Джеймс С. – Игры Немезиды (ЛП) (страница 26)

По закону, любой движущийся корабль должен зарегистрировать свой план полета и включить радиомаяк. Это позволяло легко отслеживать перелёты кораблей с одного места в другое. А с включённым маячком можно было понять, куда наводить телескоп: работающий двигатель был виден через всю Солнечную систему. Но во время ремонта в доках корабли обесточивались, так что маячки постоянно пропадали. Когда корабли списывались, маячок могли отключить и уже никогда не включить по вполне законным причинам. Появление новых имён означало впервые введённые в эксплуатацию суда и корабли, чьё регистрационное имя сменилось в результате продажи. Одни были сооружены на скорую руку из металлолома, другие — построены на верфях, третьи — спасены от утилизации. И всё это простиралось на сотню квинтиллионов квадратных километров пространства, плюс-минус несколько квадриллионов. И это только если проигнорировать существование третьего измерения!

Итак, семнадцать кораблей исчезли, проходя через кольцевые ворота, и, если Холден был прав, они, вероятно, вернулись в родную систему уже с новыми именами. В теории способ получить нужную ему информацию существовал, но, если он не хочет провести несколько сотен жизней, разбирая исходные данные, ему понадобится помощь.

В частности, ему нужен был компьютер, который смог бы прошерстить ряд огромных баз данных: на новые корабли, списанные корабли, проданные корабли, отремонтированные корабли и утерянные корабли — и найти любые несоответствия. Даже с хорошим компьютером и очень умной программой сортировки данных, это было, как сказал бы программист, весьма непростой задачей.

И, к сожалению, лучший инженер-программист, которого знал Холден, улетел в неизвестном направлении и не отвечал на его сообщения. У него не было навыков, чтобы справиться самостоятельно, времени, чтобы приобрести эти навыки, или команды, которая сделает это за него. Но зато у него были деньги.

После смены, где он работал над починкой «Роси» с людьми Сакаи, Холден снова позвонил Фреду:

— Фред, привет, у меня тут проблемы с программным обеспечением. Могу я нанять на небольшой срок кого-нибудь из твоих программистов?

— Твоему кораблю понадобились обновления? — спросил Фред. — Или это для чего-то, что меня разозлит?

— Для чего-то, что тебя разозлит. Итак, к кому можно обратиться с просьбой написать парочку скриптов?

Паула Гутьеррес имела удлиненное тело и слегка негабаритную голову из-за детства при низкой гравитации. Улыбка была резкой и профессиональной. Она была внештатным инженером-программистом, который пять лет назад занимался шестимесячной консультационной работой на Тихо, а затем просто остался на станции, получив огромное количество разовых заказов. На ручном терминале Холдена её широкое лицо заполнило экран темными густыми бровями и ослепительно белыми зубами.

— Итак, вот, что мне нужно, причём как можно быстрее, — сказал Холден, изложив свои требования. — Это выполнимо?

— Запросто, — сказала Паула. — Тихо хранит копии всех данных о транспорте в базе на локальном сервере, поэтому даже не стоит париться из-за лагов. Впрочем, вам придётся заплатить за скорость.

— И сколько же?

— Пятнадцать сотен в час, потребуется минимум десять часов. Предупреждаю, я не торгуюсь и не делаю скидок.

— Сумма немалая, — отметил Холден.

— Это потому что у вас нет выбора и я могу диктовать условия.

— Ладно, как скоро можно будет увидеть результаты?

Паула пожала плечами и посмотрела на что-то за кадром.

— Скажем, спустя двадцать часов с этого момента я начну отправлять вам полученные данные. Хотите, чтобы я их сгруппировала, или отправлять потоком по мере появления?

— Лучше сразу присылайте мне. Будете спрашивать, зачем мне это?

— Я никогда не задаю вопросов, — рассмеялась Паула.

Моника снимала небольшой номер люкс на гостевом уровне Тихо. Они были дорогими и, на удивление Холдена, ничем не лучше апартаментов компании, которые Фред выделил их команде. Не многие компании относятся к своим сотрудникам так же, как и к гостям. Но вежливость заставила его сделать вид, будто номер Моники был особенным, чтобы она не расстраивалась из-за потраченных впустую денег, поэтому он впечатлённо отметил, сколько тут свободного пространства и какая качественная мебель.

— Так что сказал Фред? — спросила Моника, как только он сел за её обеденный стол и отхлебнул приготовленный для него чай.

— Он не думает, что здесь есть, за что зацепиться, если честно.

— Я про использование образца протомолекулы, чтобы попытаться связаться с детективом Миллером.

— Да, — ответил Холден, поставив чашку чая на стол и отодвинув её. Первый глоток обжёг ему язык. — Я упомянул об этом, но только чтобы дать ему знать, что у него где-то утечка. В качестве зацепки этот вариант всегда был бесполезен. В ближайшее время никто не выпустит эту дрянь из бутылки.

— Хочешь сказать, я здесь зря теряю время?

— Нет, — сказал Холден. — Вовсе нет. Я думаю, что дело о пропавших кораблях имеет основания для расследования. Просто я не думаю, что тут замешан заговор пришельцев. Гораздо более вероятно, что это связанно с радикальной веткой АВП. Я ищу в этом направлении, если ты хочешь продолжать эту историю.

Моника развернула на столе ручной терминал, раздраженно желая сменить тему.

— Я сделала себе имя историей с «Бегемота». Пришельцы, врата и призрак протомолекулы, который общался лишь с самым известным человеком Солнечной системы. Не думаю, что следующей будет «Люди по-прежнему поступают подло друг с другом». Не хватает размаха.

— Так ты хочешь найти пропавшие корабли? Или ты ищешь новую порцию инопланетных странностей, которая сделает тебя ещё более знаменитой?

— Это прозвучало ужасно осуждающе для парня, который последние шесть лет светится в каждой заглавной новости.

— Ауч, — произнёс Холден, после чего повисла неловкая тишина. Моника продолжала копаться в своём терминале, избегая смотреть ему в глаза.

— Извини, — наконец сказала она.

— Ничего. Слушай, я сейчас испытываю странное чувство пустоты, и это меня беспокоит. И из-за моих попыток зацепиться за что-нибудь, я собираюсь найти эти пропавшие корабли. Скорее всего, здесь не будет инопланетного заговора, но я всё равно это сделаю. Хочешь помочь?

— Если честно, не особо понимаю, как ты собираешься это делать. Я надеялась просто спросить всезнающих инопланетян. Ты хоть представляешь, как велик космос?

— Я думал об этом, — сказал Холден. — У меня есть план. Я говорил с Фредом о радикалах АВП, но ему не нравится эта идея, поэтому он её отвергает. Зато это натолкнуло меня на мысль. АВП не стал бы просто выбрасывать кучу кораблей. Мышление астеров просто-напросто не так устроено. Они же всё перерабатывают.

— И?

— И как же найти пиратские корабли? Главный инженер Сакаи предложил искать новые корабли, которые появились, вместо того, чтобы охотиться на пропавшие.

— Сакаи предложил…

— Я работаю с ним над восстановлением «Роси». Короче, думаю, это действительно прекрасная идея. Так что я нанял местного айтишника написать анализатор данных, чтобы отследить все возникшие в реестре новые названия кораблей и попытаться вычислить их происхождение.

— Айтишника.

— Ну внештатного кодера. Не суть, как называть подобную работу, в любой момент я могу начать получать поток данных, включающий все таинственно появившиеся корабли. В их числе должны быть и наши семнадцать пропавших. В конце концов, это лучше, чем разбирать данные о всех существующих кораблях.

Моника встала и отошла на несколько шагов, ничего не говоря. Холден дул на чай и ждал. Когда она, наконец, обернулась, на её лице было написано тщательно контролируемое недоверие.

— Ты вовлёк в это Фреда Джонсона, несколько инженеров Тихо и грёбаного хакера? Ты настолько глуп?

Холден вздохнул и встал.

— Я впервые услышал об этом от тебя, поэтому буду любезен держать тебя в курсе того, как продвигается расследование…

— А теперь ты уходишь? — скептический вид Моники только усилился.

— Ну, забавная штука. Я не обязан мириться с тем, что меня называет глупым тот, кому я пытаюсь помочь.

Моника подняла ладони в примирительном жесте, как он подозревал, совсем не всерьёз.

— Извини, — сказала она, — но ты только что привлёк трёх новых людей, один из которых является самым высокопоставленным членом АВП, в моё… наше расследование. Почему ты вообще решил, что это хорошая идея?

— Ты же знаешь меня, так? — ответил Холден, не присаживаясь снова, но и не направляясь к двери. — Я ничего не скрываю. Не думаю, что Фред — злодей, а если и так, то его реакция на наши поиски сможет о чём-то рассказать. Секретность — это та почва, в которой растут все эти дерьмовые заговоры. Поверь мне. Тараканам не нравится, когда ты светишь на них.

— А если они решат избавиться от человека с источником света?

— Ну, это тоже будет забавно. Они не станут первыми, кто этого добивался, но я всё ещё здесь, — сказал Холден с усмешкой.

На следующий день начали поступать данные от Паулы. Он перевёл оставшуюся часть оплаты за её услуги и начал изучать список.

Большинство новых кораблей появлялись в пределах Марса и Земли, что было вполне ожидаемо. Верфи штамповали новые корабли и производили ремонт настолько быстро, насколько механики и инженеры могли их создать. Все, у кого было хоть два юаня, объединялись, стремясь добраться до кольцевых врат и миров за ними, а самая большая группа людей, которым нравилось жить на планетах и которые для этого уже были адаптированными физически, образовалась из двух внутренних планет. Лишь у мизерной части из тех кораблей были пробелы в записях, что и заметила программа Паулы, но даже беглый поиск позволил Холдену понять, что эти пробелы возникли, в основном, из-за ошибок в документации, но никак не из-за пиратства.