Джеймс С. – Пепел Вавилона (ЛП) (страница 69)

— Очень своевременно. Ладно, скажи Саузеру, что я иду. И пусть захватит мне сэндвич или что-нибудь еще.

— Какой вы хотите? Я могу встретить вас...

— Нет, скажи Саузеру. Он обрадуется.

Конференц-зал был самой защищенной комнатой во всей Солнечной системе, но по его виду этого никак не скажешь. Достаточно маленький, чтобы с комфортом разместить шесть человек. Красные занавески на стенах скрывают системы отопления и воздухоочистки. Широкий темный стол, чуть ниже обычного, чтобы оставить побольше места голографическому дисплею, который никто никогда не использовал. Красиво, но не функционально. Марсианский военный атташе Роудс Чен прибыл не для того, чтобы восторгаться графическим дизайном, и тем нравился Авасарале.

Он сидел у стола между своими секретарем и помощником. Саузер тоже был тут, перешучивался с Роудсом, откинувшись в кресле. Ее ждала маленькая оловянная тарелка – белый хлеб и огурцы. Увидев Авасаралу, Чен встал, и остальные последовали его примеру. Она жестом пригласила их сесть.

— Спасибо, что пришли, — начала она. — Я хотела убедиться, что наши марсианские союзники в полной мере владеют информацией о ситуации с Вольным флотом.

— Премьер-министр Ричардс приносит свои извинения, — сказал Чен, усаживаясь. — Дома еще не спокойно, и она не может позволить себе физически отсутствовать.

— Я понимаю. А как ваша жена Микаэла? Ей лучше?

Чен моргнул.

— Э-э-э... да. Да, ей намного лучше, спасибо.

Авасарала повернулась к Саузеру.

— Жена адмирала Чена ходила в одну школу с моей дочерью Ашанти, — пояснила она. 

Вряд ли Чен помнил или вообще знал об этом. Честно говоря, девочки не были особенно близки, но надо играть теми картами, которые сдает тебе вселенная. Авасарала взяла сэндвич, откусила кусок и положила обратно, давая Чену время прийти в себя.

— Мне придется попросить ваших людей выйти, — сказала она.

— Это доверенные лица, — сказал Чен, кивнув, будто бы согласился.

— Но не мои, — возразила Авасарала. — Мы ничего им не сделаем, но остаться они не могут.

Чен вздохнул. Его секретарь и помощник собрали свои вещи, любезно кивнули Саузеру и Авасарале и удалились. Саузер наклонил голову, ожидая отчета системы, не оставил ли кто-то из них что-нибудь. Глупо будет зайти так далеко и не заметить жучка. Через секунду он помотал головой.

— Итак, — сказала Авасарала, — не перейти ли нам к делу?

Чен не возразил, и Саузер вывел схематическое изображение Солнечной системы в ее нынешнем состоянии. На главной оси — Солнце и кольцо врат, остальные планеты, их спутники, станции и астероиды рассыпаны по местам, куда их поместила орбитальная механика. Пропорции немного искажены ради лучшей видимости, как на любой тактической карте такого масштаба. На самом деле все дети человечества жили на камешках меньше пылинки на поверхности океана. Этот факт скрывали графиками, подсвеченными названиями кораблей и векторами. Если сохранить масштаб, на карте нечего было бы смотреть. Даже Земля, на которой сейчас страдали миллиарды человек, оказалась бы не больше точки.

Вольный флот был показан желтым, объединенный флот — красным. Беглые корабли Мичо Па и их так называемые новые союзники из АВП — золотым. Саузер вытащил указку и привлек их внимание к вратам у края системы.

— Наша цель — станция Медина, – сказал он своим до странности высоким, мелодичным голосом. — Тому есть несколько причин, но главная в том, что это узкое место для прохода к колонизированным системам, включая Лаконию, где, по всей видимости, открыл свой магазин бывший марсианский адмирал Уинстон Дуарте. Кто владеет Мединой, тот контролирует врата и трафик через них. Для нас это снова откроет дорогу торговым кораблям колонистов, а Инаросу отрежет поставки.

Чен подался вперед, поставив локти на стол. В глазах играли блики от дисплея. Он никак не отреагировал на фамилию Дуарте, поскольку ожидал его услышать и приготовился. Ричардс не пытается отрицать роль марсианского флота в нынешнем бардаке. Это хорошо. Авасарала откусила еще кусок сэндвича и пожалела, что не догадалась принести фисташек. Сразу после силовых тренировок аппетит пропадал, но, возвращаясь, становился просто волчьим.

— До сих пор методы Инароса заключались в стратегическом отступлении, – продолжил Саузер. — Он не пытается удерживать территории, а просто грабит их и уходит, оставляя живущих там людей на попечение объединенного флота. Эти методы хорошо работали, потому что мы не хотели слишком растягивать наши силы, и Вольный флот имел возможность проводить свои рейды и атаковать флот Земли и Марса, а также собственные оппозиционные фракции.

— Пиратов, — вставил Чен.

— Пиратов, — согласилась Авасарала. Нет необходимости спорить о терминологии.

— Мы полагаем, что с Мединой эта стратегия не сработает, — сказал Саузер. – Значение станции слишком велико, чтобы Вольный флот мог ее бросить. А если мы ошиблись, и он уйдет... Что ж, тогда у нас будут все преимущества, на которые мы надеялись, а он будет выглядеть дураком.

— Он ее не оставит, – сказала Авасарала.

— А что насчет рельсовых пушек? — спросил Чен. 

Интересный ход, показывающий, что Марсу уже известно об оборонительной артиллерии. Авасарала пока не поняла, чего они хотели достичь, сообщая ей об этом. Саузер взглянул на нее, и она кивнула. Нет нужды притворяться.

– Наши разведданные получены от перебежчиков из Вольного флота. Капитан Па с «Коннота» входила в ближний круг Инароса. Как мы понимаем, рельсовые пушки, установленные на инопланетной станции, являются первой линией обороны Медины. На станции также есть орудия точечной обороны и запас торпед, оставленный Дуарте, но рельсовые пушки установлены, чтобы уничтожать любые чужие корабли, проходящие сквозь врата.

— Похоже, это проблема, — сказал Чен. — Как думаете решать ее?

— Мы собираемся послать сквозь врата хренову тучу кораблей, — сказала Авасарала, пока Саузер переключался с карты на изображение «Джамбаттисты». Не слишком красивый корабль, большой, приземистый, неуклюжий.

— Это переделанный водовоз с командой из фракции Остман-Ясински Альянса внешних планет, — пояснил Саузер. — На нем около четырех тысяч мелких суденышек. Бурильщики, маленькие транспортники, геологоразведчики. Адская смесь. Мы зовем его нашей суринамской жабой, но в реестре корабль записан под именем «Джамбаттиста».

– Значит, на нем четыре тысячи реакторов? – спросил Чен.

— Нет. Большинство двигателей работает на химическом ракетном топливе или сжатом газе. Многие не слишком отличаются от скафандрового двигателя, присобаченного к стальному ящику. Это одна из причин, по которым мы везем их к кольцу — это не дальнобойные суда. Полагаю, половина из них и от кольцевых врат до Медины едва долетит. Кроме них есть несколько тысяч торпед с разными, но в основном маломощными боеголовками.

— Пушечное мясо, значит, — заметил Чен.

— Люди будут далеко не на всех кораблях, — сказала Авасарала. — Даже члены АВП не настолько самоубийцы.

Саузер продолжил:

— На лучших кораблях будут десантные отряды, чьей задачей станет взять под контроль не саму Медину, а рельсовые пушки. Как только они это сделают, мы рассчитываем, что Медина капитулирует. И поскольку пушки должны были оборонять Медину от тринадцати сотен врат, а мы сосредоточимся лишь на вратах в Солнечную систему и к Лаконии, то получим довольно сильную оборонительную позицию и сможем укрепить ее не только из Солнечной системы, но и кораблями колонистов, которые захотят и смогут прийти нам на помощь.

— Ясно, — заметил Чен.

— Я чувствую скептицизм, — сказала Авасарала.

— Не поймите меня неправильно, мэм, но тут что-то не вяжется. Если бы Инарос пытался заставить нас слишком растянуть флот, то этот полет к краю системы для него просто мечта. Если только вы не планируете отправить тот корабль без охраны, но тогда с тем же успехом его можно вообще не отправлять.

— Сопровождать их будет бывший марсианский корвет с собственной килевой рельсовой пушкой, — пояснил Саузер. — «Росинант» уже идет наперехват со станции Тихо. Относительно недалеко.

— В том, чтобы иметь этот актив на Медине, когда мы ее возьмем, есть свои преимущества, — сказала Авасарала.

Слабый смешок Чена не внушал надежды. Авасарала потянула правую ногу, прислушиваясь к боли в ней. Утром будет хуже. Силовые тренировки — это аргумент против существования милосердия Божьего. Если, конечно, тому нужны еще какие-то подтверждения.

— К чему вообще утруждаться? — спросил Чен. — Единственный корабль сопровождения и старый ледовоз отправляются к главной стратегической точке системы? Не хочу показаться грубым, но, кажется, вы не слишком дорожите людьми на этих кораблях. Вольный флот превратит их в шлак, не успеют они и на миллион км подойти к вратам.

— Это мы еще посмотрим, — возразил Саузер.

Будь Чен собакой, его уши сейчас встали бы торчком. Авасарала видела это на его лице и в развороте плеч.

— Именно поэтому нам нужно было поговорить. Тайно. Мне нужны гарантии, что гниль в сердце вашего флота полностью выжжена. Я верю, что Эмили Ричардс позаботится о своих интересах и интересах Марса. Именно в таком порядке. И я провела тщательное расследование в отношении вас.

— Вы... что?

Авасарала развела руки примерно на метр.

— У меня есть досье на вас вот такой толщины. Я знаю про каждый прыщ, вскочивший у вас с тех пор, как начал ломаться голос. Всё. Хорошее, плохое, нейтральное. Всё-всё. Я влезла в ваши личные дела так глубоко, что вы и представить не можете.