Джеймс Фелан – Одиночка (страница 9)

— Может, и нужно, — сказал я.

— Нужно-ненужно… — передразнил Дейв. — Вот если бы у меня было по дробовику в каждой руке, тогда, может, я бы и подошёл к одному побеседовать. А сейчас я и не подумаю выходить на улицу. С меня хватит того, что я видел. Что мы все видели.

— А почему они себя так ведут? — спросила Мини.

Казалось, что она младше, наивнее нас, хотелось прижать её к себе, защитить.

— Кто их знает? Пока понятно только, что они хотят пить и поэтому охотятся на выживших.

— Может, это сибирская язва? — предположила Анна, но мы пропустили её слова мимо ушей. — В любом случае, чем бы они ни заразились, этот вирус превратил их в охотников.

— Как-то не думаю, что от язвы так срывает башню.

— А откуда ты знаешь? Может, это новый штамм, который делает людей злыми.

— Злыми?

— Ну да.

— Получается, мы — добрые, а они — злые?

— Получается так, Джесс. Есть мы, и есть они, — подытожил Дейв.

— Как-то слишком просто.

— Но зло на самом деле существует, — сказала Анна.

— Ну не знаю… Не думаю, что они — воплощение зла. Они просто заражены чем-то и из-за этого хотят пить. Не похоже, чтобы они это делали по доброй воле: они мучаются жаждой и утоляют её всем, чем только можно.

— Ты правда так думаешь?

— А что?

— Классно! А если они решат утолить жажду за наш счет?

— Мин, ну что ты в этом копаешься. Не все они такие плохие.

— Они охотятся на людей!

— Мне кажется, они охотятся только на раненых, на тех, у кого идёт кровь.

— Может, те охотники, которые гнались за людьми на улице, были с самого начала плохими? Преступниками или извращенцами, а?

Мы молчали, не зная, что сказать. Мне хотелось как-то прервать эту тишину, переключиться, чтобы потом не прокручивать весь день в голове наш разговор.

— Какая разница, чем они больны? Заразиться больше нельзя, иначе бы мы уже давно схватили этот вирус, — сказал я.

— А как заразились охотники?

— Через воздух? Может, в охотников превратились люди, оказавшиеся во время атаки на улице, как раз когда распылили вирус? А потом прошел дождь и уничтожил вирус, или что-то вроде такого…

— Наверное, скоро они все сползутся к реке пить, — сказала Мини.

— Они не особо пьют, — заметил я. — Скорее, делают небольшие глотки, будто у них постоянно пересыхает в горле. У моего дядьки как-то перестала выделяться слюна — он целый месяц мучался. Доктора так и не поняли, из-за чего это было. Потом все само прошло.

— А ты как думаешь?

— А кто его знает? Может, перенервничал. Может, перепил. Может, из-за лишнего веса.

— Или микроинсульт был.

— Вполне возможно.

— Тогда и у этих людей все может пройти через какое-то время, — с надеждой сказала Мини.

— В любом случае, нам придется подождать, — заключил Дейв. — Рано или поздно охотники поймут, что на одной воде из Гудзона им долго не протянуть. Она соленая, кстати. Думаю, скоро они сообразят и перебазируются к озерам Центрального парка.

— Они все умрут?

— От чего? От соленой воды? Ну, если окажутся такими придурками, что будут пить её целыми сутками, то умрут, — сказал Дейв.

— Они не похожи на придурков. Они похожи на нас, просто болеют, — выговорила Мини.

— Они были похожи на нас, — поправил её Дейв. — Возможно, они скоро начнут выздоравливать, как дядя Джесса. Или власти пришлют спасателей с противоядием. А пока нам лучше держаться подальше от воды.

Я кивнул. Мини украдкой вытерла слёзы. Она успела со многими подружиться в лагере — может, переживала за новых друзей. А может, скучала по дому, как я.

— Мин, не переживай. Мы же в Америке. Здесь все под контролем, — мне хотелось её успокоить. — Что бы ни случилось, умные дяди и тети уже решают, как быть дальше, какие меры принять. Ситуации бывают разные. Просто мы должны держаться вместе, пока не придёт помощь.

Мини кивнула. Анна все ещё смотрела с недоверием. По далекому рокоту мы поняли, что где-то рухнуло очередное здание, но ничего не сказали. Просто ещё один атрибут прежней нормальной жизни ушёл в небытие.

— А вдруг пострадал не только Нью-Йорк? Вдруг разрушена вся страна, и спасать нас некому? Вдруг Штатов больше нет? Вдруг все люди превратились в охотников? Вдруг за стенами этого ресторана рассчитывать больше не на кого?

Анна говорила резко, и мне совсем не нравились её слова. Не хотелось верить, что мы остались единственными нормальными во всем мире. Ну, должны же быть другие! Может, они совсем как мы — вместе с друзьями решают сейчас, что делать, или просто живут себе, как раньше.

— Страна большая, но что-то в твоих словах есть, — произнес Дейв. — Действительно, могли напасть и на другие города. Мог пострадать не только Нью-Йорк. Но у всего есть пределы — не могли же поразить всю территорию Штатов, я просто уверен! В мире нет страны, способной нанести удар такой силы, чтобы разрушить все-все города в Америке…

— А ты откуда знаешь? — Анна подалась вперёд, лицо её горело. — Откуда?

Дейв хотел ответить, но сдержался, выскочил из-за стола и быстро ушёл на кухню.

Анна, помолчав немного, остыла. В общем-то, меня их ссора не особо взволновала. Зато Мини отвлеклась от происходящего снаружи.

— Анна, ты же знаешь, у него семья в городе. Вряд ли они выжили. Нам проще, мы не местные… — попытался я снять напряжение.

— Я все понимаю.

Она вытерла слёзы и пошла за Дейвом на кухню. Я почувствовал зависть. Лучше бы Анна наорала на меня, а потом стала со мной мириться. Конечно, мысль дурацкая, особенно на фоне всего происходящего, но я не мог ничего с собой поделать. Нечто похожее я чувствовал, когда отец решил жениться во второй раз. К тому времени он уволился из архитектурной конторы и работал на себя, поэтому свободное время у него было. На выходных мы вместе поехали рыбачить — там он мне и сообщил эту новость. С женитьбой на Барбаре все изменилось: отец вернулся в офис, мы переехали в большой дом. А я почувствовал себя одиноким, брошенным.

Перегнувшись через стол, я зажег свечи и позвал Мини запускать генератор. На кухне Дейв стоял, глядя в пол, а Анна что-то говорила ему, положив руку на плечо. Мешать было нельзя, как бы мне ни хотелось разъединить их.

Глава 7

Вечером мы впервые запустили генератор. Через пару минут стало ясно, что нужно его как-то изолировать — дым валил просто ужасный. Поэтому мы перетащили этот агрегат в один из прилегающих к ресторану баров, плотно закрыли двери, а провода протянули на нашу сторону.

В обед мы устроили настоящую пирушку, наготовив всякой всячины. Откуда в плитах газ, мы понятия не имели: то ли он поступал в систему, как обычно, то ли догорали остатки. На всякий случай, чтобы не потухла малая горелка, от которой зажигаются все остальные, Дейв по очереди залез под плиты и перекрыл вентили, оставив только один. Вообще, мы постепенно стали действовать более обдуманно — видимо, смирились с тем, что проведем здесь не один день и ресурсы нужно экономить.

Стемнело, и мы разошлись спать. Я соорудил себе «лежбище» из подушек, устроился поудобнее и просто слушал, о чем говорят мои друзья. Их болтовня успокаивала меня, давала надежду. Сквозь сон я думал, как же мне повезло. Пусть Дейв иногда бесит меня, Анна иногда кажется настоящей уродиной, а Мини ведёт себя как нытик, — главное, они рядом. И весь этот ужас мы переживаем вместе.

Ночью аварийное освещение погасло. Сложно сказать, когда именно — мы все спали. Что света нет, я заметил в четыре утра, когда встал в туалет. Даже красная надпись «Выход» не горела. Темно было почти по всему городу. В большинстве зданий аварийное освещение отключилось полностью или мигало, как неоновая лампа, которая вот-вот перегорит. Улицами завладела темнота. Мне страшно хотелось, чтобы вновь загорелись таблички с надписью «Выход» — наверное, именно так моряки искали в небе Полярную звезду. До рассвета я просидел у темного окна, погрузившись в теплые счастливые воспоминания. С первыми лучами солнца пришлось возвращаться в реальность.

За завтраком мы снова обсуждали причины катастрофы. Мини обвиняла во всем китайцев и старалась в который раз объяснить Дейву, что Тайвань не входит в КНР.

— Это вообще могли утроить цэрэушники, — выдала вдруг она.

Первой засмеялась Анна, потом и все мы.

— Но пока у нас нет против них веских доказательств, — заключила она.

— Хотя чисто теоретически это могло быть и ЦРУ, — сказал я, и Анна снова прыснула. Мне показалось, что смеется она не над моими словами, а именно надо мной.

— Русские! Это точно, стопроцентно устроили русские, — сказал Дейв.

— Да уж, миру повезло, что у тебя нет чемоданчика с ядерной кнопкой, Дейв. А то нанес бы ответный ядерный удар, да? — спросил я.

— Смейся-смейся. Только вот у моих родителей в школе проводились специальные учения на случай ядерной атаки со стороны русских: ещё в начальных классах их учили залезать под парты и закрывать голову руками — как в самолете.

— О да, во время ядерного удара уж точно выживешь, если закроешь голову руками. Как, впрочем, и если самолет рухнет с десяти тысяч метров, — отбрил я и вызвал у Мини и Анны очередной приступ смеха.