Джеймс Хоган – Кодекс жизнетворца (страница 35)

Тирг сказал, что рад оказаться в Картогии; никакие извинения не нужны. С ним обращались хорошо и вежливо, несмотря на трудные условия, и больше всего ему понравилось общество умных и вызывающих новые мысли робосуществ.

- С самого выхода из Ксерксеона это стало для меня загадкой, - сказал он в заключение. - Что это за разбойник, который справляется с моими философскими вызовами не менее искусно, чем с верховым животным?

Дорнвальд рассмеялся.

- Я удивлен, что тебя оказалось так легко обмануть. Я все время отчаянно цеплялся своими философскими пальцами, чтобы не упасть.

С вступительными любезностями было покончено, и Клейпурр повернулся к картам.

- Мне не нужно объяснять, насколько для нас ценна эта информация, сказал он. - Лофбайель сказал мне, что ты тоже веришь, что наш мир круглый, Тирг: странное предположение, и должен признать, что оно скорее тревожит, чем успокаивает... но тем не менее я готов это допустить, учитывая, что вы, конечно, думали об этом гораздо больше меня. Можно ли проверить это утверждение? И если можно, то как? Если в моей власти помочь тебе, это будет сделано, ибо я предпочитаю знать истину о мире, чем заблуждаться.

Это утверждение настолько отличалось от того, что ожидал услышать Тирг от представителя власти, что он несколько секунд молча недоверчиво смотрел на Клейпурра. Потом спохватился и ответил:

- Похоже, еретикам нечего бояться в этой стране.

- Факты не меняются от веры, - ответил Клейпурр. - Тот, кто готов изменить свои верования в соответствии с новыми фактами, не может быть еретиком, а тот, кто настаивает на своей вере, вопреки фактам, не еретик, а дурак. И я был бы дураком, если бы боялся этого. Поэтому слово "еретик" не имеет отношения ко мне.

- Такова вера новой нации, которую вы создаете? - спросил Тирг.

- Философия, а не вера, - ответил Клейпурр. - Так как мы признаем, что не существует ничего непознаваемого, у нас не остается места для веры без разума. Я не могу создать такой народ, но я могу помочь ему самому создать себя.

- И это страна, которую Кроаксия поклялась освободить от цепей и оков? - спросил недоверчиво Тирг и обвел глазами собравшихся. остановившись наконец на Лофбайеле.

- Теперь ты сам видишь, какая страна больше нуждается в освобождении, - ответил Лофбайель.

Тирг с легким беспокойством спросил:

- Значит, теперь Картогия клянется освободить Кроаксию?

- Цепи кроаксийцев в их сознании, - ответил Клейпурр, качая головой. - Может ли быть освобождено робосущество, которое не хочет свободы? Разве насильственное освобождение не содержит в себе внутреннего противоречия? Кроаксийцы могут увидеть истину, как увидел ты, - каждый своим путем и в свое время. Только тогда может быть освобождено сознание, иначе просто одни цепи будут заменены другими.

- Благородная мысль, - с сомнением согласился Тирг. - Но не забудем, что мои глаза открылись, только когда меня насильно привезли в эту страну.

- Это не так, - возразил Дорнвальд. - Мы только привезли тебя в такое место, где твои глаза смогли увидеть правду. А открыл ты их сами, и давно.

Тирг еще некоторое время подумал, потом удовлетворенно кивнул.

- В таком случае мы оба будем помогать созданию вашего народа, сказал он Клейпурру. Клейпурр кивнул; он, казалось, не удивился. В этот момент Тирг понял, почему Клейпурр является прирожденным вождем, лидером. Молчаливое принятие заявления Тирга сделало больше, чтобы связать их взаимным уважением и доверием, чем любые многословные речи.

- Перейдем к делу, - резко сказал Клейпурр. Он посмотрел на Дорнвальда. - Какие новости ты принес из Кроаксии? Мне сообщают, что серетгинцы собирают и вооружают наемников повсюду, вплоть до Корбеллио. Они готовят новую войну против нас, но в их лагере раздоры, и я сумел их использовать. А какие новости за Меракасином?

Наступило короткое молчание. Два офицера Дорнвальда взглянули друг на друга. А сам Дорнвальд сказал:

- Хоть новости эти и серьезны, произошли события, после которых они кажутся незначительными. Мы действительно принесли новости, странные новости, но не из-за Меракасина, а из самой пустыни.

Клейпурр, нахмурившись, посмотрел на Лиоканора, на Пеллимиадеса, потом снова на Дорнвальда.

- Объяснись, Дорнвальд, - сказал он. - Что за новости?

Дорнвальд кивнул Феньигу, который достал небольшой плоский пакет, на первый взгляд похожий на еще одну карту, и положил его на стол. Но когда развернул, оказалось, что внутри не нарисованная вручную карта, а толстые гладкие листы, а на них изображения с невероятным количеством подробностей. Феньиг выбрал несколько листов и протянул их Клейпурру, тот стал рассматривать, помощники его тоже наклонились с удивленными лицами. На листках видны были пятна и фигуры, расположенные ровными рядами и группами вдоль неправильной сети линий. После короткого молчания Дорнвальд вытянул руку и провел вдоль линии на листке, который рассматривал Клейпурр.

- Разве ты не узнаешь улицу Императоров в нашем собственном городе Менассиме? - спросил он. - А разве вот это не твоя собственная резиденция, в которой мы сейчас сидим?

Лиоканор ахнул от неожиданности.

- Это Менассим! Смотрите, вот река и мосты. А вот дворец... за ним здание суда. Да здесь все улицы и дома!

- Что за художник это сделал? - спросил Пеллимиадес с дрожью в голосе. Он взглянул на Тирга. - Неужели это образец картографического мастерства, какого мы еще не встречали?

- Это не мое мастерство, - ответил Тирг. - Вообще до этой яркости я никогда не видел Менассима.

Клейпурр медленно поднял голову.

- Откуда это?

Лицо Дорнвальда стало серьезным.

- Были ли еще какое-то новости в последнее время, Клейпурр? - спросил он. - Может быть, сообщения о странных существах в небе?

Клейпурр удивленно посмотрел на него.

- Да...

- О небесных существах, таких же, как дюжина яркостей назад?

- Да, - снова сказал Клейпурр и нахмурился. - А ты откуда об этом знаешь? Тоже видел их? А какое отношение они?... - Он замолчал, неожиданно поняв. Снова посмотрел на рисунок, потом на Дорнвальда.

Дорнвальд серьезно кивнул. Достал еще один листок из пакета, но держал его изображением к столу.

- Они существуют, Клейпурр. Мы встретили их в Меракасинской пустыне. Они с другого мира, который за небом. Они несут в себе небесные существа, которым служат, и что еще более странно... эти небесные существа в форме роботов, но они не роботы... они даже не машины. Небесные существа владеют неизвестным нам искусством, они могут сохранять точные изображения. Дорнвальд указал на листок в руке Клейпурра. - Это не работа художника или картографа. Просто сохраненная картина, увиденная глазами пролетевшего по небу высоко над Картогией существа. И эти существа могут видеть на расстоянии, даже из далеких земель, даже из-за океана.

Клейпурр ошеломленно смотрел на Дорнвальда. Покачал головой, словно прочищая ее, поднял руку и помассировал защитные крышки контуров.

- Другие миры?.. Животные, которые служат существам - не машинам?.. Что это такое? Если бы это говорил не ты, Дорнвальд, один из моих самых доверенных офицеров...

- Все так, как сказал Дорнвальд, - подтвердил Тирг. - Я тоже там присутствовал. Мы летели в одном из драконов - мы все - к холмам на границе Картогии.

- Это правда, - подтвердил Феньиг. Гейнор кивнул, но промолчал. Клейпурр по-прежнему недоверчиво снова повернулся к Дорнвальду.

Дорнвальд перевернул листок, который держал как последнее доказательство. Клейпурр и его два помощника молча смотрели. На листке Дорнвальд, Тирг, Гейнор и еще несколько робосуществ стояли с группой неуклюжих коротеньких и толстых купологоловых фигур перед огромным гладким зверем с короткими заостренными конечностями. Феньиг достал еще изображения. На одном Дорнвальд и Тирг стояли, положив руки друг другу на плечи, а купологоловый указывал в воздух пальцем; на другом купологоловый неуклюже сидел на верховом животном Тирга, а на заднем фоне на него подозрительно смотрел Рекс.

- Нас преследовала королевская гвардия Кроаксии, - сказал Дорнвальд. - Небесные существа уничтожили ее. Они разговаривали с нами знаками и перенесли нас сюда. Они друзья и хотят прийти в Менассим и встретиться с его правителем. Это они просили нас передать. Они будут с неба ждать выложенных на поверхности сигналов. Это и будет ответ.

Тирг смотрел на картинки, на изображения небесных существ, странных животных, которые им служат, и вспоминал посылающие снаряды трубы картогиан и приспособления их строителей. Все это примеры начала нового искусства - повторения процессов жизни. Может быть, оружие и звери небесных существ - результат того же самого искусства, только гораздо более развитого?

Результат?

Могли ли небесные существа создать свое оружие и драконов? Но оружие и драконы - это машины. Первая машина должна быть сооружена чем-то, не являющимся машиной. Так, может, небесные существа и есть Жизнетворец? Конечно, нет. Сама мысль об этом нелепа.

И тут Тирг вспомнил, какой нелепой казалась ему мысль о том, чтобы с помощью парообразного метана поворачивать колеса.

19

- О, никаких сомнений, я уверена, - сказала за завтраком Пенелопа Реймелсон. - Бертон с радостью с ним поговорит. - Она повернула голову и взглянула на мужа. - Когда тебе будет удобно, дорогой? - Двоюродная сестра Пенелопы Валери из Массачусетса, проводившая у них затянувшийся уик-энд, в ожидании улыбнулась.