Джеймс С. – Восстание Персеполиса (страница 86)

- Этот мудила Хьюстон был довольно умён, - вставил Амос.

- О! Я понял, что ты делаешь, - сказал Алекс. - Ты пытаешься заставить "вылетаем в Харон, и уклоняемся от радиационных вспышек" звучать как хорошая идея. Это типа твое "я беру дерьмовую идею, и ставлю рядом с действительно дерьмовой идеей, так что первая выглядит блестящей в сравнении".

- Я думаю, мы должны пойти на Фрихолд, - сказал Амос. - Наоми? Думаешь, мы должны пойти на Фрихолд?

- Ясное дело, - сказала она, запуская обработку данных.

- Серьезно? - спросил Алекс.

- Она расписала все довольно чётко, - сказала Наоми. Запуск данных остановился на трети пути. Она завершила процесс, и открыла логи запуска. - Нам надо стать маленькими, на какое-то время. Чтобы нас было тяжело найти. Нам надо подождать, пока Лакония покажет нам свои слабые места. А до тех пор, нам самим надо быть в каком-то месте. И то вполне подходит.

- Но что насчет той части, где они в нас палят?

- С этим придется поработать, - сказала Наоми. - Эй, эта бумажная униформа, которую люди могут взять в киосках станции? Как вы думаете, мы можем использовать их, чтобы распечатать листы?

- Что за листы? Типа простыней? - спросил Алекс.

- Нет, листы, что-то, на чем можно писать записки, чтобы распространить, когда я закончу. Нельзя отправлять сообщения через систему.

- Может быть, - сказал Амос. - Но, конечно, будет довольно странно.

Лог выполнения выглядел прилично, пока не запустилась процедура подтверждения. Потом программа на чем-то висла. Она подхватила ссылку на строчку в скрипте, и вернулась к коду программы.

Остальные продолжали говорить, но она сфокусировалась на экране, и это снизило громкость всех голосов. Она слышала низкий голос Амоса, похожего на пересыпающийся гравий. Голос Клариссы, высокий и более мелодичный. Голос Алекса с призрачным тягучим выговором Долины Маринер, который был более привычным, чем акцент. Её семья. Часть её семьи.

Ноль возвращался в том месте, где должен был вернуться номер причала. Вот где программа сбоила. Вероятно, имело смысл просто выкинуть всю функцию, которая вызывала ошибку. Выход за пределы секретной сети Сабы в сеть станции, - даже если это было только пассивное чтение информации, вроде записей о стыковках, - был немного рискованным. Но и построение графика, основываясь на неподтвержденных данных, тоже могло привести к искажению всех результатов.

Она заколебалась, стерла кусок кода, потом вернула его обратно, и снова открыла лог. Неправильную запись давал двенадцатый корабль. "Обгоняющий Свет". Она постучала пальцами по бедру. Копнуть глубже, с риском быть замеченным безопасниками, или проигнорировать ошибку, и продвигаться вперед, делая вид, что так и было задумано. Если бы она немного поспала, принять решение было бы легче.

"Баран или овца, чтоб они все повесились", - сказала она себе и открыла низкоуровневый запрос к стыковочным записям. Потребовалась пара секунд, чтобы пришло подтверждение. Обгоняющего Свет не было на причале. Он был отправлен два дня назад. В полетном плане значился пункт назначения "Лакония", с кодом обслуживания, который походил на военный. Ну что ж, одним меньше для плана эвакуации. Это ускорит работу, но нужно будет сообщить Сабе. Экипажу, если это не он ускорялся сейчас в направлении сердца врага, потребуются другие койки.

Она посмотрела на служебный код. Прикоснулась к нему кончиком пальца.

- Алекс? В Марсианском флоте был код 18-20-SKS?

- Конечно, - ответил он из зала. - Некоторые из них я даже придумал, в былые времена. Этот - передача приоритетного заключенного. А что?

Когда ей было около одиннадцати, Наоми работала на складе на Япете. Стальная вспомогательная балка соскочила со сварочного шва, и упала, хлопнув её по затылку. Сначала это не было болью. Просто ощущение удара, и небольшая дезориентация. У агонии было две, может быть, три секунды, чтобы встряхнуться, и подтянуть рукава, прежде чем обрушиться на неё с полной силой. Сейчас она испытывала очень похожее ощущение.

Ее рука дрожала, когда она просматривала манифест. Искала что-нибудь, что могло ответить ей на вопрос, кто был на Обгоняющем Свет. Кто был настолько важен для империи, что они реквизировали корабль, и отправили его со станции. В манифесте не было ничего. Конечно, не было. С чего бы лаконианцам объявлять об этом всём? Она проверила даты, время. Это не должен был быть Джим. Это должен был быть кто-то другой. Но не был. Она потратила несколько секунд на себя и на свою боль. Пять секунд. Она могла позволить себе страдать только пять секунд. Затем ей пришлось вернуться к работе. Остальное осталось на потом.

Она отправила сообщение - только текст - Сабе. Про отсутствующий корабль, служебную кодировку, про её подозрения, что Джеймс Холден уже прошел через кольцо в пространство Лаконии. Может, у Сабы есть какие-то контакты, которые смогут подтвердить? Она отправила сообщение, и глубоко вздохнула. И ещё раз. Она убрала Обгоняющий Свет из набора данных, и снова запустила обработку. На этот программа не зависла.

Она встала, удивленная, насколько уверенно себя чувствовала, и сделала два шага к двери.

- В чем дело, босс? - спросил Амос.

Наоми покачала головой. Заговорив, она обращалась к Клариссе.

- Я поговорила с Сабой. Я пойду с тобой к сенсорному массиву.

Бровь Клариссы изогнулась от чего-то, что она разглядела на лице Наоми.

- Хорошо. Зачем?

- Предупреждение рисков, - сказала Наоми. - Если тюремная операция не удастся, мы вытащим отсюда меньше людей. Если сенсоры вернутся к работе, и они смогут отследить, какие корабли ушли, и через какие ворота, вся миссия будет провалена. Будет лучше, если мы потратим наши ресурсы там, где они больше всего важны.

- Но если Холден ... - начала Кларисса, и замолчала. Наоми наблюдала, как к ней приходит понимание. - Передача заключенного.

Лицо Алекса посерело. И побледнело.

- Бля, - только и сказал он.

- И нам нужно что-то, чтобы записать план эвакуации, - сказала Наоми. - Что-то маленькое и портативное, и вообще не подключенное к компьютерным сетям.

Амос расцепил руки, и оттолкнулся от раковины.

- Я займусь, босс. Дай двадцать минут.

- И что-нибудь, чем писать, - сказала Наоми, пока здоровяк выходил в общественный коридор.

Её ручной терминал завибрировал, и она вернулась к кушетке. Просчет был завершен. Двадцать кораблей, расставленных в порядке, который обеспечит им уход через врата с минимальным риском и максимальной скоростью. Оптимум в восемьдесят семь минут, даже с учетом того, что Росинант вернется подобрать Амоса, Бобби, Клариссу и её. Довольно уверенный план.

У неё имелся уверенный план.

Она вызвала свои организационные заметки, и немного помедлила, глядя на слова, которые там были.

СПАСТИ ДЖИМА

Она перечеркнула этот пункт.

Глава сорок четвёртая

Бобби

- Хай, - сказала Катрия, оборачиваясь. Призрак улыбки коснулся её губ, и Бобби удивилась ясному пониманию, что всё насилие их первой встречи полностью забыто и прощено.

- Готова к игре?

Мгновение спустя на неё взглянула и Наоми. От истощения белки её глаз пожелтели, а кожа приобрела пепельный оттенок. Бобби положила руку ей на плечо, чтобы успокоить насколько возможно.

- Позаботься о ребятишках, пока не вернусь.

- Я все сделаю. Удачной охоты.

Произнесенные слова стали небольшим ударом поддых. Надеюсь, ты кого-нибудь убьешь. Другого десантника, которому не повезло родиться по ту сторону баррикад. Который так же предан своему народу, как ты. Кто-бы он ни был, я надеюсь, что ты достанешь его раньше, чем он достанет тебя. И правда в том, что радость в этом тоже была. Несколько самых важных лет своей молодости она провела в тренировках именно для таких моментов, и пусть часть её всё ещё стремилась расти дальше, взрослеть и войти в возраст как мирная женщина, другой части продолжали нравиться драки.

- Спасибо, - сказала Бобби, отступая.

- Бобби... Извини.

Бобби кивнула, и Катрия подхватила свой ящик с инструментами. Они пошли рядом к пересечению с большим коридором. Позади них закрылась дверь, с мягким щелчком и жужжанием блокировки. Катрия усмехнулась, но Бобби не стала спрашивать, почему. Ей не очень-то хотелось знать.

Большинство людей в коридоре шли пешком, но навстречу попалось и несколько картов, груженых контейнерами. На одном из перекрестков, мужчина внутри погрузочного меха с четырёх-точечной ремённой подвеской перемещался со склада на склад. Поравнявшись с ним, Бобби одной рукой смогла бы обхватить мужчину за шею, придушив, а другой отталкивая его руки от рычагов управления. Выпихнуть из меха, запрыгнуть внутрь самой, и закрепиться. Вероятно, это заняло бы не больше тридцати секунд. Легче лёгкого.

По мере движения по её телу разливалась расслабленность, оседая вниз к бедрам, смягчая походку, смещая центр тяжести. Бобби тихо присвистнула; Катрия подняла бровь, но не прокомментировала. На экранах вдоль стен шли новости, из которых становилось ясно, что внимание сил безопасности сосредоточено на террористической ячейке, взорвавшей кислородные баки. Но Бобби не наблюдала никого, кто бросил бы на них и второй взгляд, не то что сосредоточился.

В холлах чувствовалась разреженность. Бессодержательность проступала во всём вокруг, не смотря на присутствие картов и людей. Отчасти причиной было то, что без кораблей, уходящих и приходящих на станцию, общее движение стало менее интенсивным. Но ещё тут был страх. Люди оставались в убежищах. Опасались приближаться к контрольно-пропускным пунктам. Держались подальше от неприятностей.