Джеймс Гриппандо – Под покровом тьмы (страница 18)
– Мама положила платье в сумку?
– Ага. А потом мы вышли.
– Вы не остановились у кассы, чтобы заплатить за него?
Морган покачала головой.
– Ты уверена в этом?
Ее голос звучал безжизненно, но твердо.
– Уверена. Такое бывало много раз.
– Что значит «много раз»? Больше двух?
Кивок.
– Больше трех раз?
Снова кивок.
– Больше пяти раз?
Морган молчала. Медленно кивнула.
Пораженный, Гас откинулся на спинку стула. Потом до него дошло, и потрясение сменилось жалостью. Внезапно он понял. Морган сердита, вот и все. Девочка боится, что мать ее бросила, и теперь выдумывает о Бет всякие гадости.
– Морган, ты за что-то сердишься на маму?
Она пожала плечами. Гас достаточно насмотрелся на эти пожатия, чтобы понять, какое означает «да», какое «нет». Это было определенно «да».
– Не надо сердиться на маму. А вот немножко беспокоиться – это нормально. Я тоже немного беспокоюсь.
– Ты?
Он кивнул.
– В сущности, я уже попросил кое-кого помочь искать твою маму.
– С ней случилось что-то плохое?
– Мы этого не знаем. Мне надо кое-что сделать – и быть при этом особенно осторожным.
– Что сделать?
Гас помолчал, боясь, что разговор о ФБР и прессе может напугать дочь.
– Помнишь, в прошлом году ваш класс пошел на экскурсию в зоопарк и ты ненадолго потерялась?
– Ага.
– Учительница сильно нервничала, потому что ты исчезла и она не знала, где ты. Она попросила искать тебя других ребят, других учителей, сотрудников зоопарка. По-моему, тебя искали даже шимпанзе.
Морган слабо улыбнулась:
– Шимпы не искали.
– Ладно, может, шимпы и не искали. Но очень много людей беспокоились и разыскивали тебя. И все это время ты просто стояла и смотрела на белых медведей.
– Думаешь, мама там?
– Нет. И все же, возможно, дело обстоит очень просто. Может быть, с ней все в порядке. Поэтому пообещай, что не будешь пугаться, если увидишь, как люди ищут маму, спрашивают, где она. Мы все будем просто очень осторожны.
Морган перестала есть мороженое и уставилась на стол.
– Морган? Обещаешь?
Она молчала. Через несколько секунд Гас заметил еле заметное движение – очень слабое пожатие плечами. Он решил не давить.
– Пошли, родная. Пора домой.
12
Телефон звонил без перерыва. Словно сначала все дружно решили дать Энди несколько дней, чтобы оправиться от субботнего супружеского бедствия, а вот ко вторнику пауза закончилась. Казалось, внезапно весь мир вспомнил об Энди. Звонили друзья. Звонил отец. Звонила мать. Несколько раз.
– Мама, я правда в порядке. – Голос Энди был напряжен. Она все время косилась на заваленный бумагами стол.
– Ты уверена?
– Да, уверена. Честно говоря, я была так занята, что у меня даже не было времени думать о Рике.
Мать помедлила, словно ее заботило совсем не благополучие Энди.
– Что случилось, мама?
– Энди, почему ты пошла на церемонию?
– Что?
– Если ты знала, что он изменил тебе, надо было просто все отменить. Люди не оказались бы в неудобном положении.
– Рик заслужил это.
– Я говорю не о нем. Это поставило в неудобное положение нашу семью.
– Вот так так… Мама, прости, что испортила тебе день.
– Не надо, Энди. Твоя сестра совершила ужасную ошибку и сразу же попросила прощения.
– Линда поторопилась выбраться из кровати Рика, чтобы рассказать мне, как трахнула его.
– Энди!
– Это правда. Только поэтому она постучалась ко мне посреди ночи, выпрашивая так называемое прощение. Она ненавидит меня. И всегда ненавидела. Ты что думала, если заставишь меня сделать ее подружкой на свадьбе, она внезапно полюбит приемную сестру?
– Тебе следовало бы выказать больше уважения к гостям.
– Я рассердилась.
– Это было жестоко.
– Жестоко? Неужели мне нельзя насладиться мгновением? Может, ты бы справилась с ситуацией по-другому. Но мне так легче. Я такая. Мне надо отомстить.
– Это не очень-то по-христиански.
Упоминание христианских ценностей обычно приводило Энди в ярость. Всю жизнь, когда она себя плохо вела, мать объясняла это тем, что Энди – приемный ребенок и наполовину индианка.
Раздался стук. Дверь приоткрылась на фут, и в кабинет заглянула Виктория:
– Есть новости.
Энди прикрыла микрофон ладонью, чтобы Сантос не узнала, с кем она говорит.
– Мне надо идти, – пробормотала она в трубку.
– Мы не закончили, – ответила мать.
– Тогда, пожалуйста, подожди на линии. – Энди нажала на кнопку, обрывая протест матери, и жестом пригласила Викторию войти.