Китти чувствовала себя особенной. Когда у Ванессы ненадолго появлялась новая подружка, Китти начинала бояться, что та ее бросит.
Однажды вечером, когда Китти осталась ночевать у Ванессы, они смотрели фильм о двух девочках-соседках, одна из которых порезала руку перочинным ножом и заставила другую сделать то же самое. После этого они соприкоснулись порезами. «Отныне мы кровные сестры, – торжественно сказали они. – И всегда будем защищать друг друга».
Ванесса пришла в восторг и предложила Китти сделать так же.
Китти испугалась, но не отказалась из опасения, что Ванесса перестанет с ней дружить.
– Куда ты? – спросила приглашенная нянька (родителей Ванессы в тот вечер не было дома).
– Попить, – быстро сказала Ванесса. – Китти, пойдешь со мной?
В ящике стола она нашла кухонные ножницы.
– Давай быстрее, – велела она. – В руку, до крови.
– Я не могу…
Взгляд Ванессы стал ледяным.
– Хорошо, тогда я попрошу Вэнди.
Только не это! Вэнди была одной из одноклассниц. И без того скверно, что на днях Ванесса приглашала к себе в гости с ночевкой ее, а не Китти.
Царапина оказалась совсем маленькой, но болезненной.
Ванесса тоже ткнула ножницами себе в руку и даже не вскрикнула.
– Теперь нужно смешать кровь, – сказала она.
– Вы что творите?
В кухню вошла нянька.
– Господи! Сейчас же положи ножницы. Зачем вы порезались? Признавайтесь, кто это придумал?
Ванесса показала на Китти: