Джеймс Олдридж – Дело чести (страница 29)

Нитралексис предложил Квейлю тоже улечься, Квейль все еще чувствовал слишком большую тяжесть в голове, чтобы пренебречь таким предложением. Он лег и тотчас заснул.

Его разбудил на рассвете Деус. Он улыбался дружелюбно, глядя на Квейля честным открытым взором. Трудно было представить себе, что он может убить обоих своих спутников из-за револьвера. Оружия в Албании достаточно, думал он. Там и итальянские, и греческие войска… Хотя албанским горцам добывать оружие трудно. Они боятся самолетов и во избежание репрессий воздерживаются от набегов на итальянцев.

— О'кэй! — сказал Квейль по-английски.

Лицо Деуса осветилось еще более радостной улыбкой, и он повторил по-своему: «Хоркей». Квейль дружески кивнул головой. Проснулся Нитралексис. При бледном свете предрассветных сумерек они стали подниматься по склону, пока не подошли к кучке деревьев на скале, нависшей над склоном. Уже совсем рассвело, и внизу отчетливо обрисовывалась дорога.

— Будем наблюдать, — сказал Деус Нитралексису.

Тот кивнул и улыбнулся Квейлю:

— Моя специальность: наблюдаю. Но только где мой «Бреге»? Ах, мой «Бреге»!

Чтобы не чувствовать боли, Квейль опять завалился спать. Деус посмотрел на него и спросил Нитралексиса, что особенно сильно болит у инглизи: голова или тело.

— И то и другое, — сказал Нитралексис.

— Если он умрет, ты отдашь мне его револьвер? — спросил Деус.

— Он не умрет. Ты получишь револьвер, как только мы доберемся до греков.

— Спасибо. Я надеюсь, что он не умрет, — отвечал Деус и наклонился над краем скалы, чтобы наблюдать за дорогой.

Когда Квейль проснулся, солнце стояло высоко и сильно припекало. Боль немного утихла, ноги повиновались лучше. Нитралексис опять ел черствый хлеб. Он улыбнулся Квейлю и хихикнул в бороду:

— Вы спите, как итальянец. Итальянцы страшные сони.

— Спасибо, — сказал Квейль.

— Хотите хлеба?

— У меня есть шоколад. А где Деус?

— Все наблюдает за рекой и дорогой. Он очень обстоятельный парень.

— Он славный парень, если только не убьет нас, — передразнил Квейль Нитралексиса.

— Совершенно верно, — рассмеялся в бороду Нитралексис.

Квейль чувствовал, что он очень грязен, и ему хотелось сорвать с себя шелковые бинты, покрывавшие его голову и лицо. Но вместо того он набрал в ладонь воды из фляги и слегка смочил перевязку. Нитралексис хотел помочь ему. Квейль покачал головой.

— Не будет у вас заражения крови, а?

— Эта мазь, надеюсь, не допустит заражения, — сказал Квейль. — А как ваша рука?

— Я давно забыл про нее.

Нитралексис улыбнулся, пожал плечами и похлопал Квейля по спине.

— Когда мы будем переходить через дорогу? — спросил Квейль.

— Может быть, сегодня ночью. Деус скажет. Будем слушаться его. Он выведет нас из этой итальянской западни, если не убьет нас.

— Мне надо спешить, — сказал Квейль.

— Ваша невеста в горе. Она, наверно, думает, что вы убиты. Она не будет вас ждать?

— Возможно, что не сможет. Я иду наудачу. Лишь бы немцы не, добрались туда раньше нас.

— Немцы, может быть, начали уже против нас военные действия? — Лицо Нитралексиса стало серьезным.

— Может быть. Но я хочу надеяться, что нет. Мы должны попасть в Янину раньше, чем немцы.

— Жизнь полна опасностей, не так ли? — заметил Нитралексис спокойно.

— Это правильно.

Квейль осторожно ощупал свое лицо. Опухоль все еще не сошла, и он легко мог определить по ощущению, где были порезы. Когда он поворачивал голову, запекшаяся кровь отставала от ран. Он знал, что дело может принять серьезный оборот, если он не скоро попадет в госпиталь.

Деус вернулся под вечер. Он был покрыт грязью с головы до ног. Мокрые волосы прилипли ко лбу. Плащ был испещрен коричневыми мокрыми пятнами. Он улыбнулся Квейлю, Квейль кивнул головой в ответ. Деус прижал ладони к вискам и покачал головой. Квейль еще раз кивнул.

— Сегодня ночью выберемся. Но кругом всюду итальянцы, — сказал Деус Нитралексису. — Что, инглизи сможет ползти на животе?

— Ну конечно. У него только голова болит. У себя на родине он славится как замечательный ползун, — отвечал Нитралексис.

Квейль отломил кусок шоколада и протянул Деусу. Тот посмотрел на Нитралексиса.

— Бери, — сказал Нитралексис. — Это шоколад. Хорошая штука.

Деус взял шоколад и улыбнулся Квейлю. Он осторожно откусил кусочек и от удивления раскрыл глаза, как ребенок.

— Очень сладко. Инглизи всегда едят это? — спросил он.

— Нет… Но почти всегда.

— Какой сладкий! Просто чудо!

Деус снова улыбнулся Квейлю и опустился на землю, жуя шоколад. Квейль лег опять в надежде заснуть и забыться.

Какой-то шорох разбудил его. Ему не хотелось шевелиться. Он все еще был слаб, голова была словно свинцом налита. Только ноги стали чуточку лучше. Ночь уже наступила, светила луна. На юге скопились густые белые облака. А со стороны Лап Марталло ползли черные тучи. Пахло дождем.

— Выходим? — спросил он Нитралексиса.

— Да. Вы хорошо себя чувствуете? Мы пойдем на животе.

— Как на животе?

— Будем пробираться ползком. Понимаете?

— Да, — сказал Квейль. — Но сейчас, кажется, пойдет дождь.

— Не беда. Вставайте.

Нитралексис помог Квейлю встать. Деус расправил помятую траву на том месте, где лежал Квейль. Они стали спускаться по склону. Деус шел впереди, за ним Квейль, а Нитралексис позади. Деус осторожно раздвигал ветви, чтобы они не шелестели. Он двигался медленно и очень тихо. Они шли молча, останавливаясь только тогда, когда им казалось, что они что-нибудь слышат. Один раз Квейлю показалось, что он слышит разговор где-то справа. Иногда из-под ног у них выкатывались небольшие валуны, и шум камней напрягал их нервы до предела.

Вскоре пошел дождь. Луна скрылась за тучами, дождь отчетливо барабанил по листьям, глухо стучал по земле и, разбрызгиваясь, шлепал по камням. Они подошли к рощице, где спали прошлую ночь. Отсюда начинались опасные места.

Они поползли. Цепляясь руками за выступы, они спускались по крутым обрывам. Один раз Квейль заметил костер на прогалине шагах в двухстах слева от них. Через некоторое время им пришлось проползти совсем близко мимо другой итальянской стоянки. Квейль почуял ее по запаху. Ему казалось, что они ползут уже очень долго. Дождь промочил его до костей, но это освежило его голову. Сейчас он гораздо лучше владел своими чувствами.

У подножия горы Деус пополз еще медленнее. Он двигался очень тихо, с величайшей осторожностью, и часто совсем замирал на месте. Они выбрались на опушку леса, и глазам Квейля представилась дорога. Деревья не заслоняли больше вида, и он видел полосы дождя и дорогу. Она казалась свободной и пустынной, Деус притаился на скате в русле небольшой речушки, протекавшей вдоль дороги. Нитралексис и Квейль ждали. Деус опять медленно пополз под дождем в мокрой траве. Квейль пополз вслед за ним, всматриваясь во тьму. Его кобура то и дело цеплялась за что-нибудь, и он мысленно проклинал ее. Нитралексис был последним, Квейлю казалось, что он производит слишком много шума. Два раза Деус останавливался, и каждый раз Квейль ждал, что сейчас что-нибудь произойдет.

Они были почти у самой дороги, когда послышался шум машины. Шум приближался, и Квейль видел, как Деус припал к земле. На повороте дороги показался грузовик с затемненными, выкрашенными в синюю краску фарами, и Квейль тоже приник головой к земле. Грузовик прогромыхал мимо. За ним шел другой. Путники прижимались к земле, пока проходили машины. Слабый луч голубого света скользнул по ним, и Квейль замер в ожидании, что грузовик остановится и их обнаружат.

Когда машины прошли, Деус по грязи пополз дальше к дороге. Квейль полз за ним. У дороги, — это было шоссе, уложенное на насыпи, — Деус поднялся на четвереньки. Он тронул Квейля за плечо, кивнул головой и привстал. Согнувшись в три погибели, он быстро поднялся по откосу и проскочил через дорогу. Квейль следовал за ним, гравий скрипел у него под ногами. Он упал в канаву по другую сторону дороги, и его нагнал Нитралексис.

Опять Деус двинулся вперед. Опять они ползли по мокрой траве, и Квейль чувствовал, как дождь льет ему за воротник. Казалось, они уже много часов ползут в темноте. До них теперь все время доносились голоса. Добравшись до реки, они с радостью прислушались к журчанию воды. Деус опять остановился, и некоторое время они сидели на корточках в какой-то тесной круглой яме.

Деус что-то шепнул Нитралексису.

— Тут неглубоко, — тоже шепотом сказал Нитралексис Квейлю. — По ту сторону реки — итальянцы. Нужно соблюдать осторожность. В случае чего побежим вверх. По старому высохшему руслу.

— О'кэй — тихо ответил Квейль.

— Хоркей, — улыбнулся Деус, обернувшись назад. Они двинулись дальше.

Вода в реке была холодная и течение быстрое, но только местами вода доходила им выше колен. Они брели, пригибаясь к самой воде. Иногда холодные струйки проникали сквозь комбинезон Квейля и щекотали ему живот; он еле удерживался от вскрика. Они благополучно перешли реку вброд и немного полежали на берегу, усеянном белыми валунами. Деус опять медленно двинулся в путь, но сейчас же бросился на землю. Нитралексис и Квейль последовали его примеру. Падение на землю отдалось у Квейля болью в голове. Кто-то расхаживал поблизости. Квейль боялся, что сейчас их обнаружат.

Снова они двинулись вперед по расщелине. Это было высохшее русло реки. Валуны скользили у них под ногами и производили немалый шум. Внезапно раздался итальянский возглас: