Джеймс Кэрол – Дом 17 по улице Черч-роу (страница 27)
Никки не ответила. Она надеялась, что Элис уловит ее настрой и оставит ее в покое. Эта стратегия не сработала с инженером — Элис пропустила фургон в ворота и пытала ее, пока она не разрешила впустить его в дом. Молчание в гостиной становилось все более напряженным; это давление росло до тех пор, пока Никки не стало совсем невмоготу.
— Ладно, кто там?
— Доктор Сантос.
Никки нахмурилась.
— Как…? — только и успела сказать она.
— Я знала, что тебе не терпится встретиться с ней, поэтому я устроила так, чтобы она пришла сюда. Конечно, если сейчас неподходящее время, я могу договориться, чтобы она пришла в другой день.
Что могло бы создать проблему. Вдруг доктор Сантос выйдет из себя из-за того, что ее развернули у самой двери? Что, если в таком случае она решит больше не предпринимать попыток встретиться? И что, если она — единственный человек, способный помочь Белле?
— Не надо, Элис, — сказала Никки поспешно. — Все нормально. Я встречусь с ней.
Она вскочила на ноги и бросила подушку на диван. Она заметила свое отражение в настенном зеркале, когда шла к двери. Ее волосы были в беспорядке затянуты в конский хвост, чтобы не падали на лицо. Под глазами — черные круги от горя и от того, что она постоянно прокручивала в голове одни и те же мысли, не дававшие спать ночью. По крайней мере сегодня ее не посещала Грейс, — с учетом всего того, что случилось за предыдущий день, это был бы уже перебор. На ней были ее самые старые, самые удобные джинсы и любимая футболка, определенно, видавшая лучшие времена, но, по крайней мере, она была одета.
— Полагаю, ты организовала все это вчера, — предположила она, идя через дом к входной двери, — так почему же ты говоришь мне об этом только сейчас?
— Потому что я хотела убедиться, что доктор Сантос придет. Она только вчера прилетела с конференции в Сингапуре и не знала, насколько сильный джетлаг ее ждет.
Входная дверь открылась, когда Никки подошла к ней. Доктор Сантос припарковалась перед гаражом и теперь шла через двор. Поднявшись по ступеням, она протянула руку в знак приветствия. Они обменялись рукопожатиями и представились друг другу. Лора Сантос была миниатюрной привлекательной женщиной лет тридцати пяти, с большими карими глазами и оливковой кожей. У нее были длинные прямые волосы, одежда на ней была дизайнерская, ярких цветов, в которых превалировали насыщенный красный и оранжевый. Теплая дружелюбная улыбка демонстрировала два ряда сияющих белых зубов.
— Как прошел полет? — спросила Никки.
Лора рассмеялась.
— Долго. Но вы не волнуйтесь, я постараюсь не уснуть за разговором.
— Если вы хотели бы перенести встречу на другой день, без проблем, я понимаю.
— Я в порядке, правда. Нет ничего, что не могли бы решить чудовищные объемы кофе.
— Ну, с кофе я могу посодействовать, — улыбнулась Никки, хотя это совершенно не соответствовало ее состоянию.
Еще один сюрреалистичный разговор. София умерла, но мир продолжал вращаться. Снова то чувство, когда ты словно чужак, наблюдающий за своей собственной жизнью; его она тоже хорошо помнила с тех дней, которые последовали за несчастным случаем с Грейс.
— Пожалуйста, проходите.
Они вошли в дом, и дверь автоматически закрылась за ними. Лора покосилась на нее через плечо с подозрением.
— Дом полностью компьютеризирован, — объяснила Никки. — Вообще-то, мне кажется, вы уже говорили с Элис.
— Она ваш личный ассистент, так?
— Не совсем. Она на самом деле
— Вы шутите.
— Ничуть.
— Не может быть, чтобы я разговаривала с компьютером.
— Но это так, — сказала Элис.
Лора встала как вкопанная. Она завертела головой в поисках источника голоса.
— Это Элис, — пояснила Никки.
— Но это же невероятно. Я действительно думала, что разговаривала с настоящим человеком.
— Пожалуйста, извините за беспорядок, — сказала Никки, когда они шли через дом, направляясь к кухне, — мы въехали только на прошлой неделе.
Лора рассмеялась.
— Нет нужды извиняться. Я переехала в Лондон семь месяцев назад и, клянусь, мне все еще не удалось привести вещи в порядок.
— Почему вы переехали?
— Если давать более развернутый ответ, я всегда любила Лондон, еще с тех пор, как в колледже провела лето, путешествуя налегке по Европе. Я обещала себе, что когда-нибудь вернусь, и вот я здесь, — пауза, улыбка. — Если же отвечать коротко, я развелась.
— Извините, — сказала Никки, — я не собиралась совать нос не в свое дело.
Лора отмахнулась.
— Это все в прошлом. Мы познакомились в колледже и поженились одиннадцать лет назад… поженились слишком рано, наверное. Из этих лет девять были хорошими, последние два не очень. Правда в том, что нам надо было прервать отношения задолго до того, как мы, наконец, это сделали, но когда во что-то вкладываешь так много времени и усилий, проще сказать, чем сделать.
Они дошли до кухни, и Элис приготовила им обеим по чашечке кофе. Они присели за стол-остров. Лора обхватила чашку обеими руками и изучающе смотрела на Никки с соседнего стула.
— Все в порядке? — спросила она. — Вы выглядите так, словно что-то вас расстроило.
Никки ответила не сразу. Она поднесла чашку к губам, сделала глоток, затем поставила ее обратно на стол.
— Вчера мы получили плохие известия. Наша экономка умерла.
Больше она ничего не успела сказать, слезы хлынули из глаз. Ей казалось, что прошла целая вечность, пока она сидела там, плача и извиняясь. Она чувствовала себя глупо из-за того, что раскисла вот так на глазах у совершенно незнакомого человека. В какой-то момент Лора, видимо, передала ей платок, потому что она вытирала им глаза. Наконец, слезы высохли, и она смогла взять себя в руки. В глазах Лоры было сочувствие, и это чуть было не вызвало новый поток слез. Никки промокнула глаза еще раз, а затем скомкала влажный платочек в шарик.
— София была чем-то гораздо большим, чем просто экономкой, — проговорила она, наконец. — Она проработала у нас четыре года и была мне как мать… моя настоящая умерла много лет назад.
— София была больна? — мягко спросила Лора.
Никки покачала головой.
— Она была в идеальной форме. Поэтому это стало таким шоком.
— Что произошло?
— Она поскользнулась в ванной комнате при бассейне и ударилась головой об пол, когда работала тут пару дней назад.
— Это и стало причиной смерти?
Никки снова покачала головой.
— Если бы было так, то я, может, и могла бы это уложить в голове, но она умерла из-за сердечного приступа. Ей было всего пятьдесят восемь.
— Ей будут делать вскрытие?
Никки кивнула.
— Оно запланировано на завтрашнее утро.
— Быть может, это даст вам ответы, в которых вы нуждаетесь.
— Я надеюсь.
— Уже назначена дата похорон?
— Нет, еще нет. Ее сестра этим занимается. Она прилетает из Мадрида сегодня.
Лора взяла свою чашку кофе и сделала еще глоток. Кружка вернулась на стол-остров, и Лора повернула ее так, чтобы ручка оказалась направлена к ней.
— Вы сказали, что София для вас была как мать. А как ее воспринимала Белла?
— Как бабушку. Родители моего мужа, выйдя на пенсию, переехали во Флориду, так что она редко их видит. Словом, во всех отношениях, других бабушек и дедушек, кроме Софии, она никогда не знала.
— Как Белла перенесла произошедшее?
— Само собой, по ней это сильно ударило, но насколько сильно, сложно сказать.