Джеймс Клавелл – Король крыс (страница 10)

– Почему?

Питер пожал плечами. Кинг небрежно разделил рис и вручил ему бо́льшую часть порции.

– Давайте поедим.

– Ну а вы-то как? – поинтересовался Марлоу, глядя изумленными глазами на свою порцию.

– Я не голоден. У меня пропал аппетит. Господи, чуть было не влипли! Я думал, что нам обоим конец.

– Да, – согласился Марлоу, начиная улыбаться. – Повеселились, не так ли?

– Что?

– Вот это развлечение! Мне кажется, ничего похожего я не переживал за последние годы. Опасное развлечение.

– Я многого в вас не понимаю, – робко заявил Кинг. – Вы хотите сказать, что получили удовольствие от происшедшего?

– Конечно. А вы нет? Я думаю, это почти равносильно ощущению от полета на «спитфайре». Вы понимаете, иногда вам страшно, но и в то же время не страшно, а во время полета и после него вам весело.

– Думаю, вы просто не в себе.

– Если вы не получали удовольствия от этой сцены, тогда какого черта старались утопить меня с помощью стада? Я был почти мертв от страха.

– Я не старался утопить вас. За каким дьяволом мне нужно было топить вас?

– Чтобы сделать игру более острой и проверить меня.

Кинг с мрачным видом вытирал лицо и руки.

– Думаете, я сделал это намеренно?

– Конечно. Я сделал то же самое, когда заставил вас отвечать на вопросы.

– Давайте разберемся откровенно. Вы проверяли мои нервы? – судорожно выдохнул Кинг.

– Конечно, старина, – ответил Марлоу. – Я не понимаю, в чем вопрос.

– Господи! – бросил Кинг, снова покрываясь нервным потом. – Мы едва не сели в тюрягу, а вы развлекаетесь! – Кинг сделал паузу, чтобы совладать с дыханием. – Сумасшествие, чистое сумасшествие, а когда вы заколебались, после того как я подбросил вам зацепку в виде прикупа, я решил, что мы оба покойники.

– Грей тоже так решил. Я с ним просто играл. Я только разделался с ним побыстрее, потому что яичница остывала. А такую яичницу не каждый день встретишь. Честное слово!

– Мне показалось, вы сказали, что яичница нехороша.

– Я сказал, что она неплоха. – Марлоу заколебался. – Послушайте, когда говорят «неплохо», это означает что-то исключительное. Это способ сделать парню комплимент, не смущая его.

– Да вы не в своем уме! Вы рисковали моей головой и своей собственной для того, чтобы увеличить риск, и вы взбеленились, когда я предложил вам денег без всяких условий, и еще вы говорите «неплохо», уверенный, что это замечательно. Боже, – добавил он, ошеломленный, – мне кажется, я туповат или что-то в этом роде.

Он поднял глаза, увидел озадаченное лицо Марлоу и прыснул. Марлоу тоже засмеялся, и вскоре они оба истерически хохотали.

В хижину заглянул Макс, а за ним остальные американцы.

– Кой черт в него вселился? – ахнув, спросил Макс. – Я уж было решил, что он вколачивает грязную голову англичанина в плечи.

– Мадонна! – ахнул Дино. – Сначала Кинга чуть было не изрубили на кусочки, а сейчас он заливается вместе с парнем, который подставил его.

– Чушь какая-то! – В животе у Макса все дрожало с тех пор, как раздался предупредительный свист.

Кинг выглянул из хижины и увидел уставившихся на него людей. Он вытащил начатую пачку сигарет.

– Держи, Макс. Пусти по кругу. Празднуем.

– Здо́рово! Вот спасибо. – Макс взял пачку. – Красота! Все висело на волоске. Мы все рады за тебя.

Кинг наблюдал за ухмылками людей. Некоторые были добродушными, и он запомнил их, другие улыбались через силу, и это также от него не укрылось. Вслед за Максом все повторяли слова благодарности.

Макс выпроводил всех наружу и начал делить полученное богатство.

– Это шок, – тихо произнес он. – Наверняка. Как от разрыва снаряда. Он в любую минуту оторвет голову англичанину. – Макс посмотрел в сторону хижины, откуда донесся еще один взрыв хохота, и пожал плечами. – Он спятил, и неудивительно.

– Ради бога! – говорил Питер Марлоу, держась за живот. – Давайте поедим. Если я не поем сейчас, то вообще есть не смогу.

И они стали есть. Трапеза прерывалась приступами смеха. Марлоу пожалел, что яичница остыла, но смех согрел кушанье, оно было великолепным.

– Здесь не хватает немного соли, вы так не считаете? – спросил Питер подчеркнуто бесстрастно.

– Смотри-ка, мне тоже так кажется. Я думал, что достаточно посолил. – Кинг нахмурился, повернулся, чтобы взять соль, и тогда заметил прищуренные глаза.

– Что еще, черт возьми? – поинтересовался он, невольно начиная смеяться.

– Господи, это была шутка! У вас, американцев, не очень-то сильно развито чувство юмора, правда?

– Идите к черту! И бога ради, хватит ржать!

Когда они съели яичницу, Кинг поставил вариться кофе на плитку и стал искать сигареты. Потом вспомнил, что отдал их, поэтому присел и отпер черную коробку.

– Эй, попробуйте вот это, – предложил Питер Марлоу, протягивая коробочку с табаком.

– Спасибо, но я не выношу эту дрянь. Она раздражает мне горло.

– Попробуйте. Табак обработан. Я научился этому у яванцев.

Кинг с сомнением взял коробочку. В ней был все тот же дешевый табак, но не обычного соломенно-желтого цвета, а темно-золотой, не сухой, а влажный и плотный; от смеси против ожидания сильно пахло сладким табаком.

Кинг нашел свою пачку рисовой бумаги и взял щедрую щепотку обработанной травы. Он свернул неряшливую самокрутку и отщипнул выступающие концы, небрежно роняя лишний табак на пол.

«Проклятье! – думал Марлоу. – Я предложил ему попробовать, а не хватать столько». Он решил было подобрать остатки табака и положить их обратно в коробочку, но воздержался от этого. «Некоторые вещи делать не пристало», – одернул он себя.

Кинг щелкнул зажигалкой, и они оба ухмыльнулись при виде ее.

Кинг сделал осторожную затяжку, потом еще одну. Потом затянулся глубоко.

– Но ведь это же здорово! – выдохнул он удивленно. – С «Куа» не сравнить… но это… – Он запнулся и поправился: – Я имею в виду, что это неплохо.

– Совсем неплохо, – засмеялся Питер Марлоу.

– Как, черт возьми, вы этого добились?

– Секрет фирмы.

Кинг понял, что держит в руках золотую жилу.

– Я догадываюсь, что это долгий и сложный процесс, – скромно сказал он.

– О, на самом деле это очень просто. Вы пропитываете необработанный табак чаем, потом отжимаете. Затем посыпаете небольшим количеством белого сахара и все перемешиваете, а когда смесь пропитается сахаром, аккуратно жарите табак на сковородке на малом огне. Постоянно перемешивайте смесь или она будет испорчена. Вам надо не пропустить момент, когда смесь будет готова. Она должна быть не слишком сухая и не слишком влажная.

Кинг был удивлен, что Питер Марлоу так просто выложил ему способ изготовления, не обговорив предварительно условий сделки. «Он, – думал Кинг, – конечно, только распаляет мой аппетит. Не может быть, чтобы все делалось так просто, иначе все бы делали это. А он, вероятно, понимает, что я единственный, с кем можно провернуть такое дело».

– И все? – спросил Кинг, улыбаясь.

– Да. Тут и вправду нечего добавить.

Кинг представил, как можно наладить процветающее дело. И при этом законное.

– Думаю, каждый в вашей хижине так обрабатывает табак.

Марлоу покачал головой:

– Я делаю его только для своей группы. Месяцами я водил их за нос, рассказывая разного рода байки, но они так и не смогли разузнать, как именно нужно это делать.