Джеймс Лучено – Тысячелетний сокол (страница 39)
— Вы все равно окажетесь там вовремя.
— Какова будет наша цель? — осторожно осведомился Джадак.
— Месть.
— Мы совсем не громилы.
— Разумеется. Это месть не того сорта.
— И кому мы будем мстить? — поинтересовался Пост.
— Коликоидам.
— Они все еще существуют? — искренне удивился Тобб.
Аскажианец усмехнулся:
— Они как пауканы — их трудно вывести.
— Мстить будем определенной особи или всей расе?
— Я не собираюсь прыгать выше головы, — промолвил Тонт. — Вот как я это вижу. Пусть для меня все обернулось в общем-то неплохо, но я не простил коликоидам того, как они поступили с отдельными членами моего экипажа, и того, как надругались проклятые дроиды-пильщики над моим будущим. Я долго ждал, чтобы свести с ними счеты, и теперь расплата близко.
— Как именно мы в этом поможем? — уточнил Джадак.
Тонт подался вперед:
— Слышали когда-нибудь о таком звере —
— Удивительное создание! — рассказывал Вистал Перн Хану, Лее, Аллане и Ц-ЗПО у себя в кабинете на верхнем ярусе арены. — Определенно лучший образчик сумчатого за всю историю соревнований. Его зовут Тамак’c Зантей Аура. Награду ему принесли его чудесные оранжевые полоски. А какой он благовоспитанный! Самки этого вида производят очень полезное молоко, которое называется киста.
— О, я раньше и не знала, — вежливо отозвалась Лея.
Вчерашние события мешали в полной мере оценить достоинства животного, которое заслужило на выставке звание самого послушного. Хан и Лея охотно отменили бы встречу, но Аллана настояла, чтобы они пошли. Внучка как будто полностью забыла о своем недолгом плене, но Лея понимала, что это наносное. Девочка складывала накопленный опыт в ячейки, и те, что содержали болезненные воспоминания, наглухо запечатывала — способность, которую она унаследовала скорее от Тенел Ка, чем от Джейсена.
— И что будет дальше с Тамак’c Зантей Аура? — спросила девочка.
Перн с готовностью принялся отвечать. Он был лет на десять моложе Хана, высок ростом, со вкусом одет и обходителен. Последний навык, как догадалась Лея, был просто необходим для общения с владельцами животных на соревнованиях.
— У него родится много маленьких читликов, которых продадут за бешеные деньги. И читлики решительными шагами войдут в моду — до тех пор, пока на следующей выставке не победит животное другого вида. Ну и политика вносит свою лепту, — добавил Перн, обращаясь скорее к Хану и Лее, чем к девочке. — Советник главы государства Даалы, по слухам, держит пару читликов. В любом случае, на выставке обычно очень весело. Мне жаль, что ваше первое впечатление оказалось испорчено…
— Простите уж, что некоторых зверей раздавило, — извинился Хан.
— О, не нужно извиняться, — возразил Перн. — Насколько я понял, злоумышленники, которые шантажировали вас, незаконно провозили оружие на Тарис внутри двойного дна клеток. Агенты Галактического Альянса обнаружили в подвалах арены их недавний груз. Между нами — у преступников наверняка были высокопоставленные покровители. Надеюсь только, что этот случай не запятнает репутацию выставки. В следующем году, я думаю, придет черед погреться в лучах славы инсектоидам и птицеобразным. Если у вас есть время, я покажу вам голоснимки.
Перн замолк на мгновение, а затем тихо сказал Лее:
— Мне кажется, капитан Соло где-то витает.
— Он полностью закрывал глаза только три раза за последние четыре цикла, — констатировал Ц-3ПО.
Лея шутливо потрепала мужа по руке:
— Просто он не спал после обеда. Он проснется окончательно, если вы расскажете нам о тех годах, когда вы летали на «Тысячелетнем соколе». Мы знаем, что именно вы продали его Сиксу Труви, но его дети не смогли пролить свет на то, где вы его приобрели и для чего был нужен корабль.
Перн откинулся на спинку стула и заулыбался:
— «Сокол». Как же, как же… Сколько воды утекло с тех пор… — Он подался вперед: — Слушайте. Я был молод и влюблен…
Глава 20
Я был молод и влюблен, и трудился не покладая рук в бродячем цирке Молпола.
Но, наверное, стоит начать с самого начала.
Я вырос на Дженерисе, где мои родители владели ранчо на берегу бурной реки Атривис. От ранчо до ближайшего города было четыре дня пешего ходу, но наши гости предпочитали раскошелиться и воспользоваться услугой воздушного спидера, который довозил до места буквально за час. Со временем родители приобрели собственный спидер и научили меня водить. К двенадцати годам доставка гостей на ранчо уже входила в мои обязанности; также я следил за тем, чтобы спидер был исправен, и поддерживал его в чистоте и порядке. Когда не нужно было куда-то лететь, я помогал родителям на ранчо. Жилось мне вполне вольготно, разве что скучновато — как и всех юнцов, меня неудержимо тянуло к звездам.
Наш дом привлекал множество богатых путешественников, мечтавших пожить на лоне дикой природы — но, разумеется, с комфортом. Мы с братьями и сестрами потели с утра до ночи, удовлетворяя их прихоти. Многие гости приезжали с детьми, которых я должен был развлекать, пока их родители рыбачили, охотились, гуляли или сплавлялись на лодках. Кому-то это показалось бы нестерпимым, но я люблю смеяться, и у меня есть дар вызывать смех у других — пусть даже смеются надо мной. Я с удовольствием фиглярил и паясничал: дети были в восторге, а вскоре я попал на заметку и к взрослым, которые, прощаясь, нередко звали меня в гости на свои родные планеты, казавшиеся мне нереально далекими. Они много рассказывали о мирах Среднего и Внешнего колец, и желание мое улететь с Дженериса с каждым днем становилось все сильнее.
Дженерис был далеко от центра Галактики, и события в Империи не слишком влияли на нашу планету, но гости на ранчо старались держать нас в курсе дел. Я быстро смекнул, что получить лицензию космического пилота проще всего в одной из имперских академий, но мне совсем не улыбалось тратить годы на то, чтобы служить на флоте и учиться управлять СИД-истребителем. Я избрал иной — штатский — подход и, пройдя стажировку в нескольких транспортных компаниях и коммерческих предприятиях, пустился в свободное плавание как пилот по найму. В конце концов меня наняли управлять одним из легких грузовиков бродячего цирка Молпола.
К тому времени «Молпол» существовал уже почти сотню стандартных лет и был не слишком грандиозным предприятием, но вполне рентабельным и довольно известным — особенно на захолустных планетах, где с приездом нашего цирка всегда начинался праздник. На более развитых планетах мы давали сатирические представления. Мы высмеивали знаменитостей ГолоСети, спортсменов, политиков — и даже Палпатина, пока из императорского дворца не пришло повеление убрать последнего из нашего репертуара во избежание неприятных последствий. На отдаленных планетах мы перво-наперво изучали местные мифы и легенды, а затем соответствующим образом видоизменяли свою программу. Отдаленными я называю планеты, где туземцы по старинке жгут полезные ископаемые, чтобы добыть энергию, страдают от капризов погоды и умирают от болезней, искорененных в Ядре тысячелетия назад. Я говорю о планетах, где преодоление силы тяжести считается волшебством. Их почти не удивляло, что мы прибыли к ним с другой стороны Галактики: с таким же успехом мы могли прибыть из другого полушария их собственной планеты. Восхищение вызывало то, что мы привозили с собой все, чем только может похвалиться цирк: диковинных зверей, живую музыку и массу искусных артистов — от клоунов и ринов-акробатов до первоклассных фокусников уровня Великой Ксаверри.
Молпол всегда подчеркивал, что его предприятие — полная противоположность «Цирку кошмаров» с его свирепыми аркетами, акк-псами и гладиаторскими боями. «Цирк кошмаров» нередко вызывал беспорядки — как в тот раз на Нар-Шаддаа[21], — а цирк Молпола предлагал зрителям чудеса и веселье. Впрочем, у нас тоже был ранкор — альбинос-мутант по имени Сугроб, — а также обычный ассортимент плотоядных кошек, стадных животных, верблюдоподобных и приматов. Наши дрессировщики и смотрители обшарили всю Галактику в поисках самых причудливых созданий — в том числе дианоги, нексу, майноков и лавовой мухи. А для самых юных зрителей мы держали тауриллов, нетопырок, энергетических пауков и книтикса. Тогдашний владелец цирка Молпола, ортолан по имени Декс Дуган, мечтал завести еще и сарлакка, но никак не мог придумать способ его перевозки.
Транспортом для животных у нас служила старая десантная баржа «хаор челл» Ц-9979, переделанная так, чтобы ей мог управлять экипаж из плоти и крови — у «Молпола» было всего несколько дроидов, — и оснащенная громоздким гиперприводом шестого класса. Грузовые трюмы, стойки, массивные поворотные платформы, где когда-то неймодианцы размещали свои танки и тяжелые транспортировщики для боевых дроидов — все это было перестроено для содержания и перевозки наших бант, аклаев, гандарков и, разумеется, Сугроба.
«Тысячелетний сокол» уже был на балансе цирка Молпола, когда я поступил туда на службу. Я был весьма удивлен, что у бродячего цирка имеется такой мощный корабль. Прежние владельцы оснастили фрахтовик гиперприводом военного класса и надфюзеляжной турболазерной турелью. Но чем дольше я летал на «Соколе», тем яснее мне становилось, насколько корабль подходит для «Молпола» — он был проворен, как наши акробаты, и с прибабахом, как наши клоуны. Славные деньки фрахтовика давно минули — корпус был испещрен боевыми шрамами, которые были заштопаны на скорую руку и взывали о ремонте, да и более капризного корабля мне еще не попадалось.