Джеймс Герберт – Проклятие замка Комрек (страница 97)

– Скрести пальцы, – сказала она, когда на экране появился запрос пароля. – Давай молиться, чтобы пароль не был каждый раз другим.

Она снова набрала SANCTUM и улыбнулась, когда был предоставлен доступ.

– Господи Боже… – выдохнул Эш, когда появилось имя, хотя обычно обходился в речи без божбы.

Максвелл, (ИЭН) РОБЕРТ

наст. Ян Людвик Хок

– Мы сорвали куш, Дельфина, – сказал Эш, охваченный благоговейным ужасом.

– Роберт Максвелл – газетный магнат? – Дельфина повернулась, чтобы снова посмотреть на экран.

– Да, он был издательским магнатом, его единственным соперником в качестве медиагиганта был Руперт Мердок, и Мердок в конце концов победил. Говорят, что Максвелл покончил с собой или умер от сердечного приступа, после того как начали раскрываться мошеннические финансовые сделки, которые он провернул, чтобы поддержать свою рушащуюся империю. Он даже запускал руку в пенсионные фонды своих работников, чтобы укрепить свою газетную империю. Посмотри на экран:

Максвелл, (ИЭН) РОБЕРТ

наст. Ян Людвик Хок

Родился: ЧЕХОСЛОВАКИЯ

Прибытие в КОМРЕК: 6 ноября 1991

Умер: 9 августа 1996

Эш покачал головой.

– Это не может быть правдой.

Но они с Дельфиной продолжали читать, открывая все больше об этом человеке.

5 ноября 1991 года стало известно, что Роберт Максвелл упал с яхты «Леди Гислейн», проплывавшей рядом с Канарскими островами. Когда три дня спустя его тело обнаружили, он был почти неузнаваем, раздутый и поврежденный рыбой. После поспешного вскрытия, проведенного испанским патологоанатомом, пришли к выводу, что смерть наступила в результате утопления. Его тело было быстро кремировано. Согласно официальной версии, у него случился сердечный приступ и он, потеряв сознание, упал в море, хотя многие считали это самоубийством человека, потерпевшего крах, как в финансовом, так и в политическом отношении. Ходили также слухи, что Максвелл был убит агентами Моссада.

– До сих пор все изложенное, – пробормотал Эш Дельфине, – общеизвестно. Может, он и был убит Моссадом. Спецслужба Израиля высоко ценится среди спецслужб по всему миру, но никогда не славилась своей утонченностью.

Он указал на следующий блок информации, когда Дельфина прокрутила текст.

– Нет, смотри, вот оно, – сказал он, быстро читая вновь появляющиеся строки и вкратце излагая их Дельфине. – Это Внутренний двор вместе с нашими собственными силами безопасности организовали похищение Роберта Максвелла Особой корабельной службой. Он так много знал о столь многих людях в столь многих странах, что, когда его бизнес-империя начала рушиться, возникло соревнование, кто возьмет его первым. Его бросили на произвол судьбы: все эти правительственные чиновники и бизнесмены от него отвернулись.

Эш на мгновение выпрямился и потянулся, прогоняя боль из спины.

– Он украл 400 миллионов фунтов стерлингов из пенсионных инвестиций своих компаний. Похоже, Внутренний двор и Британское правительство заключили между собой хитроумную сделку. Если Корабельная служба могла тайно похитить его и передать ВэДэ, то с помощью пентотала натрия из него могли вытянуть все его секреты…

– И с помощью других, более опасных препаратов, которые я и называть не хочу, – вставила Дельфина.

– Верно, – сказал Эш, – идеальное решение. Потом его могли оставить доживать здесь свои дни, успокаивая препаратами лития или чем-нибудь еще.

– Но тело, извлеченное из моря тремя днями позже?

– Это мог быть кто угодно соответствующего возраста и телосложения, какой-нибудь бродяга или пьяница, которого не стали бы разыскивать. Надлежащей аутопсии не было, а труп быстро кремировали. Никто никогда не проводил надлежащей идентификации.

– Это ужасно. – Дельфина от отвращения затрясла головой. – Какой злой мир. – Эш снова наклонился над ней, когда появился дальнейший текст.

– Господи, – снова прошептал он в изумлении. – Ты только посмотри.

Глаза у психолога расширились, когда она прочитала дальше.

– Смерть Максвелла 9 августа 1996 года была результатом самоубийства…

– Полагаю, он не вынес пребывания взаперти, какой бы роскошной тюрьма ни была.

Показалась следующая строка, и оба они ахнули от того, что было на экране.

– …после передозировки ягод тиса.

– Ягод тиса? Как…

Дельфина перебила его.

– Семена тиса ядовиты. Летальная доза составляет от пятидесяти до ста граммов. Я думаю, он однажды прогуливался по лесу, возможно, это входило в его двигательный режим. Оказался среди пластин кремированных и предположил, что в один прекрасный день и он закончит вот так, вдали от глаз общественности и, конечно, своих драгоценных сыновей и дочерей. Думал ли он о своей жене, кто знает? Он оставил ее в 1991 году.

– Значит, он выбрал свой собственный выход, – с налетом грусти сказал Эш. – Должно быть, приходил туда неделя за неделей, каждый раз собирая ягоды и унося их в замок, спрятав их где-нибудь в одежде, это же совсем нетрудно… Он, родившийся в стране, которая тогда была Чехословакией, всего в жизни достиг сам и заявлял – или хвастался, – что до семи лет никогда не носил обуви. Воевал в чешской армии, дослужившись до капитана. Что-то вроде героя, если верить тому, что он говорил. В некотором смысле, его заклятым врагом был Руперт Мердок, которому удалось перехитрить его, захватив две газеты-бестселлера – «Сан» и ныне несуществующую «Ньюс оф зе Уорлд».

Дельфина вдруг встревожилась.

– Дэвид, мы уже так долго сидим в кабинете сэра Виктора…

– Ты права. Не будем испытывать судьбу. Давай уходить.

Он торопливо взял по пригоршне карт памяти из обоих ящиков, которые взломал, и сунул их в карман куртки.

– Не знаю, кого мы заполучили, но думаю, некоторые имена заинтересуют полицию. Может, даже озадаченных историков.

– Но ты же не собираешься показывать их властям. Боже мой, если это откроется, то Внутренний двор рухнет! Ты – мы – подвергнемся ужасной опасности, если сэр Виктор узнает.

Он вернулся к ней и поцеловал ее в щеку.

– Именно так. В любом случае, что-то подсказывает мне, что находиться сегодня в замке Комрек будет рискованно. Вот почему я так настаиваю, чтобы мы ушли.

Она встала, сняла очки и убрала их в карман куртки.

– Но как? – взмолилась она. – Как мы отсюда выберемся?

– Как я уже сказал, я пойду к Шоукрофт-Дракеру и объясню ему ситуацию. Не стану говорить, что мы стащили у Хельстрема особые файлы, но, во-первых, предупрежу его, что надо эвакуировать замок, а во-вторых, если он откажется, попрошу у него разрешения уйти только нам.

– Он никогда этого не позволит.

– Посмотрим. Не забудь флешку Максвелла, – сказал он.

Она передала ее Эшу, и та отправилась к остальным в его куртке.

– Теперь пойдем!

Пока они шли обратно через главный кабинет, Эш заметил, что бумаги на столах двигаются, словно их касается ветер, хотя все окна были закрыты. Эш нахмурился и остановился. Он почувствовал слабое громыхание у себя под ногами.

Начинается, подумал он.

Глава 68

Дельфина осторожно закрыла дверь главного кабинета, затем осмотрела вестибюль. В нем было тихо и спокойно, словно в какой-то огромной подземной пещере.

– Дэвид, – сказала она, касаясь его руки, – Тихоня Пэт пропал.

– Старик-охранник? Да, я заметил. – Возможно, Тихоня Пэт тоже почувствовал подземное громыхание и пошел на разведку.

– Он редко покидает это место, – сказала Дельфина, указывая на пустой стул. – Иногда может патрулировать здание, но не в это время.

– Давай уйдем отсюда, и подальше, – предложил Эш. – Не хочу, чтобы кто-то заинтересовался, что мы делаем. Пока что удача нам улыбалась, и я не хочу ее спугнуть.

Они пошли по коридору, и звук их шагов отдавался эхом от стен и высокого потолка. Эш не мог отделаться от чувства, что находится внутри собора, пусть даже в замке Комрек не было ничего святого.

Парапсихолог остановил Дельфину, потянув ее за руку, и огляделся, чтобы убедиться, что его не сможет услышать никто другой.

– Дельфина, не возражаешь, если мы заскочим к тебе в кабинет? – прошептал он.

– Нет, но зачем?

– Скажу тебе там.