Однако раздумывать о чести и бесчестии некогда. Надо поймать Гэбриэла и найти ответ на самый главный вопрос: почему именно Хит? Что в нем такого важного, раз Гэбриэл добровольно пошел под арест, лишь бы подгадать идеальный – почти – момент для удара?
Возможно, в беседе с Хитом упустили какой-то важный факт… Чендлер пошел к камерам. Заключенный дежурил у самой двери.
– Без адвоката я ни с кем разговаривать не буду.
– Послушайте, мистер Баруэлл… Хит. Я уверен, что вы тут ни при чем.
– Здрасте, проснулись, – злобно ответил Хит, помолчав. – Тогда, может, отпустите меня наконец?
– Пока Гэбриэла не нашли, выпускать вас опасно. Есть основания полагать, что он по-прежнему охотится на вас. Именно с этой целью он сдался нам.
– Но зачем? Мы с ним ведь даже не знакомы.
– Это-то я и пытаюсь выяснить.
– Выпустите меня, я никуда не денусь. А еще лучше вывезите куда-нибудь. Бронеавтомобиль сгодится.
– Увы, ничем не могу помочь. Тут вам будет безопаснее.
– Ага, как же! Если вы так уверены, что ему нужен именно я, чего тогда вообще подпустили его ко мне? А потом еще и дали сбежать. Вы уж извините, но я как-то невысокого мнения о ваших способностях.
– Понимаю вашу злость, мистер Баруэлл, но у нас есть право держать вас в камере, если мы полагаем, что ваши жизнь и здоровье под угрозой.
– Это еще что за хрень?
– Эта хрень, возможно, спасет вам жизнь.
Сквозь прорезь было видно, как Хит морщит лоб.
– «Возможно». Спасибо, успокоили.
Хит понял, что никакими уговорами освобождения не добьется, поэтому огрызаться перестал. Чендлер решил зайти с другой стороны:
– Как вы думаете, Гэбриэл выбрал вас случайно?
Хит вздохнул и пожал плечами.
– Там, на дороге, мог быть кто угодно. Я оказался не в то время и не в том месте.
– И что, совсем никаких намеков? Ни единого?
– Намеков на что?
– На то, что вам может угрожать опасность?
– Да все было в порядке, сколько раз повторять? Просто беседовали… – Хит замолчал и уставился в стенку. На лбу у него снова проявились морщины. – Кажется, его отчего-то заинтересовало мое имя. Да, оно необычное: мать просто обожала «Грозовой перевал», но подумала, что назвать ребенка Хитклиффом будет чересчур… А Гэбриэл еще несколько раз повторил, будто это ему о чем-то говорит. Я, помнится, спросил, нет ли у него знакомых Хитов, но он помотал головой. Вы думаете, я ему кого-то напомнил?
– Попробуем выяснить, – сказал Чендлер.
38
2002 год
Дни тянулись друг за другом, долгие и изматывающие. Поиски сами собой сходили на нет. Официально Мартин считался пропавшим без вести, но в реальном исходе никто не сомневался. Прошло уже больше трех недель. Приближалось Рождество.
Чендлер наблюдал за всем из первых рядов. Он видел, как «добровольцы» – даже подросток с реки Муррей – каждое утро берут деньги, а потом весь день филонят. Они забивали Артуру голову своими фантастическими гипотезами, картами и таблицами, которые составляли доморощенные экстрасенсы и медиумы. Все как один утверждали, что знают, где искать Мартина, только без денег дар не срабатывает. И вот этим утром «доброволец» из Дарвина по имени Блазз, косящий под шамана, выдал очередную версию: оказывается, Мартин искал в лесу пещеру с золотым кладом, который пару веков назад спрятал здесь некий преступник.
Чендлеру это настолько осточертело, что он обратился к Митчу как к единственному здравомыслящему члену группы:
– Нет, ну ты слышал?!
– Слышал, – ответил тот.
Он был совершенно спокоен, и это заводило еще сильнее.
– Надо ведь что-то делать!
– Наше дело – следить, чтобы никто не убился, а не ловить шарлатанов.
– Я уже даже не знаю, в чем наше дело, – вздохнул Чендлер.
– Не забивай себе голову, пусть все идет как идет.
– Вот, значит, что для тебя полицейская работа? Сидеть и смотреть, как люди губят себя?
Митч не ответил, лишь молча выплюнул жвачку.
– Самородки размером с мяч! – исступленно вещал тем временем Блазз.
Чендлер не выдержал:
– Да нет там никакой пещеры с золотом!
– Мне нашептал ветер, – убежденно заявил Блазз.
– Не пори чушь! Какой еще ветер?
– Если ты чего-то не понимаешь, не спеши называть это чушью. – И кудри Блазза заплясали, хотя с него градом катил пот и воздух был недвижим.
Чендлер подошел к нему вплотную.
– Я понимаю, что тебе не совестно тянуть деньги из старика, но хотя бы не корми его этой ерундой.
– То, что говорит ветер, не ерунда. Я чувствую.
– Вот только твои чувства до сих пор не привели нас к Мартину.
– Мы уже близко, – прошептал Блазз.
Да, близко. Еще чуть-чуть, и тоже сгинем, подумал Чендлер.
– Твоя задача – искать, а не болтать про ветер и про духов.
Блазз вдруг захрипел и стал хватать ртом воздух. Он издавал странные звуки, мало похожие на человеческую речь. Чендлер уже подумывал, что у него припадок и надо бы вызвать вертолет с медиками. Так же внезапно Блазз успокоился и возвестил:
– Теперь ты проклят. И не забывай, эти холмы – мой дом, а не твой.
Чендлер сжал кулаки.
– Ты мне угрожаешь?
– Нет, проклинаю.
– И что это твое…
Блазз усмехнулся. Чендлер сделал шаг вперед, намереваясь силой выбить ответы, но кто-то схватил его за плечо. Артур.
– Чендлер, что ты делаешь?
Простой, казалось бы, вопрос, вернул его к реальности. И правда, что?
– Он ведь старается помочь, – продолжал Артур.
Старик определенно спятил. Чендлер непонимающе уставился на него. Пусть было не ясно, что он делает тут, среди пыли и деревьев, но главный принцип полицейской службы – защищать жизнь и спокойствие граждан – никуда не делся. Пришло время Артуру узнать правду.
– Они вовсе не пытаются вам помочь. Им нужны ваши деньги. Вся эта болтовня про знамения и провидение лишь попытка обвести вас вокруг пальца.
Сказав это, Чендлер почувствовал, как гора свалилась с плеч, а земля перестала высасывать из него соки. В ответ Артур только кивнул, и тяжесть накатила с новой силой.
