Джеймс Олдридж – Спортивное предложение (страница 8)

— Вперед, Бо! Вперед!

Бо послушно пошел легкой рысью. Но Джози не терпелось ехать быстрее.

— Не гони его. Будь осторожна, — сказал отец.

Все шло хорошо, пока они не поравнялись с деревьями у поворота дороги. Едва они повернули, как навстречу им показался «крейслер» миссис Эйр, возвращавшейся от соседей. Не слушаясь вожжей, Бо спокойно бежал прямо навстречу «крейслеру». Он проскочил мимо машины буквально в нескольких дюймах. Эллисон схватил вожжи и натянул их так, что Бо чуть не сел на задние ноги. Только тут он остановился.

— Что за глупый звереныш! — воскликнула миссис Эйр.

— Ты сама напугала его, мама, — сердито возразила Джози.

— Но ведь это очень опасно!.. — возмущалась мать.

Эллисон молчал и о чем-то думал. Потом он сказал Джози, что, по-видимому, Бо пока еще не чувствует ширины коляски.

— Будь очень осторожна и сама рассчитывай расстояние — проскочишь или нет, потому что он его не чувствует пока. Позже он, конечно, научится сам определять ширину коляски вместе с колесами, а сейчас все это для него сплошная загадка.

— Знаю, знаю, — нетерпеливо отвечала Джози, сгорая желанием ехать дальше. — Он просто растерялся.

— А ты не давай ему теряться. В нем сидит маленький бесенок, и его так и тянет выкинуть какой-нибудь номер. Просто так, для забавы. Ни в коем случае не давай ему воли. Для ездовой лошади это очень опасно.

— Ладно, — отмахнулась Джози.

И наконец Бо впрягли в экипаж, сделанный специально для Джози, с гладко отполированными оглоблями. Но, когда Джози разрешили в первый раз выехать одной, случилось нечто непредвиденное. Коляска оказалась намного легче обычной, а колеса на мягких шинах и шарикоподшипниках катили так быстро, что Бо, почувствовав у себя за спиной вдруг меньшую тяжесть, припустил по дорожной пыли легким аллюром. Эллисон радовался, глядя на него, а Джози была просто в восторге.

— Смотри, как идет! — сказал Эллисон жене.

— Девочка не успокоится, пока не свернет с дороги и не махнет прямиком через выгон, — испугалась миссис Эйр.

Эллисон тоже почувствовал тревогу.

— Да, Пэт, — сказал он. — Но пусть лучше Джози сама увидит, что она может и чего не может.

— Нет, нет! Что ты! — возразила мать. — Если ей что-нибудь не дается, она все равно постарается добиться своего. Смотри, смотри!

Джози на полном ходу проскочила через ворота, находившиеся у выезда на старую дорогу. Расстояние между столбами было достаточное, но отец учил ее в таких случаях придерживать Бо.

— Ладно, не беспокойся, я уж послежу за ней.

— Да, придется, — со вздохом сказала миссис Эйр. — Она обращается с коляской так, словно скачет на ней верхом.

ГЛАВА VI

С тех пор мы часто видели, как Джози переезжает вброд через реку или же мчится в своей коляске по выгонам Эйров в сторону буша.

Желтая коляска Джози и Бо надолго стали притчей во языцех в городе, как в свое время Скотти и Тэфф.

Сколько ни старался Эллисон Эйр привить дочери осторожность, Джози носилась, где ей заблагорассудится: по зарослям, по вспаханному полю, по берегу реки. Ее коляска все выдерживала. Просто поразительно.

Блю рассказывал в «Белом лебеде», что, когда они отгоняли овец или лошадей, Джози увязывалась за ними туда, где не проехать и верхом. Приезжие фермеры говорили, что встречали желтую коляску в самых непроходимых местах.

К тому времени Бо уже окончательно освоился со своей работой и выполнял ее весьма охотно. Его приезды и отъезды, то есть появление и исчезновение желтого экипажа, всегда было в центре внимания горожан. Хотя в самом городе его никто не видел.

Чтобы приехать в город, Джози потребовалось бы менее часа, однако она появлялась там не в экипаже, а на переднем сиденье отцовской машины или грузовика. Сидела она всегда очень прямо, закрученные хвостики косиц едва касались плеч, взгляд настороженный и вызывающий — достойная дочь своего отца, Эллисона Эйра. Только ноги были всегда спрятаны. Ни за что она не допустила бы, чтобы кто-нибудь из горожан увидел, как ее относят или сажают в экипаж.

Обычно она дожидалась отца, сидя в машине. А если приезжала с родителями к кому-либо в гости, разрешала отнести себя в дом, только когда никого рядом не было. Носила она только длинные брюки, хотя в городе и поговаривали, что массаж ей пошел на пользу и ноги постепенно начинают служить ей.

Вот и все, что мы знали о Джози и о Бо.

Тем временем Скотти овладело непонятное беспокойство. Ощущение непостоянства в этом мире, пришедшее с исчезновением Тэффа, охватило его с новой силой, и в один прекрасный день он исчез точно так же, как его малыш Тэфф.

Сначала мы подумали, что он просто решил прогулять дня два-три, но потом Энгус Пири явился в полицию и сообщил, что Скотти вот уже четыре дня и три ночи нет дома.

— Бедная женщина! — сказала моя мать.

Она сразу представила себе, в каком отчаянии сейчас миссис Пири. Наверное, без конца выскакивает на веранду своего жалкого, затерянного среди болот домика, надеясь, что Скотти вот-вот появится на дороге.

Первое, о чем все подумали, — утонул!

Вполне могло случиться, что Скотти во время рыбной ловли, ныряя, зацепился за корягу и утонул. Или же его укусила змея, и он лежит где-нибудь мертвый.

— На Скотти это не похоже! — возражал Том. — Он просто ушел искать Тэффа, вот и все.

— Но ведь пони пропал уже много месяцев назад, — говорила мать.

— И все-таки он отправился его искать, — упрямо твердил Том.

Мы решили, что на месте Скотти и сами поступили бы так же.

А Скотти добрался зайцем в поезде до ближнего города Тэско, где было четыре или пять валлийских пони, и стал искать там по виноградникам.

Потом один виноградарь застал Скотти под навесом, где у него сушился виноград; Скотти поедал недосушенные гроздья. Виноградарь позвонил в полицию, и наутро Скотти доставили в Сент-Хэлен. Наши полицейские назвали его маленьким паршивцем, угостили несколькими ударами палкой по заду и отпустили домой.

Но недели через две Скотти пропал снова. На этот раз мы уж и представить не могли, куда он подался.

— Вернее всего, к Эйрам, — решил Боб Рансимэн, низенький левша, который всегда все знал.

— А может быть, махнул на молочную ферму Тэйлоров. Там есть кобылка пони, и хозяин поговаривал, что неплохо бы заняться их разведением, — сказал я.

— Да нет же! — вмешался Том. — Все очень просто. Скотти отправился в Лайа, там живет миссис Стэйн — ну, знаете ее, она без ума от пони, у нее их уже четыре штуки.

А Скотти тем временем обшаривал буш вверх по реке: кто-то сказал ему, что видел бродячего охотника верхом на пони. В городе изредка появлялись такие охотники с большими связками кроличьих шкурок и продавали их Дормену Уокеру и другим торговцам по шиллингу за штуку. Может быть, один из них и увел Тэффа…

Когда Скотти вернулся, он сказал, что никакого такого охотника верхом на пони не встретил.

— Был там один какой-то, так он ездил на велосипеде, — сказал Скотти.

— Как! По зарослям?

— Ну да. У него хорошие покрышки, а велосипед трехколесный. А еще у него двадцатидвухмиллиметровое ружье, и он стрелял разных птиц и ел их. Даже ржанок.

И Скотти рассказал нам, как он день-другой провел с этим велосипедистом в поисках охотника верхом на шотландском пони, пока не убедился, что такого и в помине не было. Зато в город нет-нет да наведывались разные бродяги, у одного из них вполне мог оказаться пони. И по дороге домой Скотти каждый вечер теперь нарочно проходил городом. Вид у него был очень деловой, словно он спешил куда-то.

В третий раз Скотти исчез во вторник, а в пятницу в город прямо к нам домой пришла миссис Пири и спросила у матери, не могли бы мы с Томом поискать Скотти за рекой в буше, во владениях Эйров. Мать предложила миссис Пири подождать, пока мы вернемся из школы.

Мы нашли ее в гостиной, где они пили чай; на миссис Пири было черное платье, черные чулки и башмаки, неуклюже подбитые кусками от старой покрышки. На голове у нее была черная соломенная шляпка с поломанными полями и двумя вишенками сбоку. Глаза ее смотрели куда-то вдаль, словно не замечая ничего вокруг себя. Это был взгляд человека не только одинокого, но и постоянно озабоченного то ли прошедшим, то ли будущим, а может, просто чем-то очень далеким от будничной жизни.

Когда мать передала нам ее просьбу, Том тут же загорелся: мы переплывем реку, походим вокруг фермы Эйров, заглянем в буш, пока еще не стемнело…

— Вы не станете переплывать реку, — прервала его мать, — а перейдете через мост и попросите у Эйров разрешения походить по их владениям.

Но тут пришел отец и, узнав, в чем дело, сказал:

— Чего уж проще, надо позвонить Эйру и попросить его послать на поиски кого-нибудь из его людей.

Он позвонил Эллисону Эйру и сказал, что из города пропал мальчик, сын Пири, у которого был пони, и скорей всего он находится где-то на его берегу реки. Так вот, не будет ли Эйр так добр, чтобы послать кого-нибудь из своих людей обыскать буш вверх по реке?

— Завтра же отряжу туда Блю Уотерса, — пообещал Эллисон моему отцу.

Повесив трубку, отец спросил, удовлетворена ли миссис Пири. Та кивнула, но взгляд ее не отрывался от телефона, словно этот равнодушный аппарат лишил ее последней надежды.

Потом она поднялась, и мы проводили ее до калитки. Она не плакала, вид у нее был скорее растерянный, чем удрученный.