Джеймс С. – Пространство (страница 450)

Снаружи их апартаментов станция Тихо вытягивалась длинными, плавными кривыми. Она была одной из жемчужин Альянса Внешних Планет. Церера была больше, а станция Медина удерживала таинственную нулевую зону между кольцами, но станцией Тихо АВП гордилась с самого начала. Огромные широкие линии были не функциональны и придавали ей вид скорее парусного судна, а не тех кораблей, которых она обслуживала. Станция могла похвастаться своей красотой. Здесь находятся умы, которые раскрутили Эрос и Цереру; здесь находится верфь, которая построила крупнейшее судно в истории человечества. Мужчины и женщины, которые не так много поколений назад впервые преодолели бездну за Марсом, были достаточно умны и сильны, чтобы всё это построить.

Алекс отправился на долгую прогулку. Люди, проходившие мимо него, были астерами, их тела были длиннее по сравнению с земными, а головы больше. Сам Алекс вырос в относительно низкой марсианской гравитации, но даже он совсем не соответствовал физиологии, которую давало детство, проведённое в микрогравитации.

Растения росли в пустых пространствах широких коридоров, виноградные лозы ползли вверх против центробежной гравитации, хоть это и было против обычного тяготения на Земле. Дети бегали по коридорам, это напомнило ему время, когда он прогуливал школу в Лондрес-Нова[Нью-Лондон португ.]. Он выпил свой кофе и попытался утихомирить сжигавшее его чувство. Станция Тихо была так же искусственна, как и «Роси». Вакуум вне его корпуса не был более великодушным. Но спокойствие не приходило. Станция Тихо была не его кораблем, не его домом. Эти люди, проходившие мимо него, когда он шёл в общую зону и смотрел сквозь массивную и многослойную прозрачную керамику на сверкающие огнями верфи, не были его семьёй. И он продолжал задаваться вопросом, что Тали подумала бы обо всём этом. Попади она сюда, может, ей понравилось бы здесь, поскольку он не мог дать ей ту жизнь, которую она хотела бы прожить на Марсе.

Опустошив свою чашку, он развернулся и неспешно побрёл вместе с потоком пешеходов, уступая дорогу электрическим картам и обмениваясь небольшими, культурными любезностями на том многоязычном лингвистическом кошмаре, которым был астерский жаргон. Он не слишком задумывался о том, куда идёт, пока туда не дошёл.

«Роси» лежала в вакууме полуодета. С полностью срезанной внешней обшивкой и её внутренним корпусом, светящимся рабочими огоньками, она выглядела маленькой. Шрамы от их приключений, по большей части, покрывали внешний корпус. Эти шрамы уже исчезли, остались лишь более глубокие раны. Отсюда он не мог их видеть, но он знал, что они были. Он провел на «Росинанте» столько же, сколько и на любом другом корабле в своей карьере, и он любил её больше, чем любой из них. Включая его первый корабль.

— Я вернусь, — прошептал он кораблю, и словно в ответ сварочная установка на её корпусе на мгновение засветилась ярче, чем неэкранированное солнце в марсианском небе.

Апартаменты Наоми и Холдена были ниже по коридору чем те, где жили Алекс с Амосом. Их дверь так же была с отделкой под дерево, а номер на стене светился так же ярко. Алекс позволил себе войти, присоединяясь к уже идущему разговору.

— …если ты думаешь, что это необходимо, — сказала Наоми, её голос раздавался из главной комнаты. — Но я думаю, что последнее доказательство, которое ты вычистил, достаточно серьезное. То есть, Миллер больше не возвращался, верно?

— Верно, — ответил Холден, кивнув Алексу. — Но мысль, что эта мерзость так долго была на корабле и никто о ней не знал, пугает меня до жути. А вас нет?

Алекс протянул свою чашку, Холден взял её и автоматически наполнил. Без сахара и оставил место для сливок.

— Пугает, — сказала Наоми, проходя на кухню, — Но не настолько, чтобы снять всю проклятую переборку. Замена не сравнится с оригиналом. Ты это знаешь.

Алекс встретил Наоми Нагату на «Кентербери». Он всё ещё видел сердитую девчонку, которую капитан Макдауэлл представил своим новым младшим инженером. Она пряталась за своими волосами почти год. Сейчас у неё появились первые седые пряди. Она стала чувствовать себя увереннее и сильнее, чем Алекс когда-либо мог от неё ожидать. А Холден, напыщенный, самонадеянный старпом, переключившийся на гражданскую работу и хваставшийся, как его уволили с позором из армии, стал тем человеком, который вручил ему сливки и с радостью признал нерациональность своих страхов. Он предположил, что время изменило всех. Только он не был уверен, как изменился он.

За исключением Амоса, в нём ничто не изменилось.

— Что насчет тебя, Алекс?

Он усмехнулся и, как жители долины Маринер, протяжно произнёс:

— Ну, блин, оно не убило нас, когда было здесь, думаю, и не собиралось. Теперь его нет.

— Ладно, — вздохнул Холден.

— Это сохранит нам деньги, — сказала Наоми. — Нам же лучше.

— Я знаю, — ответил Холден. — Но я всё равно буду чувствовать себя странно.

— А где Амос? — спросила Наоми. — До сих пор по бабам ходит?

— Нет, — ответил Алекс. — В первые дни он промотал в борделе почти все свои деньги. С тех пор мы просто слонялись.

— Нам нужно придумать, чем его занять, пока мы на Тихо, — сказал Холден. — Чёрт, нам нужно придумать, чем занять всех нас.

— Мы могли бы поискать работу на станции, — предложила Наоми. — Не знаю, какие тут есть вакансии.

— Мы получили с полдюжины предложений на платные опросы по Новой Терре, — сказал Холден.

— Как и любой другой человек, вернувшийся через кольцо, — ответила Наоми со смехом в голосе. — И связь всё ещё работает в обе стороны.

— Значит, по-твоему, нам не стоит за это браться? — спросил Холден. Его тон немного задевал.

— Я говорю, что могу найти более интересное занятие, чем болтовня о себе за деньги.

Холден немного поколебался.

— Справедливо. Но мы застряли здесь надолго. Нам нужно чем-то заняться.

Алекс глубоко вдохнул. Вот и он. Тот самый момент. Но он всё не мог решиться. Он добавил в чашку сливки, кофе стал светлее. Комок в горле казался размером с яйцо.

— В общем, — произнес он. — Я… Я думал кое о чём.

Дверь открылась и в комнату вошел Амос.

— Эй, кэп. Мне нужен отпуск.

Наоми наклонила голову, её брови нахмурились, но заговорил Холден.

— Отпуск?

— Да, мне нужно вернуться на Землю ненадолго.

Наоми присела на стул возле барной стойки.

— А в чем дело?

— Не знаю, — ответил Амос. — Возможно ни в чём, но мне нужно разобраться, чтобы узнать. Быть уверенным. Понимаешь?

— Что-то не так? — спросил Холден. — Ведь если что, мы можем дождаться, когда «Роси» починят и слетать все вместе. Я всё искал повод взять Наоми с собой на Землю, познакомить с роднёй.

Досада промелькнула на лице механика так быстро, что Алекс едва успел заметить. Моменты, вроде этого, заставляют его нервничать. То, как Холден мог вытолкнуть Наоми из её зоны комфорта, даже не понимая, что он делает. Но она опомнилась ещё до того, как Амос смог заговорить.

— Лучше поищи другой повод, кэп. Я немного тороплюсь. Леди, с которой я раньше проводил время, умерла. Мне просто нужно съездить, убедиться, что всё идёт как надо.

— О, мне очень жаль, — произнесла Наоми вместе с Холденом. — Хочешь позаботиться о её собственности?

— Ну, да. Вроде того, — ответил Амос. — В общем, я забронировал транспорт до Цереры, а потом дальше, но мне нужно обналичить часть своих акций, чтобы было на что жить, пока буду там.

На секунду комнату заполонила тишина.

— Но ты же вернешься? — спросила Наоми.

— Планирую, — ответил Амос. Алекса поразило, что ответ был честнее, чем просто «да». Амос планировал вернуться, но всякое случается. За всё время, что они провели в бегах на «Кенте» и на «Роси», Алекс никогда не слышал, чтобы Амос говорил о своей жизни на Земле, только в самых общих чертах. Он задавался вопросом, было ли это из-за того, что упоминание прошлого просто не имело смысла, или о нём было слишком болезненно говорить. С Амосом могло быть и то и другое одновременно.

— Разумеется, — сказал Холден. — Только скажи, сколько тебе нужно.

Переговоры были быстрыми, перечисление прошло с одного ручного терминала на другой. Амос усмехнулся и похлопал Алекса по плечу.

— Ладно. Теперь у тебя свободная квартирка.

— Когда ты улетаешь? — спросил Алекс.

— Где-то через час. Мне нужно занять очередь.

— Ладно, — сказал Алекс. — Береги себя, напарник.

— Само собой, — сказал Амос и ушел.

Трое оставшихся члена экипажа «Роси» тихо стояли на кухне, Холден выглядел шокированным, Наоми — веселой. Алекс чувствовал себя где-то посередине.

— Это было странно, — сказал Холден. — Думаешь, с ним всё будет в порядке?

— Это Амос, — ответила Наоми. — Я больше волнуюсь за того, кого он собрался навестить.

— Справедливо, — ответил Холден, затем потянулся, чтобы присесть на стойку и повернулся к Алексу. — О чём это мы? Ты говорил, что думал кое о чём?

Алекс кивнул. «Я думал, как тяжело разбивать семью и о семье, которую я разбил до этого, и что мне нужно снова повидаться с моей бывшей женой и попытаться понять, кем мы были друг другу, и разобраться со всем, что мы сделали. До теперь, всё это казалось как-то веселее».

— Учитывая, что мы пробудем в доке довольно продолжительное время, я подумал, что я могу слетать на Марс. Проверить свою старую берлогу.

— Хорошо, — сказал Холден. — Но ты вернёшься до окончания ремонта, правда?