Джеймс С. – Падение Левиафана (страница 94)

На мгновение Джим позволил себе заглянуть вперед сквозь эпохи, чтобы увидеть яркость, с которой человечество могло бы распространиться по Вселенной, открывая, создавая и развиваясь в своем хоре. Выходя за пределы того, что может представить себе один человеческий разум. Одеяло света, соперничающее с самими звездами. Вернувшись в светлую камеру, его физическое тело застонало от благоговения.

И он вздохнул.

"Оно того не стоит".

"Да", - сказал Миллер. "Я знаю. Но что ты можешь сделать?"

"Они закрыли кольца, - сказал Джим, - но они сохранили станцию. Медленную зону. Они оставили все здесь, чтобы можно было к этому вернуться. Кольцо Сола не могло бы работать, если бы здесь не было станции, с которой оно могло бы соединиться. Они наложили повязку, не вытащив сначала занозу".

Миллер задумчиво хмурился, но в его глазах был блеск. Где-то Тереза выкрикивала имя Джима. Он должен был позаботиться об этом. Но сначала было еще одно дело.

"Амос", - сказал он, и большой механик повернулся, чтобы посмотреть на него. В машинном цехе было включено аварийное освещение, и целая полоса палубы просто отсутствовала. В одной руке Амос держал набор для ремонта, в другой - сварочный аппарат. Мускрат, все еще сидевшая на своей кушетке, издала приветственный лай и повизгивала.

"Привет, кэп".

"Насколько серьезны повреждения?"

Амос пожал плечами. "Бывало и хуже. Что случилось с тобой?"

"Многое. Действительно много. Мне нужно, чтобы ты оказал мне услугу".

"Конечно."

"Скажи Наоми эвакуировать пространство кольца. Выведите всех. И куда бы вы ни отправились, будьте готовы остаться там".

"О каком времени идет речь?"

"Оставайтесь там", - сказал Джим, и Амос поднял брови.

"Что ж. Хорошо."

На краю кольцевого пространства враг сдвинулся и надавил, чувствуя, возможно, что силы Джима уже не те, что раньше. "И скажи ей, чтобы поторопилась. Я не уверен на сто процентов, сколько смогу продержаться".

Амос оглядел цех, поджав губы, потом вздохнул и начал укладывать набор для ремонта. "Ты уверен, что не хочешь сказать ей сам?"

"Я думаю, мы уже сказали все, что нужно было сказать", - сказал Джим. "Еще одно прощание не поможет".

"Я вижу. Ну, с тобой было приятно работать".

"И тебе тоже".

"Эй, кэп, что там с остальными?"

"Танака мертв. Дуарте тоже".

"Кроха?"

"Не уходи, пока она не приедет."

"Это то, что я ждал услышать".

Джим вернул свое внимание к станции, сложной и активной, как его клетки. Теперь все имело для него смысл - проходы, часовые, огромные машины, которые разбивали богатый свет и открывали дыры в спектре. Это порождало тонкие линии. Они так многого не видели и не понимали. Все они просто пробирались через врата, используя их как короткие пути и надеясь на лучшее. Вид прекрасных идиотов.

Он сдвигал то, что мог, переделывал проходы. В этом был определенный риск. Тонкие линии дрогнули, и враги закружились, принюхиваясь к воротам. Джим открыл глаза.

Боль была ошеломляющей. Теперь, когда он снова осознал свое тело, он не понимал, как раньше игнорировал ее. Онемение в конечностях сменилось жжением. Нити в его боку натянулись и порвались. Было трудно видеть. Глаза слезились, а кожа по всему телу сильно чесалась, но руки были скованы, и он не мог почесаться.

Тереза плавала в шаре. Он знал, что она кричала о нем так же, как он знал относительную плотность различных элементов или имена греческих богов. Интеллектуально, не помня, где он это выучил.

"Тереза", - сказал он. Его голос звучал влажно и флегматично. Она не ответила. "Тереза!"

начала она. Ее лицо было в пятнах. Ее глаза были красными и несчастными. Она выглядела ужасно. Она выглядела ужасно красивой. Она выглядела очень человечной.

"Я расчистил для тебя путь к кораблям", - сказал Джим. "Тебе нужно бежать..."

Глава сорок восьмая: Алекс

". ...немедленно эвакуируйтесь. Предполагайте, что в какой бы системе вы ни оказались, вы будете находиться там с этого момента. Ожидайте и не вступайте в дальнейшие контакты после вашего транзита, и не возвращайтесь в кольцевое пространство после того, как покинете его. Это не шутка. Это не учения. Сообщение повторяется". Наоми закончила запись, отправила ее, а затем отплыла от своего контрольного экрана и пару раз сглотнула. Алекс почувствовал то же самое. Пустота в его нутре.

"Ну", - сказал он. "Святое дерьмо".

Оперативная палуба вокруг них не была в руинах, но это было больно. Он был на камбузе, когда вселенная стала странной, и черные твари проплывали сквозь нее, словно материя была тонким туманом, и только они были реальными. Что было совсем неплохо, учитывая, что половина кушетки пилота теперь отсутствовала. Если бы он был на своем обычном месте, он бы ни о чем таком не беспокоился.

Правая рука Наоми была в перевязи, но она ничего не потеряла. Насколько они могли судить, она отпрыгнула назад, когда одна из тварей направилась к ней, и ударилась плечом о переборку. Длинный участок настила исчез, а во внутреннем корпусе была дыра, которую Амос быстро заделал, металл блестел на фоне старого покрытия из пены и ткани.

"Что нам нужно, чтобы быть готовыми?" спросила Наоми.

Амос замолчал, как делал это с тех пор, как его убили, потом пожал плечами. "Есть несколько вещей, которые я должен подлатать. Мы потеряли один из портовых PDC, но пока мы не планируем ни в кого стрелять, это может подождать. Убедитесь, что водяные баки не протекают, и трижды проверьте реактор и привод."

"Как долго?"

Большой механик улыбнулся. "Если все в порядке, то полчаса. Если нет, то зависит от того, насколько мы плохи".

"Начинайте, а я приду на помощь, как только смогу".

"Понял, босс", - сказал Амос. "И Кроха, верно?"

"Без нее не уедем", - сказала Наоми. "Но я, возможно, освобожу Сокола".

"Тогда я пойду проверю мостик. Можно здорово напортачить, если пытаться сложить их обратно, когда они сломаны".

"Спасибо", - сказала Наоми, затем повернулась к Алексу. "Предполетные проверки. Все, сверху донизу. И продолжайте прогонять диагностику до той секунды, когда мы будем готовы к старту. Если сможешь пройти их пять раз, делай их пять раз".

"Понял", - сказал Алекс и втащил себя на неповрежденную аварийную кушетку. "Не волнуйся. Роси теперь нас не подведет".

"Это потому, что мы не подведем его", - сказала Наоми.

На тактическом дисплее корабли, все еще остававшиеся в кольцевом пространстве, начали переходить от желтого к зеленому цвету по мере того, как менялись их курсы и расцветали их приводы. На комме уже стояло в очереди полдюжины запросов на связь - люди просили разъяснений или помощи. Он не знал, что делать с каждым из них.

Наоми пока игнорировала их, а сама отправила запрос на соединение с Элви, который был принят сразу же, как только был сделан.

"Каков статус Сокола?" спросила Наоми.

Алекс начал диагностику, запрашивая у каждого из маневровых двигателей мощность, состояние подачи реактивной массы, давление и реакцию управления.

Ответ Элви был в равной степени похож на манию и облегчение. "В жопе, в смятении и далеко от дома".

"Мне понадобится что-то более техническое", - сказала Наоми, но в ее голосе звучала улыбка. Один из портовых движителей выдал сигнал о низкой реактивной массе. Алекс начал изолировать линию и искать перепады давления.

"Мы потеряли двух членов экипажа. Харшаан Ли и Дэвид Контрерас. Не думаю, что вы знакомы с Дэвидом. Он был химиком. У него была жена на Лаконии".

"О. Не Харшан. Мне так жаль."

"Мы понесли некоторый ущерб, но не такой большой, как в прошлый раз, потому что я прошел через это уже дважды. Я никогда не хотел делать это снова. Я ненавижу это."

"Как скоро ты сможешь идти?"

"Это займет час", - сказала Эльви. "А потом, как летучая мышь из глубин ада".

Алекс нашел проблему. Сломанная подача воды из резервуаров. В идеальной жизни они бы все починили, но "Роси" была создана для войны. Множественное дублирование было в ее природе. Ее резервные копии имели резервные копии. Он начал пролистывать альтернативные каналы, пока диагностика шла впереди него.

"Куда ты идешь?" спросила Наоми.

Алекс почувствовал легкое беспокойство при вздохе Эльви. "Сол", - тихо сказала она. "Я еще не сказала, но Сол".

"Не в Лаконию?"

"Вихрь" направляется в ту сторону. Даже если Трехо решит выполнить свою амнистию, а за нарушение своего слова не будет буквально никаких последствий, я уверен, что у адмирала Гуджарата есть список врагов. Если я в нем есть, а я в нем очень даже есть, то многим моим сотрудникам тоже придется несладко. Я разрушаю некоторые семьи, но спасаю несколько жизней. А ты?"