Джейн Астрадени – Сборник «3 бестселлера о любви в космосе» (страница 26)
Женька прибавила фонарю яркость и двинулась вперёд. Одна в тёмной пещере, с бегущим впереди лучиком света. Только бы дойти до поворота, за которым прятался звездокатер. Она старалась идти осторожно. Передвигалась боком, цепляясь за выступы и торчащие из стены камни.
Вокруг чудились тени с жуткими очертаниями. Её окружала тишина. «Это безжизненный астероид. Здесь никого нет. Ни пещерных монстров, ни летучих мышей».
Впереди белела гладкая площадка. Гравитация стабилизировалась, и Женька пошла быстрее. Как вдруг почувствовала скачок невесомости, и её подкинуло к потолку. Закрутило и развернуло головой вниз. Всё поменялось метами. Словно астероид стал антиподом самому себе. Женька висела кверху ногами и барахталась. Она запаниковала, силясь перекувырнуться в воздухе и чуть не врезалась лбом в стену. Тут же изловчилась, ухватилась за выступ, упёрлась ногами в поверхность и включила магнитные подошвы. Сирил показывал, как.
Астероид затрясся, снова перевернулся, и Женьку потащило ботинками прямо в разверстую пасть бездны. Она едва успела отключить магниты. Её вновь подкинуло. Она уцепилась за пласт и повисла мешком, судорожно держась за камни. Перчатки скафандра скользили, из-под пальцев сыпалась рудная крошка. Пещеру трясло так, будто астероид столкнулся с другим каменным обломком. Женя не удержалась, её швырнуло в яму, а по голове ударило сорванным камнем. Видимо, скафандр смягчил удар, потому что боли от ушибленных локтей и стукнутого лба она не чувствовала…
Лёжа на спине, Женька пыталась вертеть головой, и луч света бился о стены, точно припадочный. Она ещё удивлялась, как фонарь не разбился. Руки и ноги отказывались повиноваться, конечности не сгибались. Женя с трудом приподнялась на карачки и опять повалилась. Кажется, всё-таки сильно ушиблась. Голова кружилась…
Женька подняла голову, прикинуть – далеко ли до верха и застыла. Припав к обрыву и свесив в яму морду, на неё таращился зверь. Настоящий живой зверь! С кошачьими глазами, блестящими в свете фонаря. Зверь не отворачивался, а пристально разглядывал её…
Зверюга сиганула вниз и мягко приземлилась рядом с Женей. Она напоминала степную рысь. Приземистая, но грациозная. Уши торчком, вытянутое туловище, закрученный хвост…
Нервы, натянутые до предела, со звоном порвались, и Евгения отключилась.
«Кто сказал, что в астероидах никто не живёт?» – была её последняя мысль.
Глава 19
Дни, с двадцать четвёртого по двадцать пятый… Незабываемые!
Очнулась Евгения в бункере. Кто-то перенёс её, пока она валялась без сознания. Теперь Женя покоилась на собственном лежбище из кроватей и припоминала какую-то несуразицу.
«Точно! Рысь!»
Она попыталась сесть и обнаружила, что закутана в одеяла, как мумия. И кто-то ходил рядом с кроватью.
– Лежи спокойно, – послышался голос Сирила.
– Что случилось? – спросила Женька. – Стратотресение?
– Буря добралась и сюда, – ответил он, присаживаясь рядом и подсовывая ей под голову подушку. Затем поднёс к губам кружку с горячим напитком. Она судорожно глотнула. Это был просто чай, и тепло приятно разлилось по телу.
– Долго я так лежу?
– Уже за полночь.
Сирил указал на часы.
– Что со мной?
– Обогреватель скафандра вышел из строя. Когда я подобрал тебя, ты была как ледышка.
– А что с катером?
– Удалось починить двигатель и подогнать катер к бункеру. Я пока закрепил его. Остальные системы восстановятся через несколько часов. Но лететь мы всё равно не можем, из-за бури. А связь не работает.
– Когда она утихнет? – спросила Женя. Ей почти удалось выпутаться из одеял и посмотреть на Сирила. Шакрен казался взволнованным и растерянным. И пигментный рисунок на лбу потемнел.
– Основной фронт уже прошёл. Думаю, завтра к вечеру.
Он помог ей усесться окончательно. И первое что она сделала – пощупала голову.
– Всё в порядке, – улыбнулся Сирил. – Сотрясения нет.
– Потому что трястись нечему, – буркнула она.
– Я подключил влагосборники. Воды набралось на целый чан. Хватит тебе помыться и прогреться. Я прихватил аптечку из катера и смазал нано-мазью твои ушибы и обморожения. Эпидермис восстановился, можно окунаться в воду.
Женька оказалась совершенно голая и снова натянула одеяло. Второй раз за время пребывания здесь её раздевал мужчина… Только с иной целью.
Она вспомнила о несуразице и воскликнула:
– Я видела зверя!
Сирил усмехнулся. Евгения смутилась.
– Ясно. Сбрендила.
– Это был ндарим.
– Кто?
– Ндарим. Фантомная проекция активных нейронов мозга в окружающую среду.
Сирил закрыл глаза, коснулся висков, и перед ней возник тот самый зверь. Рысь! Точнее – каракал. Проекция или нет, а выглядел как настоящий.
– Круто, – одобрила она, жалея, что не выяснила о шакренах побольше.
– Я отправился проверить тебя и правильно сделал.
Он вновь прикоснулся к вискам, и каракал исчез.
– У всех шакренов есть такой? – спросила она.
– Нет, этому специально обучают исследователей в Обители самрай-шак. Ндаримы – это скрытый потенциал.
– Помоги себе сам, – пробормотала Женька.
– Иди купайся, – с улыбкой предложил Сирил. – Полотенце и халат возле чана.
В нём ощущалась какая-то нервозность.
Женька заметила, что шакрен перепачкался техническим маслом. Наверное, пока возился с оборудованием.
– Давай вместе, – предложила она. – В чане хватит места для обоих.
Сирил нахмурился и отодвинулся.
– Не уверен, что это хорошая идея.
– Зато я уверена, – отрезала Женька.
Шакрен удивлённо взглянул на неё, и чешуйки слабо замерцали, как тогда в ресторане у Хала.
– Ты знаешь, что со мной происходит?
Странный вопрос!
– Конечно, – ответила Женя. – Со мной происходит то же самое.
Он недоумённо покачал головой.
– Ты не понимаешь, о чём говоришь.
Чешуйки засветились ярче. Сирил закрыл глаза, глубоко вздохнул, и они потускнели.
– Возможно, я зря беспокоюсь, – задумчиво проговорил он, как будто рассуждал вслух. – Ты ведь не чарим-вей, да и время не пришло.
– Я не хочу мыться одна, – настойчиво повторила Женька. – А ты – грязный.
Он кивнул.
– Ладно.
И помог ей слезть с кровати.
Заботливый Сирил ещё и пену где-то раздобыл. Евгения с наслаждением погрузилась в пушистые белые пузырьки.
– Как хорошо…