Джейн Доу – Жених для Красной Шапочки, или Чудовище моей мечты (страница 1)
Джейн Доу
Жених для Красной Шапочки, или Чудовище моей мечты
Пролог
Джетт сидел на берегу пруда и задумчиво жевал травинку, глядя на двух прекрасных нимф, плескавшихся в водоеме, как на часть пейзажа. Девушки, занятые веселой игрой, то и дело посматривали на него, но позвать присоединиться не решались – боялись рассердить матушку Наоми.
Она хищной птицей кружила над костром духов, бормотала что-то и ворожила, ворожила, ворожила… периодически выкрикивая странные реплики. То «Да! Попался!», то «Отдай, каналья, хвост!», а то и «В топку всех, в топку!».
Взаимодействие с волшебным огнем никогда не давалось ей просто, но сегодня ведьма явно была в ударе.
– Уф-ф-ф. – Утирая с морщинистого лба пот, она наконец отошла от пламени, которое приняло вид гигантского элементаля, показало на прощание длинный язык, сверкнуло раскосыми глазищами и снова стало обычным костром. Ладно, не обычным, а синим, но хотя бы не человекоподобным.
– Что удалось выяснить, Наоми? – Джетт повернул к ней голову. Его русые волосы с выгоревшими до бела прядями качнулись, прикрывая обезображенную часть лица. Под кожаным жилетом мелькнули уродливые шрамы, оставленные на груди чужими когтями. – Полгода прошло, а регенерация как не брала следы той драки, так и не берет. Проклятье?
– Оно самое, Джеттеро. – Устало кивнула ведьма, усаживаясь рядом со Смотрящим за Альва-Арной – западной частью огромного лесопарка, где было множество хрустальных озер и водились уникальные обитатели.
Знали бы люди, насколько местные жители уникальны! Впрочем, обычному человеку о нимфах, русалках, леших, кикиморах, оборотнях, банши и прочих представителях лесного народа знать как раз и не следовало.
– Братишка? – Джетт криво усмехнулся, смяв в кулаке несчастную травинку.
– Да, это дело рук Калеба. – Наоми снова тряхнула седыми лохмами, из которых торчали черные перья. – После последней вашей ссоры он тебя проклял, – сказала она, доставая из кармана вересковую трубку, и тут же принялась забивать ее табаком. Дорогим и пахучим. – Помнишь, из-за чего вы сцепились?
– Все как обычно: из-за Миранды, его жены.
– Тогда понятно, почему такое странное проклятье. – Ведьма хохотнула, в выцветших глазах ее заплясали синие искорки, а на кончиках длинных, чуть загнутых ногтей вспыхнул огонек. Для разнообразия рыжий.
– Не томи, Наоми! – потребовал Джетт, глядя на колдунью здоровым глазом. – Как его снять? Каковы условия?
– Развеять чары сможет только девушка, которая тебя полюбит.
– Так в чем проблема? – не понял он. – Тами с Лами это сделают хоть сейчас! – Усмехнувшись, лесник махнул рукой нимфам, которые даже плескаться перестали, прислушиваясь к их разговору.
– Ты не понял, мальчик, – сказала ведьма, глядя на двухметрового небритого мужчину, недавно разменявшего четвертый десяток. – По-настоящему полюбит, а не как эти… вертихвостки! – Наоми зыркнула на них так, что обе девушки поспешно нырнули, стремясь отплыть подальше. – И это еще не все, – «обрадовала» она помрачневшего визитера.
– Братишка был изобретателен в пакостях. – Губы его тронула кривая улыбка, а в глазах мелькнула боль. – В чем там загвоздка?
– Девушка должна быть чистокровным человеком. Как Миранда.
– Что?!
Ведьма развела руками, а потом неспешно закурила.
– Хочешь затянуться? – предложила она ему. – Нервы успокаивает.
– Я бросил, – буркнул Джетт, поднимаясь на ноги. – И тебе советую. Полезно для здоровья.
– Опять убегаешь, Смотрящий? Редко ты меня балуешь своим присутствием в последнее время, – вздохнула старуха.
– Работа. – Пожал плечами он.
– Не женщина? – Прищурилась Наоми, искоса поглядывая на гостя.
– Да какая тут женщина… с таким-то проклятьем? – невесело пошутил Джетт, машинально поправляя волосы, чтобы спрятать за их завесой чудом уцелевший глаз с перекошенным веком и рассеченной бровью.
– О! – Ведьма выпустила изо рта кольцо серого дыма и глубокомысленно изрекла: – Плохо ты знаешь женщин, мальчик. Поверь, шрамы только красят мужчину.
– Угу. – Он взял с земли небольшой кожаный рюкзак и перекинул через плечо. – Те, что действительно красят, а не уродуют. Ладно, Наоми, спасибо за ответы. За мной должок. – Старуха закивала, потрясая перьями в седых волосах, а Джетт раздраженно выпалил: – Так и знал, что дух Калеба неспроста игнорирует хранителей Великого костра! Наверняка ему мешает вернуться к истокам собственное проклятье.
– Бог шельму метит! – Злорадно захихикала ведьма. – Что делать станешь? Спасать брата? И заодно себя.
– Какой ценой? За полгода ко мне и к такому в Альва-Арне привыкли, а братишка слишком много накосячил, чтобы плясать под его дудку и рушить чью-то судьбу ради его перерождения. Я всегда был против их союза с Мирандой, а теперь сам должен перевернуть с ног на голову жизнь ни в чем не повинной незнакомки? Нет уж! – решил он.
Попрощавшись с Наоми, Джеттеро подмигнул погрустневшим нимфам и ушел, а ведьма еще долго смотрела ему вслед сквозь клубы сизого дыма, после чего пробормотала, посмеиваясь:
– Незнакомка, ха… скоро познакомитесь. Кто еще чью жизнь на уши поставит, мальчик.
Глава 1
Я в сотый раз перелистывала книгу, знакомую с детства каждой романтичной девочке. Не романтичной, впрочем, тоже, ведь в сказке про красавицу и чудовище каждый мог найти что-то для себя. Одним любовь подавай, другим – ужастик со спецэффектами, а третьим – зубодробительный экшн.
Хотела бы я знать, что именно зацепило нашего мэра, решившего устроить неделю, посвященную этой истории. Народу идея понравилась… и начался дурдом!
Журналисты и блогеры наперебой освещали бесконечную вереницу всевозможных приготовлений к грядущему празднику. Лучшие кондитеры соревновались за право спечь самый подходящий торт с чудовищным количеством калорий.
Портнихи шили тематические костюмы, готовясь к балу-маскараду на главной площади. Парикмахеры изобретали новые прически, причем некоторые из них содержали бутафорские рога. Забавно будет посмотреть на тех «баранов», которые добровольно наденут на голову символ супружеской неверности. Впрочем, речь сейчас не о них.
Нам, художникам, предложили участие в конкурсе с волшебным названием «Двенадцать месяцев из жизни красавицы и ее чудовища». Правда, картины для этой серии требовались отнюдь не детские. Чувственность, мистичность, даже эротичность – от нас требовалось отразить в своих произведениях все.
В случае успеха, помимо внушительной премии, победителю обещали тираж календарей с его иллюстрациями. А еще персональную выставку. Выездную! По всем большим городам нашей маленькой страны, в престижные галереи которой я даже не мечтала попасть.
А тут… выиграй конкурс – и сорвешь куш! Будет тебе и реклама, и разные «плюшки» от спонсоров, и много чего еще. Как от такого шанса отказаться? Особенно, когда сидишь на мели и страдаешь в отсутствии вдохновения.
Раньше с деньгами проблем не было, но потом меня бросил парень, который в нашей «ячейке общества» оплачивал половину счетов. Ладно, не бросил – я сама его выгнала. Застала в спальне с какой-то крашенной выдрой, не вовремя вернувшись от заказчика, и в сердцах выставила все его вещи… скопом… из окна… седьмого этажа.
Ну, а кому легко? Собирали они с любовницей эти шмотки долго – погода была ветреная, многое разлетелось. Потом плюнули и уехали, а мерзкий изменник еще и пообещал на прощание, что я сильно пожалею.
Громко так пообещал, весь двор слышал. Некоторые сочувствующие даже швырнули что-то ему вдогонку – видимо, заразились моим энтузиазмом.
Вот я и жалела теперь… об отсутствии его вклада в наш бюджет. Заказы у меня, иллюстратора детских книжек, конечно, были, но не очень-то прибыльные и, к сожалению, не постоянные.
Этого хватало, чтобы содержать себя и кота, а вот оплачивать аренду двухкомнатной квартиры в престижном районе с каждым днем становилось все сложнее. Поэтому я и пустила к себе соседку, озвучив единственное условие: «Никаких мужиков (кроме кота) в нашем доме быть не должно!»
Как ни странно, Миранда согласилась. И зажили мы вдвоем, можно сказать, припеваючи. Делить территорию с ней было куда приятней, чем с моим бывшим.
Ни разбросанных повсюду носков, ни полной раковины грязной посуды, ни врубленного на всю громкость телевизора, по которому транслируют очередной хоккейный, футбольный, баскетбольный, хрензнаеткакойный матч!
Не жизнь, а сказка! Была бы такой… не сдохни так не вовремя мое вдохновение.
До подачи работ на конкурс оставался ровно месяц, а я никак не могла придумать ничего оригинального. Хотелось вырваться из рамок, в которые загнала себя сама, заработав какое-никакое, но имя на иллюстрировании детской литературы.
Раскраски, сказки, журналы… всякие мимимишные животные с большими наивными глазами и куколки в платьях с розовыми бантиками. Да-а-а, в визуализации этих образов я преуспела. Но мне-то хотелось совсем другого!
С детства я мечтала стать художником, на чьи выставки приходили бы люди. И объявленный мэрией конкурс был пропуском в эту новую, идеальную жизнь. Жаль, капризная муза не разделяла мой бодрый настрой.
Я делала эскизы на бумаге, а потом сминала их, рвала и даже сжигала, пытаясь узреть эту эфемерную заразу в пламени, поедающем забракованный «шедевр». Но кроме прожорливых рыжих языков, ничего там не видела.