Джеймс Типтри-младший – Счастье — это теплый звездолет (страница 87)

— Проклятье! Проклятье им за то, что они с тобой сделали. Ты — это не ты…

Он трясет Дельфи, склонившись над ней на кровати, бросает из стороны в сторону, в ярости глядит на ее жалкую красоту.

— Нет! — молит она (это неправда, это страшный черный кошмар). — Я Дельфи!

— Мой отец. Мразь, свиньи… чтоб им всем сдохнуть.

— Нет, нет, — лепечет она. — Они ко мне очень добры… — шепчет Ф. Бёрк под землей. — Они ко мне добры… А-А-А-А-АХ!

Новая судорога сводит ее тело. На севере остромордый молодой человек хочет убедиться, что это еле заметное вмешательство работает.

Пол почти не в силах ее удержать, он тоже плачет.

— Я их убью!

Его Дельфи — рабыня! Острые шипы электродов в ее мозгу, электронные оковы в сердце его птички. Помнишь, как те дикари сожгли Риму заживо?

— Я убью того, кто это с тобой сделал.

Он повторяет угрозы снова и снова, но она его не слышит. Она уверена, что он ее теперь ненавидит, и ей хочется умереть. Когда наконец она осознает всю силу его нежности, это кажется ей чудом. Он знает — и по-прежнему любит!

Откуда ей знать, что он чуточку ошибается?

Не стоит осуждать Пола. Надо отдать ему должное, он хотя бы слышал об имплантах удовольствия-боли и прослушках, о которых те, кто имеет с ними дело, распространяются меньше всего. Он думает, что именно такие электроды вживлены Дельфи. Чтобы управлять ее поведением. И для подслушивания — его кровь вскипает при мысли о чужих ушах в их постели.

О дистанционно манипулируемых телах и таких, как Ф. Бёрк, Пол никогда не слышал.

Так что, когда он, вне себя от ярости и любви, смотрит на свою оскверненную птичку, у него и мысли нет, что в его объятиях не вся она. Надо ли объяснять, какой решимостью он охвачен?

Освободить Дельфи.

Как? Что ж, он, в конце концов, Пол Ишем Третий. И он даже знает, где находится нейролаборатория ГВК. В Карбондейле.

Но прежде надо позаботиться о Дельфи, да и о себе. Так что он возвращает ее Хопкинсу и уходит, непривычно притихший. Чилийский персонал благодарен ему и не замечает, что обычно мистер Ишем так широко не улыбается.

Проходит неделя. Все это время Дельфи — послушный маленький призрак. Ей разрешают принимать огромные букеты полевых цветов с любовными записками, которые присылает Пол. (Он ведет тонкую игру.) А в головном здании хорек чувствует, что колесо его Фортуны повернулось на зубчик, и принимает меры, чтобы наверху услышали о его умении улаживать мелкие проблемы.

А что думает Ф. Бёрк, не знает никто, только мисс Флеминг ловит ее за спусканием еды в унитаз, а через сутки она теряет сознание в бассейне. Ее вытаскивают, кладут под капельницы. Мисс Флеминг обеспокоена: она видела раньше такие лица. Но её не было рядом, когда фанатики, называвшие себя «Последователи Рыбы», смотрели через огонь в жизнь вечную. Ф. Бёрк тоже видит рай по другую сторону смерти. Ее рай носит имя «Пол», но смысл тот же. Я умру и воплощусь в Дельфи.

Электронщики бы сказали, что ее глючит.

Еще неделя, и одержимость Пола складывается в план. (Не забывай, у него есть друзья.) Он молча исходит злобой, глядя на свою любовь под конвоем надсмотрщиков. Снимает убийственный эпизод для собственной передачи. И наконец, вежливо просит Хопкинса ненадолго отпустить его птичку. Разумеется, ему не отказывают.

— Я думала, я тебе больше не нужна, — повторяет она, когда они в солнцемобиле Пола проносятся над горными склонами. — После того, как ты узнал…

— Посмотри на меня.

Пол одной рукой зажимает ей рот, а другой показывает карточку с буквами:

МОЛЧИ. ОНИ СЛЫШАТ КАЖДОЕ НАШЕ СЛОВО.

Я ТЕБЯ УКРАЛ.

Она целует его руку. Он нетерпеливо кивает, переворачивает карточку.

НЕ БОЙСЯ. У МЕНЯ ЕСТЬ СПОСОБ ЗАЩИТИТЬ ТЕБЯ ОТ БОЛИ.

Он показывает серебристую сетку-скремблер, подключенную к аккумулятору.

Она немеет.

ЭТО ЗАБЛОКИРУЕТ СИГНАЛ И ОСВОБОДИТ ТЕБЯ, МИЛАЯ.

Она смотрит на него и медленно мотает головой. Нет.

— Да! — победно улыбается он. — Да!

Мгновение она в замешательстве. Сетка под напряжением отрежет сигнал, да. И она отрежет Дельфи. Но ведь он — Пол. Пол целует ее, и она жадно тянется к нему, пока он ведет солнцемобиль через перевал.

Впереди — старый аэродром, где ждет обтекаемая реактивная машина. (У Пола есть Имя и деньги.) Курьерский самолетик ГВК создан для скорости. Пол и Дельфи втискиваются за дополнительным топливным баком, и дальше уже рев двигателей не дает им говорить.

Они проносятся над Кито раньше, чем у Хопкинса возникают первые опасения. Еще час он теряет, отслеживая «маячок» в солнцемобиле Пола. Солнцемобиль выписывает в воздухе Замысловатые кренделя, направляясь к морю. К тому времени, как становится ясно, что внутри никого нет, и Хопкинс по экстренному каналу связывается с центром, беглецы — уже только гул в небе над Карибскими островами.

Первое побуждение хорька, когда тот узнает о случившемся: повторить недавний эксперимент, но потом у него все же включаются мозги. Слишком рискованно. В дальней перспективе они могут принудить Ф. Бёрк практически к чему угодно — вот разве что жить ее не заставят, — но аварийное вмешательство чревато последствиями. И… Пол Ишем Третий.

— Вы можете приказать ей вернуться?

Они в станции слежения ГВК. Мистер Кантл, хорек, Джо и чрезвычайно опрятный молодой человек — глаза и уши мистера Ишема-старшего.

— Нет, сэр, — упрямо отвечает Джо. — Мы можем читать каналы, особенно речевые, но не можем ввести структурированную последовательность. Тут необходимо непосредственное участие оператора…

— Что они говорят?

— Сейчас ничего. — Дежурный за пультом закрывает глаза. — Мне кажется, они… э… обнимаются.

— Они не отвечают, — говорит наблюдатель. — По-прежнему летят курсом ноль-ноль-три-ноль — ровно на север, сэр.

— База Кеннеди точно получила приказ не стрелять? — озабоченно спрашивает опрятный молодой человек.

— Да, сэр.

— Нельзя ее просто выключить? — бесится остролицый. — Вытащить эту свинью из-за пульта!

— Если резко оборвать передачу, вы убьете удаленку, — в третий раз объясняет Джо. — Отключение должно происходить поэтапно, чтобы удаленка перешла в автономный режим. Сердце, дыхание, мозжечок — все собьется. И если просто вытащить Берк из бокса, вы, скорее всего, убьете и ее. Это чрезвычайно сложная киберсистема, она требует осторожности.

— Инвестиции. — Мистер Кантл ежится.

Хорек кладет руку на плечо дежурного за пультом: это тот самый знакомый, который помог ему в прошлый раз сделать Дельфи бо-бо.

— Мы можем, по крайней мере, послать им предупредительный сигнал, сэр. — Хорек улыбается опрятному молодому человеку, облизывает губы. — Мы уже знаем, что вреда от этого не будет.

Джо хмурится, мистер Кантл вздыхает. Опрятный молодой человек что-то шепчет, обращаясь к своему запястью. Поднимает голову.

— Я получил разрешение, — почтительно произносит он. — Я получил разрешение отправить сигнал, если не будет иного выхода. Но минимальный, минимальный.

Остролицый стискивает плечо дежурного.

В самолете над Чарлстоном Дельфи в объятиях Пола выгибается дугой. Он тянется к сетке. Она бьется, отталкивает его руки, закатывает глаза. Несмотря на боль, она боится сетки. (И правильно делает.) Пол лихорадочно борется с нею в тесной кабине, набрасывает сетку ей на голову. Как только он щелкает включателем, тело в его руках обмякает, судорога прекращается.

— Мистер Ишем, они снова вас вызывают! — кричит пилот.

— Не отвечай! Милая, придерживай эту сетку сама, черт, да как я могу…

Над носом их самолета проносится Эй-Икс-90, видна вспышка.

— Мистер Ишем! Это военные самолеты!

— Не важно! — кричит Пол. — Они не будут стрелять. Милая, не бойся.

Совсем близко пролетает еще один Эй-Икс-90.

— Не могли бы вы навести на меня дуло пистолета, пока они нас видят, сэр? — воет пилот.

Пол наводит на него пистолет. Эй-Икс-90 выстраиваются вокруг них в эскортный боевой порядок. Пилот возвращается к своим мыслям, как бы содрать денег еще и с ГВК, а после авиабазы Голдсборо воздушный эскорт от них отстает.

— Летят прежним курсом, — сообщает наблюдатель — По-видимому, у них столько топлива, что хватит дотянуть до здешней посадочной площадки.

— В таком случае нам нужно просто их дождаться. — К мистеру Кантлу отчасти вернулось его отеческое благодушие.