Джейн Боулз – Две серьезные дамы (страница 37)

– Ну, – ответила мисс Гёринг, – ходы мои и впрямь кажутся странноватыми, но я уже долго думаю, что часто – очень часто – герои, сами верящие в то, что они чудовища, поскольку так далеки они от всего остального человечества, впоследствии оборачиваются и видят, что поистине чудовищные поступки совершаются во имя чего-то посредственного.

– Психичка! – заорал на нее Энди с колен. – Ты же даже не христианка.

Легонько поцеловав Энди в макушку, мисс Гёринг поспешила прочь из кафе-мороженого, поскольку сообразила, что если очень быстро его не оставит, то пропустит встречу. Вообще-то рассудила она верно: когда только приближалась, ее друг уже выходил из салуна.

– Так вы едете со мной? – спросил он. – Я закончил немного раньше, чем рассчитывал, и решил не дожидаться, потому что не думал, что вы поедете.

– Но я же, – ответила мисс Гёринг, – приняла ваше приглашение. Отчего же вы думали, что я не поеду?

– Не горячитесь так, – произнес мужчина. – Пошли, давайте уже сядем в машину.

Проезжая мимо кафе-мороженого по пути из городка, мисс Гёринг выглянула в окно – не поймает ли Энди краем глаза. К ее удивлению, кафе заполнилось людьми так, что они толпились еще и на улице, запрудив собою весь тротуар, и она не сумела заглянуть внутрь вообще.

Мужчина сидел впереди с шофером, который не носил формы, а она была на заднем сиденье одна. Поначалу такая рассадка ее удивила, но она была довольна. Вскорости она поняла, почему он так их посадил. Едва они оставили городок позади, мужчина повернулся к ней и сказал:

– Я теперь буду спать. Мне здесь удобнее, потому что не так трясет. А вы можете поговорить с шофером, если хотите.

– Не уверена, что мне хочется с кем-нибудь разговаривать, – произнесла мисс Гёринг.

– Ну тогда, к черту, чем хотите, тем и занимайтесь, – ответил тот. – А я не желаю, чтоб меня будили, пока стейки на гриле не окажутся. – И он проворно натянул шляпу на глаза и уснул.

Пока ехали, мисс Гёринг было так одиноко и грустно, как никогда прежде. Она от всей души скучала по Энди и Арнолду, мисс Гэмелон и старику и вскорости уже безмолвно плакала на заднем сиденье машины. Лишь невообразимым напряженьем воли удержалась она от того, чтобы распахнуть дверцу и выскочить на дорогу.

Они миновали несколько мелких городков и наконец, когда мисс Гёринг уже задремывала, въехали в город средних размеров.

– В этот город мы и направлялись, – произнес шофер, подразумевая, что мисс Гёринг нетерпеливо следила за дорогой. В городе было шумно, во все стороны там разъезжали трамваи. Мисс Гёринг поразилась, что друг ее на переднем сиденье от такого шума не проснулся. Вскоре они выехали из центра, хоть и остались в самом городе, и остановились перед многоквартирным зданием. Шофер с некоторым трудом добудился хозяина – наконец ему это удалось: он проорал человеку на ухо его собственный адрес.

Мисс Гёринг дожидалась на тротуаре, стоя сначала на одной ноге, потом на другой. Она заметила, что вдоль одной стены многоквартирного дома тянется небольшой садик. Он был засажен вечнозелеными деревьями и кустарником, все – маленьких размеров, поскольку очевидно было, что и садик, и дом очень новые. Садик огораживала прядь колючей проволоки, и под нее пыталась пролезть собака.

– Съезжу машину поставлю, Бен, – произнес шофер.

Бен выбрался из машины и подтолкнул мисс Гёринг перед собой в вестибюль дома.

– Подделка под Испанию, – вымолвила мисс Гёринг скорее себе самой, нежели Бену.

– Это не подделка, – угрюмо ответил тот, – дом настоящий испанский.

Мисс Геринг чуть хохотнула.

– Это вряд ли, – сказала она. – Я бывала в Испании.

– Я вам не верю, – произнес Бен. – Во всяком случае, испанский он настоящий до последнего дюйма.

Мисс Гёринг оглядела стены вокруг себя, сделанные из желтой штукатурки и украшенные нишами и пучками маленьких колонн.

Вместе они вошли в крошечный автоматический лифт, и сердце мисс Гёринг чуть не отказало. Ее спутник нажал на кнопку, но кабина осталась стоять на месте.

– Я б разорвал в клочья того, кто сделал это устройство, – произнес Бен и топнул.

– Ох, прошу вас, – выговорила мисс Гёринг, – выпустите меня, умоляю, отсюда.

Он не обратил на нее внимания, а топнул еще сильнее прежнего и принялся жать и жать на кнопку, как будто страх у нее в голосе его будоражил. Наконец лифт начал подниматься. Мисс Гёринг закрыла лицо ладонями. Доехали до второго этажа, где кабина остановилась, и они вышли. Перед одной из трех дверей в узком холле они и стали ждать.

– Ключи у Джима, – сказал Бен; – он поднимется через минуту. Надеюсь, вы понимаете, что обойдемся мы без танцев и прочей ерунды. Терпеть не могу того, что люди зовут развлеченьями.

– О, а я все это люблю, – промолвила мисс Гёринг. – В сущности, я беззаботная особа. То есть я наслаждаюсь всем, чем наслаждаются беззаботные люди.

Бен зевнул.

«Он никогда не будет меня слушать», – сказала себе мисс Гёринг.

Вот вернулся шофер с ключами и впустил их в квартиру. Гостиная оказалась маленькой и непривлекательной. Посреди комнаты кто-то оставил громадный узел. Через прорехи в бумаге мисс Гёринг разглядела, что в этом тюке прелестное розовое одеяло. При виде его она немного воодушевилась и спросила Бена, сам ли он его выбирал. Не ответив ей, тот позвал шофера, который зашел в кухню, примыкавшую к гостиной. Дверь между ними стояла открытой, и мисс Гёринг видела, что шофер, не снявши шляпы и пальто, разворачивает у кухонной мойки стейки.

– Я ж говорил тебе проследить, чтоб они зашли за этим чертовым одеялом, – крикнул ему Бен.

– Я забыл.

– Тогда носи с собой блокнотик и записывай для памяти – и хоть иногда не забывай доставать его из кармана. На углу такие продаются.

Бен бросился на тахту рядом с мисс Гёринг, которая туда уже села, и положил руку ей на колено.

– А что? Вам уже не хочется одеяло, которое купили? – спросила у него мисс Гёринг.

– Я его не покупал. Его купила та девчонка, что жила здесь со мной на той неделе, – нас накрывать, когда мы в постели.

– И вам цвет не нравится?

– Мне не нравится, когда лишнее валяется повсюду.

Несколько минут он просидел мрачно, и мисс Гёринг, у которой сердце начинало колотиться слишком сильно, стоило ему только провалиться в молчание, шарила у себя в уме, какой бы еще вопрос ему задать.

– Вы не склонны к обсуждениям, – сказала ему она.

– В смысле – к разговорам?

– Да.

– Нет, не склонен.

– И почему?

– Когда говоришь, болтаешь слишком много, – рассеянно ответил он.

– Ну а вам разве не хочется про людей узнавать?

Он покачал головой.

– Не надо мне ничего ни про кого узнавать, а еще важнее тут – им не надо узнавать ничего про меня. – И он глянул на нее краем глаза.

– Что ж, – слегка задышливо произнесла она, – должно же вам что-то нравиться.

– Мне очень нравятся женщины и мне нравится сшибать деньгу, если дается быстро. – Без предупреждения он вскочил на ноги и потянул за собой мисс Гёринг, довольно грубо схватив ее запястье. – Пока он заканчивает со стейками, зайдемте-ка внутрь на минуточку.

– Ох, прошу вас, – взмолилась мисс Гёринг, – я так устала. Давайте здесь немного отдохнем до ужина.

– Хорошо, – согласился Бен. – Тогда я пойду к себе и полежу, пока стейки готовятся. Мне они нравятся пережаренными.

Пока его не было, мисс Гёринг сидела на тахте и дергала себя за вспотевшие пальцы. Ее разрывало между почти невыносимым желаньем выскочить прочь из комнаты и тошнотворным позывом остаться там, где была.

«Очень надеюсь, – сказала себе она, – что стейки поджарятся до того, как мне случится выбрать».

Однако когда шофер разбудил Бена, объявив, что стейки готовы, мисс Гёринг приняла решение, что ей совершенно необходимо остаться.

Вместе они сидели за небольшим раскладным столиком и молча ели. Не успели доесть, как зазвонил телефон. Бен ответил, а договорив, сообщил мисс Гёринг и Джиму, что все втроем они едут в большой город. Шофер понимающе на него посмотрел.

– Отсюда это недолго, – произнес Бен, натягивая пальто. Затем повернулся к мисс Гёринг. – Мы едем в ресторан, – сказал он ей. – Вы посидите терпеливо за отдельным столиком, пока я поговорю о делах кое с кем из друзей. Если запозднимся, мы с вами заночуем в городе в гостинице, где я всегда останавливаюсь, в центре. Джим отгонит машину обратно и переночует тут. Все всё поняли?

– Досконально, – ответила мисс Гёринг, которая, само собой, была в восторге, что они выходят из квартиры.

В ресторане было не очень весело. Он представлял собой большую квадратную комнату на первом этаже старого здания. Бен подвел ее к столику у стены и велел сесть.

– Время от времени можете что-нибудь заказывать, – произнес он и ушел к троим мужчинам, стоявшим у самодельной стойки бара из тонких дощечек и папье-маше.

Гостями здесь были почти сплошь мужчины, и мисс Гёринг заметила, что среди них нет никаких изысканных лиц, хоть никто и не был одет бедно. Те трое, с кем разговаривал Бен, были уродливы и даже зверски с виду. Вот она заметила, как Бен подал знак женщине, сидевшей неподалеку от нее. Та приблизилась, поговорила с ним, а затем быстро подошла к столику мисс Гёринг.

– Он хочет вам передать, что пробудет тут долго – возможно, больше двух часов. Мне поручили принести вам, чего захотите. Может, спагетти или сэндвич? Я вам принесу все, чего пожелаете.