Джейн Фэйзер – Бархат (страница 17)

Он не привык, чтобы к нему неожиданно вламывались, отрывая от дел. Но такая сила заставляла его раз за разом подчиняться Габриэль де Бокер? У него была куча дел, и он действительно не мог плясать под дудку какой-то женщины, так бесцеремонно ворвавшейся в его жизнь.

– О Господи, – произнесла Габриэль, вздохнув. – Так ты жалеешь, что пригласил меня?

– Я не приглашал тебя, – буркнул он в ответ. – Ты сама себя пригласила.

– Но ты же согласился. – Она осторожно прикрыла дверь за собой и подошла к лорду. – Возможно, мне следует напомнить тебе, почему ты согласился. Мы ведь спешили этим утром. А гостиница не самое подходящее место для неторопливого пробуждения. – Улыбаясь, она пальцем провела по его губам. – Хотела бы я знать, что меня так привлекает в вас, лорд Прайд? Ведь у вас самый скверный характер из всех, кого я знаю. А уж когда вы хмуритесь, то теряете всю вашу привлекательность. И выглядите угрюмым и злым.

Натаниэль обхватил пальцами ее хрупкое запястье. Он чувствовал, как бьется ее пульс.

– А вы, оказывается, любите говорить горькую правду, мадам?

– Временами всем не мешает слышать о себе правду, – заявила Габриэль, поддразнивая его.

– Хм, придется мне принять и это. Вы бесстыжая нахалка, Габриэль де Бокер, и я не знаю, какой черт в меня вселился с тех пор, как я вас встретил.

Она склонила голову набок, внимательно глядя на него:

– Мне кажется, имя этому черту – страсть.

Натаниэль сдался. Его рот скривился под ее пальцем. Так или иначе, Габриэль удалось обойти его. Похоже, она не боялась, что он дойдет до предела… похоже, ей хотелось найти его, этот предел. Это было нужно для них обоих – прочел Натаниэль, в ее черных глазах. Она была не из тех женщин, которые удовлетворяются обычными вещами. Габриэль всегда надо было покорять новую вершину, нырять в другую реку, брать еще более высокое препятствие.

Опасная женщина: страсть к опасности у нее в крови. Но в то же время она была самой пленительной женщиной из всех, кого он знал. Прайд не хотел больше противиться ей.

Натаниэль отвел руки Габриэль назад и сжал ее запястья одной рукой. Ее смех звучал возле его губ, его дыхание мешалось с ее дыханием, она слегка прикусила его верхнюю губу. Кровь забурлила в его жилах, застучала в висках, желание обожгло его. Отпустив ее руки, Прайд обхватил ягодицы Габриэль, прижал ее к своим чреслам и так стиснул ее тонкую фигуру, что испугался, не причинил ли он ей боль.

– О Господи, – прошептал он, переводя дыхание. Прайд приподнял голову, все еще прижимая девушку к себе:

– Я себя чувствую, как моряк, который год не видел женщин!

– А я себя чувствую, как портовая шлюха, – проговорила она, криво усмехаясь. – Всем правит лишь зло, разум молчит… одно желание и полное отсутствие мыслей.

Раздался стук в дверь. Натаниэль отпустил графиню и отскочил в сторону. Габриэль стала рассматривать книги в шкафу. Лорд крикнул, чтобы стучавший вошел.

– Лорд Прайд, я хотела узнать, позволите ли вы Джейку побыть с вами в библиотеке после ужина?

Прайд откашлялся и оглядел мисс Приммер, постаравшись придать своему лицу обычное невозмутимое выражение.

– Я всегда разрешаю ему это, мадам, когда я дома, – промолвил он равнодушно.

– Извините. Я не была уверена… ведь у вас гостья… – запинаясь, пробормотала гувернантка, силясь сдержать себя и не смотреть на Габриэль, которая стояла к ней спиной и внимательно изучала книги в шкафу.

– Графиня де Бокер не будет возражать, если Джейк полчаса побудет с нами до обеда, – заявил Натаниэль.

– Нет, конечно, – наконец-то заметила Габриэль вошедшую гувернантку. – И не вздумайте из-за меня менять его обычный распорядок. Дети так привыкают к режиму.

Графиня улыбнулась гувернантке, которая немедленно забыла все скандальные сплетни о ней, принесенные экономкой.

– Да, конечно, графиня, – согласилась гувернантка со смущенной улыбкой. – А Джейка все непредвиденное просто выбивает из колеи.

– В таком случае, мисс Приммер, его жизнь следует разнообразить, – заметил Натаниэль. – Мальчику надо научиться легче переносить перемены. Когда он пойдет в школу…

– Да, конечно, милорд. Но он еще так мал.

Мисс Приммер взглянула на Габриэль, как бы ища у нее поддержки. Гувернантка была увядшей женщиной средних лет с невыразительными глазами. Она вела себя так, как будто привыкла к пренебрежительному отношению и постоянным унижениям.

Графиня заметила, что Прайд начинает проявлять нетерпение. Мисс Приммер тоже поняла это и начала пятиться к двери.

– Извините, что я вас побеспокоила, сэр. Я приведу Джейка в библиотеку в половине шестого.

– Вам ни к чему сопровождать его, – раздраженно проговорил Натаниэль. – Он сам может найти дорогу в библиотеку.

Мисс Приммер стояла в нерешительности: ей явно хотелось что-то сказать, но у нее не хватало смелости.

– Что-нибудь еще, мадам? – спросил Натаниэль.

– Нет, милорд.

Гувернантка вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

– Чем скорее она уйдет, тем лучше, – заметил Прайд. – Она считает, что Джейк пропадет, если она не защитит его.

– От чего защитит?

– Одному Богу известно. От упырей, призраков и всякой нечисти, которая бродит ночами по дому, – ответил Натаниэль, пожав плечами. – Мальчишка просто тряпка. Да его заклюют в Хэрроу, где ему предстоит учиться, если он не изменится.

– Но Джейк пойдет в школу только через несколько лет, – промолвила Габриэль.

– Через два года – не так уж это много.

– Нет, – согласилась графиня.

Она напомнила себе, что у нее нет прав и не в ее интересах вмешиваться в личную жизнь лорда. Страстное желание, которое они испытывали несколько минут назад, исчезло.

– Ты хочешь осмотреть дом? – резко спросил Натаниэль.

– С удовольствием, если у тебя найдется время мне его показать, – вежливо ответила графиня.

– У меня есть час до встречи с управляющим. – Он придержал ей дверь. – Надеюсь, ты найдешь, чем заняться?

– Конечно.

Она вышла вслед за ним в коридор.

– Я бы хотела послать за моими вещами, поэтому должна написать Джорджи.

– Если ты принесешь мне письмо, я его отправлю, – любезно предложил он.

– Вы слишком добры, лорд Прайд, – промурлыкала Габриэль с насмешливой улыбкой.

Она уже было стала подниматься по лестнице, но тут ее взгляд упал на портрет, висевший на противоположной стороне коридора.

Это был портрет молодой женщины с такими живыми карими глазами, что, казалось, она вот-вот заговорит. Ее прекрасные кудри рассыпались по обнаженным плечам, а руку она прижимала к груди, и этот жест был таким же красноречивым, как и ее взгляд. Женщина была прекрасна.

– Работа Генри Рейнберна, – коротко заметил Прайд. – Он написал этот портрет в Шотландии. У меня там дом.

С этими словами Натаниэль взял графиню за талию и слегка подтолкнул к лестнице.

– Конечно, это Элен, – сказала Габриэль, не обращая внимания на его руку. – У Джейка ее глаза и волосы.

– В этом нет ничего удивительного.

Графиня почувствовала в его голосе нотки раздражения, и он стал сильнее подталкивать ее.

– Пойдем, – настаивал он. – У меня не так много времени.

Решив, что она еще успеет как следует рассмотреть портрет, Габриэль послушалась, и они стали подниматься по ступеням, ведущим к Большой галерее, где висели картины с изображениями прежних лордов Прайдов, их жен и детей.

Габриэль обошла комнату, разглядывая каждую картину. Ее поразила непривлекательность мужчин: у всех были узкие лица аскетов – такие же, как и у живущего ныне лорда. Графиня остановилась у изображения Гилберта, шестого лорда Прайда.

– Не похоже, чтобы он был веселым человеком, – заметила она. – Мне бы не хотелось иметь с ним дела. Он выглядит, как живое воплощение принципа «Жалея розги, портишь ребенка».

– А он таким и был, – согласился Натаниэль. – У него была сильная правая рука, и он, не раздумывая, пускал ее в ход… хотя это не причинило мне вреда.

Габриэль в раздумье смотрела на него, спрашивая себя, насколько его слова соответствовали истине. Суровые родители такими же делают и своих детей, из которых, в свою очередь, тоже получаются суровые родители.

– Ты боялся его?

Натаниэль коротко усмехнулся: