Джеймс Роллинс – Абсолютный доступ (страница 6)

Посмотрела на часы, затем закрыла глаза.

Представила себе лица детей… лицо своего партнера…

Какой-то звук в вышине привлек ее внимание. Стрекот лопастей вертолета. Вокруг нее задрожали листья деревьев. Она подняла руку, затем опустила.

Слишком поздно.

Вертолет поднялся вверх. Операция бразильской армии начнется через считаные секунды. Шэй выбросила палку, свое единственное оставшееся оружие. Какая от нее польза? Та полетела вниз, где привлекла к себе внимание бабуинов. Стая возобновила атаку, начав карабкаться по нижним ветвям.

Она могла лишь наблюдать.

– Сдохните, гребаные макаки! – внезапно раздался знакомый голос.

Внизу появилась массивная фигура с винтовкой на плече.

Бабуины взвыли. Во все стороны полетели клочья шерсти. Брызнула кровь. Ковальски, одетый в одни лишь трусы, ринулся в гущу обезьяньей стаи.

Но с винтовкой наперевес. Вертясь во все стороны, то опуская ствол, то поднимая его выше, он принялся обстреливать обезьян смертоносными дисками.

Бабуины бросились врассыпную.

За исключением их вожака. Встав на задние конечности, тот угрожающе зарычал, обнажив внушительные клыки. Ковальски скорчил похожую гримасу, показав не меньшее количество зубов.

– А ну заткнулся, засранец! – крикнул он и подкрепил свое требование долгой автоматной очередью, превратившей бабуина в кровавое месиво. Отстрелявшись, закинул винтовку на плечо, шагнул вперед и, прислонясь к стволу дерева, посмотрел наверх. – Готовы спуститься вниз, доктор?

Шэй, облегченно вздохнув, практически упала с дерева. Ковальски поймал ее.

– Антидот?.. – спросила она.

– В надежных руках, – заверил ее Ковальски. – На пути к побережью, с коммандером Кроу. Он хотел, чтобы я отправился вместе с ним, но… я… я считаю, что я перед вами в долгу.

Он поддерживал ее под руку. Они быстро добрались из джунглей к берегу моря.

– Как мы отсюда выберемся?

– Не волнуйтесь, я все предусмотрел. Похоже, что одна милая дама оставила нам прощальный подарок… – Он указал на пришвартованный неподалеку катер. – На наше счастье, Габриэлла Салазар любила своего мужа достаточно сильно, раз вернулась сюда.

Они поспешили к судну. Ковальски помог Шэй подняться на борт, затем вскарабкался сам и сел впереди.

Розауро обняла его за талию. Она заметила его окровавленное ухо и располосованную спину. Новые шрамы в дополнение к уже имеющимся.

Шэй закрыла глаза и прижалась щекой к его голой спине. Измученная и благодарная.

– Кстати, говоря о любви, – сказал Ковальски, заводя мотор катера, и оглянулся на нее. – Похоже, я тоже влюбился.

Она испуганно подняла голову, но затем вновь опустила ему на спину.

И облегченно вздохнула.

Джо смотрел на перекинутую через его плечо винтовку.

– Да-да, эта красотка спасла мне жизнь.

Как из романиста я стал автором коротких рассказов

Следующие пять рассказов появились благодаря одной литературной тенденции, когда автор пишет рассказы, из которых затем вырастают его следующие романы. Я не уверен, что знаю, кто основоположник этого тренда, но отлично помню, как ругал этого писателя – не за то, что это предполагало создание еще одного произведения, а из-за дополнительных усилий, коих требовало написание чего бы то ни было в такой жесткой, скованной рамками форме, как рассказ. После написания «Влюбленного Ковальски» я понял, как это тяжело и как сложно держать в узде мою природную склонность писать длинные, запутанные авантюрные романы, чтобы отточить историю до изложения основных событий и фактов.

И вот теперь мой издатель потребовал, чтобы я привязал эти рассказы к моему новому роману.

Недовольно поворчав, я, однако, согласился попробовать. Помню, как сидел за письменным столом, с листом бумаги и ручкой в руке, пытаясь решить эту головоломку. Я не хотел писать рассказ с подвешенным окончанием, который требовал бы от читателя купить мой новый роман, чтобы узнать, чем все закончилось. Я хотел создать самодостаточное произведение с собственными яркими персонажами и сюжетом.

На тот момент моим новым будущим романом был «Дьявольская колония».

Внимательно изучив элементы его сюжета, я постепенно уяснил для себя три вещи.

Во-первых, в романе имелась некая фоновая история – загадка, если хотите, – которая так и не получила в нем свое развитие. Во-вторых, эта загадка была связана с персонажем, о котором никогда не было отдельного рассказа. Этим персонажем была бывшая наемная убийца, а теперь союзница «Сигмы», Сейхан. В-третьих, я только что вернулся из Парижа, где у меня была возможность посетить зловещие катакомбы, таящиеся под Городом Света. Все это ярко отпечаталось в моей памяти, и у меня родилась идея. Все эти элементы слились в небольшую кровавую историю про находящуюся в бегах наемную убийцу, рассказ, который я озаглавил «Тропа мертвых».

Написав мой первый рассказ-приквел, я быстро понял, что в создании таких коротких произведений есть своя прелесть и свой вызов. Это в очередной раз позволило мне исследовать темные закоулки жизни моих персонажей, связать один роман с другим и писать рассказы, чье действие развивается стремительно и кроваво. В рассказе «Ночной дозор» я рискнул поручить Ковальски еще одну одиночную миссию. В «Корабле-призраке» коммандер Грей Пирс и Сейхан получили отпуск, который вскоре пошел наперекосяк. В рассказе «Полный провал» я свел вместе двух самых невероятных партнеров, Ковальски и Сейхан, а в «Ночную охоту» поместил двух новых персонажей, капитана Такера Уэйна и его боевого пса. Позднее я напишу еще что-нибудь про этот динамичный дуэт.

А пока я очень надеюсь, что вы с удовольствием заглянете в скрытую от глаза сторону жизни персонажей и тайные операции отряда «Сигма».

Джеймс Роллинс

Тропа мертвых

Сейхан проснулась от того, что к ее горлу приставили нож. Во всяком случае, ей так показалось.

Она окончательно проснулась, но глаза открывать не стала, притворяясь спящей, чувствуя, как что-то острое впивается в ее шею. Инстинктивно поняла, что двигаться нельзя. Пока еще нельзя. Затаив дыхание, Сейхан полагалась лишь на чувства. Но нет, она не уловила никакого движения, не почувствовала голой кожей перемещения холодного воздуха, не уловила чужого запаха или дыхания. Лишь слабый запах роз и дезинфектанта.

Неужели я одна?

Чувствуя, как что-то давит ей на шею, Сейхан приоткрыла один глаз и быстро обвела взглядом помещение. Она лежала на чужой кровати в комнате, которую никогда раньше не видела. Постель была застлана роскошным парчовым покрывалом. Над изголовьем – старинный гобелен. На каминной полке хрустальная ваза со свежесрезанными розами. Рядом – позолоченные часы восемнадцатого века на массивном мраморном постаменте.

Начало одиннадцатого. Такое же время показывали и электронные часы на прикроватном столике. По теплому оттенку света, проникавшего сквозь прозрачные шторы, Сейхан поняла: сейчас утро.

Она уловила приглушенные голоса. Говорили по-французски, как и следовало ожидать, судя по мебели и убранству комнаты. Голоса доносились извне, скорее всего, из коридора.

Это гостиничный номер, предположила Сейхан. Дорогой, элегантный, какой ей ни за что себе не позволить. Она подождала еще несколько секунд, чтобы окончательно убедиться, что в комнате, кроме нее, никого нет.

Юные годы Сейхан прошли в трущобах Бангкока и на задворках Пномпеня. Типичная полудикая обитательница улиц, именно тогда она и обрела простейшие навыки своей будущей профессии. Искусство выживания на улицах требовало постоянной бдительности, хитрости и жестокости. Когда бывшие наниматели нашли ее и забрали с улицы, переход в статус наемного убийцы прошел для нее абсолютно безболезненно.

Спустя двенадцать лет у Сейхан было новое лицо, к которому она до сих пор так и не привыкла, и все время ждала, когда же, образно говоря, мягкая глина наконец затвердеет и примет законченные очертания.

Но кем же она тогда станет? Она предала своих бывших нанимателей, международную преступную организацию, известную как Гильдия. Впрочем, это название не было настоящим – лишь удобным звучным псевдонимом. Истинная суть и цели этой организации оставались неясными даже для тех, кто на нее работал.

Совершив предательство, Сейхан лишилась всего: дома, страны, всего на свете, за исключением разве что сомнительной верности американскому спецотряду «Сигма». Оно наняло ее выяснить настоящих кукловодов, искусно управлявших Гильдией. Ей было поручено уничтожить своих бывших хозяев прежде, чем те уничтожат ее.

Именно это и привело Сейхан в Париж – задача найти конец нити и размотать весь клубок.

Медленно сев на постели, она увидела собственное отражение в зеркале платяного шкафа. Черные волосы спутаны. Зеленые глаза мутные, тусклые; им невыносим даже слабый утренний свет! Ее явно накачали каким-то наркотиком.

Кто-то раздел ее до трусов и бюстгальтера – чтобы обыскать на предмет скрытого оружия или просто для того, чтобы унизить. Ее одежда – черные джинсы, футболка и черная байкерская куртка – сложены в стопку на антикварном кресле эпохи Людовика XV. На прикроватном ампирном столике аккуратно разложено ее оружие, словно в насмешку над его смертоносным характером. Пистолет «ЗИГ-Зауэр» все еще оставался в наплечной кобуре, тогда как кинжалы и ножи были вытащены из ножен, и их лезвия недобро поблескивали в лучах света. Так же как и новое ювелирное изделие…