Джейн Астрадени – Космос на троих [СИ] (страница 104)

— Я разберусь, — пообещал Риген.

— Возможно, — Кельбер задумчиво посмотрел на капитана. — Джамрану участвовали и помогали до последнего, и мы свято храним память об их культуре и достижениях.

— Ещё бы! — фыркнул Зарек. — Думаю, не только храните, но и пользуетесь.

— Кое-чем…

— Так что там насчёт способностей абаддонцев? — напомнил Риген. — Просветите.

— Разумеется, — кивнул смотритель. — О первой вы наслышаны. Мы — мастера измерений, ведаем координаты и маршруты космоса. Второе — с лёгкостью перемещаемся в любое пространство и время на выбор, но… Исключительно разумом или внедрив сознание в чужое тело, находящееся где-либо. Повсюду, в пределах своей вселенной.

— Почти как дмерхи, — прошептал Риген.

— Да, это и ментально-астральный дар, и ограничение. Плата за возможности… Физически абаддонцы привязаны к своей планете — фактически с ней одно целое. Покинуть её, кроме как ментально-астрально, никто из нас не в состоянии. Никак. Издержки глубокой инсталлизации корпускул. Вероятно…

«Сапожники без сапог», — почему-то решила я.

— Долгое время меня это не волновало, я спокойно путешествовал по вселенной в чужих телах, пока… Однажды на пересечении измерений встретил девушку… С тех пор мы пытаемся быть вместе. Я искал способ воссоединиться, и поиски мои оправдались, когда в архивах обнаружилось упоминания о сублиматоре частиц. Я спроектировал модель, ибо таких нет в моей вселенной, как и некоторых нужных элементов, чтобы целиком воссоздать. Потом я узнал о вас и темпоральной волне…

— Погоди-ка, — Сэжар хмуро уставился на Кельбера. — А как же оружие?

— Нет никакого оружия! Ты ещё не понял?

— Значит…

— Под личиной советника я нашёптывал твоему братцу то, что он мечтал услышать. Арабаджи плясал под мою дудку.

Вот тебе и грозный квазар!

— Ублюдок! — Тиа подскочила и бросилась на Кельбера с кулаками, но Сэжар удержал её, и она села всхлипывая. — Это я из-за тебя, из-за тебя натерпелась…

— Мы натерпелись, — поправил её гигант и презрительно бросил смотрителю:

— Говори!

— Сублиматор не оружие, но если поместить внутрь ядра-корпускулы с соответствующей информацией, волна способна преобразовать даже звезду в комету, а чёрную дыру обратно звезду…

Тиа на секунду замерла, и в глазах у неё вспыхнула надежда.

— Об этом после… Я полагал, что Арабаджи откроет мне ворота, но из-за интриг Мэй вышло не так… Впрочем, разница невелика. Я прошмыгнул вслед за вами, когда вы устроили побег, и попал в систему Ориату… Дальше всё просто. Я переместился в тело и сознание ориатонца.

— До того, как мы его спасли или после? — уточнил Риго.

— После… Но я следил за вами.

Гм… Это не он там вонял случайно?

— Вы не чуяли специфический запах?

Конечно!

— Кто ты теперь? Кельбер или тот смотритель?

— Его зовут Алаунауайу… Мы с ним единое целое и взяли общее имя — Кельбер. Он пустил меня добровольно, понимая, что скоро умрёт, а я обещал продлить ему жизнь и ещё кое-что взамен. Носители живут очень долго.

— Кукловоды, — пробормотал Зарек.

— Ты не прав, — мягко заметил смотритель. — Я говорю и от его имени. Это Алаунауайу движет потребность сохранить наследие. Носители проживают полноценную жизнь вместе с нами… Но это сейчас к делу не относится. Я получил его память. Он подарил вам корпускулы в благодарность и чтобы изучить вас получше. Ядра энергетически связаны с ори-атами. Через них я следил за вами и направил, когда пришёл срок. Мне нужен ваш сублиматор.

— А при чём тут мой сублиматор? — Риген нахмурился. — В прошлом полно и других сублиматоров. Бери их.

— Они не годятся… Твой — особенный, так как периодически генерирует парадоксальную волну нужного диапазона, которого так не хватает Абаддону. Благодаря этой волне, абаддонцы смогут перемещаться по космосу и в собственных телах, наши измерения пересекутся раз и навсегда, а мы с моей Иллианой воссоединимся… Если вы изведали любовь, то поймёте, каково это жить в разлуке с любимой…

Пожалеть его, что ли?

Некоторое время все молчали.

— А ты уверен, что твоя Иллиана до сих пор жива? — усомнился Риген.

— Я не промахнусь, — заверил Кельбер. — Координаты точны и направление мне известно. К тому же, на Абаддоне наши истинные тела сохраняются подолгу в замедлителе, пока мы путешествуем по космосу. Где-то проходят миллиарды лет, что для нашей планеты — всего лишь миг.

— Как же ты собираешься всё это осуществить? — насмешливо спросил Зарек.

— Астроморфы снова откроют ворота, и мы отправимся туда на попрыгунчике. Я бы проник разумом, но так не пронесёшь сублиматор. И ориатонцу обещана новая вселенная. Он хочет увидеть результаты своих надежд и трудов.

— Мы не станем помогать тебе! — заартачилась Тиа.

— Я и вам предлагаю кое-что взамен. Например, ты инволюционируешь обратно в звезду. Вернёшься домой, и обнимешь своего возлюбленного Арабаджи. Эльгезер же станет кометой, как и намечалось.

Тиа вопросительно посмотрела на Сэжара, и тот сказал:

— Я подумаю.

— А я уж точно не стану помогать, — воспротивился Риген. — Более того, мы сейчас вернёмся на корабль и улетим отсюда к гатраку, а ты не посмеешь нас задерживать.

Кельбер улыбнулся.

— На меня не подействует твоё копьё, мальчик. Это первое, и второе… Корпускулы у вас на борту полностью захватили и контролируют системы попрыгунчика — энергетически проникли в синхронизатор и прошили его.

Я испуганно посмотрела на Риго.

— Невозможно! — ответил капитан.

— Возможно. Корпускулы способны на многое. Собирать и рассеивать информацию по вселенной, заниматься энергопрошивкой и ремонтом оборудования, материализовать и инсталлировать реальность, создавать новые могущественные расы и убивать их… Именно с помощью ядер ориатонцы управляли хранителями, а сами туда не летали никогда. Лишь незадолго до путешествия длиною в миллионы циклов, они собрали первый и единственный летательный аппарат из частей оставшихся после сборки тетравира, чтобы переселиться туда.

— Лучше бы мы вас не спасали, — сквозь зубы процедил джамрану, — на свою голову.

— Нам не дано знать — лучше или хуже… Я обещаю вам, что в долгу не останусь. Вы немедленно получите другой сублиматор — исправный, подходящей конструкции, и даже настроенный на правильные координаты.

— Где ты его возьмёшь?

— Он уже здесь. Модель попрыгунчика 007. Ваш собственный.

— Как это? — Риген приподнял брови.

— Скоро поймёте… Секунду. Мы кое-кого ждём. Гостя.

Действительно. Он появился неслышно. Наверное, из-за штучек транс-путера с энергопрошивкой. Высокий худощавый мужчина — джамрану. Симпатичный, голубоглазый, светловолосый, отчасти, и чем-то похожий на Ригена, тоже с шипами… Эрф.

Глава 44. Посланник из-за горизонта

Зарек сжал кулаки и презрительно бросил вошедшему:

— Марех!

— Счастлив тебя видеть, — отозвался гость. — Приветствую от лица тэрх-дрегор. Дэвхары будут рады узнать, что ты в генетическом здравии.

Штурман что-то буркнул и отвернулся. Риген же смотрел насмешливо, с лёгким изумлением.

— Как ты здесь оказался?

— И тебе, привет, родич!

— Будто расстались вчера… Что ты тут делаешь?

— Я нашёл его, — объяснил Кельбер, — и привёл так же, как и вас.

Мареха я видела впервые, но то, что он держал в руках… Чёрный многогранник. Помнила очень хорошо. С роковой неотвратимостью приближался мой последний час.