Джеймс Сваллоу – Молот и наковальня (страница 43)

Присутствовавшие ловили каждое ее слово. На одно мгновение лицо канониссы, слушавшей эту исповедь очень внимательно, расплылось, словно восковое, когда рассказчица упомянула собственную начальницу, умершую более десятилетия назад. Децима услышала, как из глубин памяти поднимаются на поверхность последние слова командира, и на короткий, но блаженный миг Наблюдатель отступил.

— Артефакт ни за что не должен попасть в руки ксеносов. — Она вслух повторила приказ, данный ей в тот роковой день.

Сеферина отреагировала так, будто ее ударили наотмашь. Она отпрянула назад так сильно, что ножки кресла под ней заскрипели о каменный пол.

— Что ты сказала?

— Это мое последнее задание для тебя, — с отсутствующим видом произнесла неумершая, с трудом сдерживая эмоции. — Отправляйся прямо сейчас. Возьми это и иди.

— Возьми что? — уголком рта прошептала Кассандра. — О чем она?

Мирия могла лишь строить догадки, но затем она поймала на себе взгляд Верити и поняла, что та отчасти догадалась, о чем речь.

Канонисса выставила перед собой клинок, чтобы утихомирить сестер, прежде чем кто-либо из них сказал что-то еще.

— Кто тебе это сказал? — потребовала она ответа.

— Вы, — покорно отозвалась женщина в изодранной одежде. — Она. Агнеса. Канонисса. — Неумершая подняла и сложила руки, словно держит младенца, а после продолжила: — Я унесла его. Укрывала от бури и огня, как заботливая мать. Защитница. — Руки задрожали и свободно повисли. Лицо женщины потемнело. Она всем телом подалась вперед, и Мирия заметила очередную перемену в поведении неумершей: ее захлестнуло чувство стыда.

— Где… — Сеферина замолчала и посмотрела на окружающих. Она боялась озвучивать вопрос при всех, но когда она встретилась глазами с Верити, ее тон снова приобрел строгость. — Где оно сейчас?

Прежде чем женщина-загадка ответила слабым печальным голосом, прошла, наверное, целая вечность.

— Я навсегда покрыла себя страшным позором. Тот, что на Троне, подтвердит. Мне ни за что не смыть это пятно.

Разочарованная, Сеферина тряхнула головой.

— Где?! — настойчиво повторила она, не заботясь о душевных муках рассказчицы.

— У меня не вышло выполнить задачу. Они пришли и забрали нас обоих. Я думала, умру… — Дрожь прошла по всему ее хрупкому телу. — Но криптек имел другие планы на мою плоть.

Хотя в книгохранилище было тепло и душно, внезапно ее словно пробрал озноб, и она стала хныкать и еле слышно бормотать.

— Чужак сломал ее разум, — объяснила Верити и посмотрела на Зару, поднявшую на нее взгляд от ауспика и с мрачным видом покачавшую головой. — Но не уничтожил.

— Сила веры способна на многое, — заявила Мирия. — Император оберегает в ней что-то.

— Как ты спаслась? — нахмурив брови, спросила канонисса.

— Мне подсказывал Наблюдатель, — призналась неумершая, но смысл ее слов ускользнул от остальных. — Я сбежала в пустыню и выживала там. Наедине с голосом. — При этом она постучала острым ногтем по виску.

— Она и впрямь слышит голоса, — тихо повторила Кассандра.

— Разве это удивительно? — заступилась Верити. — Представь, каково ей было одной среди бескрайних барханов. Как она отходила от пыток и экспериментов. — Госпитальерка бережно взяла живого призрака за руки и перевязала раны. — Ее личность, должно быть, треснула и разлетелась на куски, пока она старалась выжить и найти… — Верити повернулась к канониссе, — то, что потеряла.

— Будь осторожнее, няня, — холодно предупредила ее Сеферина.

— Но она ведь права, верно? — Мирия позволила себе убрать от плеча болтер. — С того дня, как мы высадились на этот пыльный шар, вы вместе с сестрой Имогеной что-то здесь ищете. И это никак не связано с некронами или погибшими, Хотом или Тегасом и их тайными соглашениями, какие бы они ни заключили между собой. Вы что-то скрываете от нас, миледи. Ручаюсь, аж с самого начала паломничества сюда.

Верити кивком поддержала заявление сестры.

— Что может быть таким важным? — спросила она. Она не требовала и не настаивала, чтобы Сеферина ответила ей, однако воздух все равно искрил от напряжения.

Канонисса медленно встала во весь рост и по очереди посмотрела женщинам в лицо. Ее рука непроизвольно потянулась к закрытой кобуре с пистолетом, а ее каменное нечитаемое выражение вернулось.

Верити охватила необыкновенная грусть, когда она впервые хотя бы отчасти прочувствовала тяжесть ноши, которую молча взвалила на себя канонисса.

— Прежде звучала неправда, — начала длинный рассказ Сеферина. — Великий дар украли у нас отсюда тринадцать с лишним лет назад. Артефакт невероятной значимости, бесценный и незаменимый. Он пропал по чистой случайности из-за нападения ксеносов. — Она взглянула сверху вниз на Дециму, что, опустив голову, читала молитву.

— Реликвия? — Кассандра подняла бровь.

— Верно, — кивнула старшая. — Об этом секрете знали только несколько высокопоставленных аббатис и некоторые члены сестринства. Я несу бремя правды с того момента, как Хот впервые оповестил нас о случившемся на Святилище-сто один. С тех самых пор на мне лежит ответственность, а теперь и вы дадите ту же клятву неразглашения под страхом смерти.

Прежде чем продолжить, Сеферина подождала, пока все кивнут в знак согласия.

— Предполагалось, что реликвия будет путешествовать по всей галактике, посетит каждый монастырь, сторожевую заставу и цитадель ордена Пресвятой Девы-Мученицы, вне зависимости от того, насколько они труднодоступны и далеки от Центральных миров. Таково было предписание: привнести толику света во все наши владения.

Верити слышала о подобном; тогда как паломничество к большей части имперских артефактов и святых мощей требовало от верующих преодоления огромных космических расстояний, существовали храмы и раки, постоянно перевозимые на борту кораблей под присмотром контингента проповедников и миссионерских солдат.

Но что же случилось на Святилище-101? Что произошло в этих стенах, когда некроны нанесли удар?

— «Молот и Наковальня», — произнесла Сеферина с таким видом, будто это причинило ей нестерпимые муки.

Мирия, Кассандра и остальные боевые сестры побелели. Децима тихо всхлипнула. Для них это был настоящий шок.

Наконец молчание прервала Зара.

— Я… я не знаю, что это значит, — нахмурилась она.

— Это предмет, священный для дочерей святой Катерины, основательницы их религиозного течения, — поведала Верити, кивая в сторону Сеферины и других. — Ни нам, ни кому-либо еще вне ордена никогда не откроют, что он из себя представляет. Но я уже слышала об этой реликвии и знаю, что она имеет для них огромную важность.

Верити вспомнила истории о «Молоте и Наковальне». Одни утверждали, что это оружие невиданной мощи, созданное самим Императором во времена Ереси Хоруса, и оно способно затмевать звезды. Другие считали, что это скорее великое хранилище мировых знаний, сродни которому нет больше ни у кого — ни у людей, ни у чужих. Третьи полагали, речь идет об устройстве, что якобы меняет течение времени; его изобретение они приписывали подпольной касте технологов, которых когда-то нанял вероотступник Гог Вандир.

Со сверкающими глазами Кассандра обратилась к канониссе.

— Как это может быть? — вспылила она. — Ведь реликвия на Офелии Семь, в нашей обители?

— Нет, — удрученно ответила Сеферина. — Это просто выдумка, в которую заставили поверить всю галактику. В действительности артефакт находился в постоянном движении на протяжении последних четырехсот лет, втайне курсируя по космическим маршрутам, чтобы побывать во всех священных для нас местах. — Женщина выдержала короткую паузу. — Пока в итоге не прибыл сюда.

— И об этом умалчивали от остальной части сестринства? — удивилась Мирия.

Сеферина кивнула:

— В каждом мире проводились закрытые церемонии, чтобы реликвии ничего не угрожало. — Она нахмурилась и добавила: — Многие хотели бы заполучить ее. — Канонисса засунула руку в карман на одежде и вытащила небольшой пиктопланшет овальной формы. — Это изображение — все, что осталось.

На дисплее демонстрировался контейнер из тяжелого металла, какой используют при строительстве звездолетов. Его сплошь покрывали резные руны и символы-обереги.

Увидев его, Децима закрыла рот рукой. По выражению ее лица стало ясно, что она узнала предмет.

— Пропал, — застонала она. — Я подвела…

— Нет, не пропал, — сказала Верити, выхватывая устройство у Сеферины из руки. — Я видела его. — Рассмотрев снимок ближе, она уверилась еще сильнее.

Мирия тоже видела его и молча кивнула в знак подтверждения слов подруги.

— Где? — вскричала канонисса. — Скажи скорее, Трона ради!

Облепленный пылью серый металлический барабан с выгравированной на нем геральдической лилией отчетливо всплыл в памяти Верити.

— Оссуар… Некрон-мучитель. Я видела этот контейнер в его лаборатории. То, что вы ищите, покоится внутри Обсидиановой Луны.

Сестра Имогена отвела их в подземелье и заперла каждого из членов свиты квестора в отдельную камеру-крипту, а заодно предусмотрительно поставила в коридоре специальный радиоглушитель локального диапазона, чтобы узники не смогли переговариваться. Более того, женщина оставила боевых сестер патрулировать коридор и смотреть за тем, чтобы никто из Механикус не осмеливался связываться с коллегами с помощью механодендритов или лазерных лучей.

Тегас взвесил возможные варианты развития событий в том случае, если бы ему удалось справиться с пленительницами, и получил совсем не обнадеживающие результаты. Поэтому он предпочел не оказывать сопротивления; Люмика и другие последовали его примеру. Квестор решил сыграть долгую партию. Несмотря на все оскорбительные для сестринства деяния, только за совершенный акт ереси они убили бы без колебаний — но Тегас и не думал предавать Трон. Сеферина и Имогена, несмотря на суровые угрозы и праведный гнев, не стали бы убивать его без раздумий. Они оставили его живым, поскольку хотели, чтобы за свои, как они считали, преступления он предстал перед Верховными лордами Терры. Но им даже не приходило на ум, что, возможно, некоторые из тех же лордов являлись соучастниками происходящего в системе Кавир.